Какие тайны скрывает древний город на берегу Каспия

Разобрался корреспондент медиапортала Caravan.kz.

Град Небесного коня

Аспабота стал самым загадочным городом Казахстана, потому что он очень долго скрывался от людских глаз. Остатки поселения обнаружили тут только в 2017 году. Дело в том, что городище находилось на маленьком плато на вершине горы. Туда довольно сложно забраться даже туристу с легким рюкзачком, а чтобы жить там постоянно, требовалось регулярно поднимать наверх тяжелые грузы. Кроме того, для земледелия наверху места ничтожно мало, для скотоводства — тем более, и, самое главное — в этой местности большие проблемы с питьевой водой. Климат тут тоже не курортный. Летом стоит удушающая жара, зимой сыро и холодно от морских ветров. Тут даже после летнего заката не очень уютно без теплой зимней куртки. Вокруг городища на десятки километров тянется настоящая пустыня. Набрать саксаула, которого хватило бы на то, чтобы сварить похлебку, еще та задача. Так что сложно было предположить, что тут вообще могла стоять хотя бы маленькая деревенька. Уже сам факт того, что в таких непригодных для человека условиях есть следы поселения, смело можно назвать сенсацией. Тем не менее оказалось, что Аспабота – один из четырех крупнейших портов Каспия того времени. По руинам можно сделать заключение, что в городе проживало не менее 1 500 человек, а для того времени — это, если не мегаполис, то, говоря современным языком, крупный областной центр.

Первая загадка кроется уже в названии. Аспабота находится на территории Казахстана, его название очень похоже на тюркское, поэтому трудно избавиться от искушения связать топонимику с верблюдом. К тому же верблюды в этих краях не редкость. Так и напрашивается перевод вроде Города верблюжьего корма, Града голодного верблюжонка или Поселения имени Верблюда на мясо. Но так населённый пункт именуется в трудах Клавдия Птолемея, а античные географы практически всегда адаптировали чужеземную топонимику на греческий манер, а если и делали исключение, то только для известных им языков. Так что происхождение слова лучше всего искать в языках иранской группы. Тогда получится, что город имеет в корне слово, относящееся к лошадям. На современный русский с древнего языка его можно было бы перевести как Конеград.

Но это только добавляет загадок. За всю историю существования на улицы города вряд ли ступало конское копыто. Да и верблюжье тоже. По узкой крутой тропинке крупное животное в город точно не поднимется. По крайней мере, не в виде согыма. Не исключено, что город назван в честь какого-то мифического коня или тотемного животного.

Точка на карте

По некоторым параметрам Аспабота схожа со многими легендарными городами древнего мира, которым посвящены десятки страниц в учебниках истории.

История ее обнаружения очень схожа с историями поиска Трои. Упоминание Аспаботы впервые встречается в труде Клавдия Птолемея «Руководство по географии». Этот сборник из восьми книг датируется 150 годом н. э и для того времени был самым точным справочником. В нём описание всех известных земель было максимально точным, насколько позволяла наука II века. Тем не менее, чем дальше описываемые города были от Греции, тем больше у Птолемея неточностей в координатах. Если местоположение Средиземноморья описано настолько точно, что «Руководство по географии» можно использовать и сейчас вместо карты, то Азия в последних двух книгах довольно туманна.

Тем не менее Птолемей уверенно писал, что на Гирканском море (так греки называли Каспий) есть город-государство. То есть его жители не являются ничьими вассалами. И этот город еще и очень крупный порт. При всем уважении к Птолемею многие исследователи считали, будто античный географ что-то напутал или преувеличил. Тем более что труд «Руководство по географии» был обнаружен только в XIII веке, а изучать его стали лишь в XV-м. Тогда уже города Аспабота не существовало. Версии выдвигались разные. Птолемей нередко опирался на воспоминания морехода Ганнона и Марина Тирского, а их труды до наших дней не дошли. Так что Птолемей мог принять на веру байки путешественников или миф, как Платон, когда описывал несуществующую Атлантиду. Или Аспабота могло быть вторым названием известного порта, или находится он совсем не там, где указывал Птолемей на своих картах. Любая версия казалась более достоверной, чем та, что такой большой порт находится в безводных пустынях полуострова Мангышлак, причем в одном из самых непригодных для жизни уголков.

Примерно так же в свое время говорили о Трое. Дескать, Гомер ее просто выдумал, чтобы повеселить публику. Но Генрих Шлиман взял за основу не научные труды, а поэму поэта-сказителя, и оказался прав.

О местоположении Аспаботы говорили не литературные труды, а настоящие карты. Вот только составлялись они в 150 году, и даже беглого взгляда на них хватает, чтобы понять, насколько они неточны. Ведь тогда не было ни аэрофотосъемки, ни спутниковой навигации, а широта и долгота рассчитывались по движению звезд, Луны и Солнца, и тут не избежать погрешностей в сотни километров. Например, на карте Птолемея полуострова Мангышлак совсем нет. Эти края обозначены как часть суши. А это ведь почти 168 тысяч квадратных километров. Искать с такими данными городок площадью с пару футбольных полей все равно что иголку в стоге сена. Тем более что руины города ветер пустыни давно занёс песком.

В регионах с буйной растительностью найти следы древних городов намного проще. При аэрофотосъемке заметно, что трава на месте руин бледнее. Так, например, в 1987 году под Челябинском был найден Аркаим, относящийся к синташтинской культуре. На полупустынном же Мангышлаке, где даже полынь растёт плохо, травы — неважные помощники при поиске древних городов.

Беспощадная дрожь земли

Еще один город, чья судьба чем-то схожа с Аспаботой – Помпеи. Те самые, которые погибли при извержении Везувия в 79 году н.э. Конечно, на Каспии нет действующих вулканов, и не было их 15 веков назад, но точно известно, что Аспаботу погубила сейсмическая активность. Землетрясения на Каспии не редкость. Только в этом году их было не менее восьми. Но регион заселен не так, как Кавказ или Алматы, поэтому новости о разрушениях приходят редко, и чаще всего эпицентр находится далеко в море.

Но Аспаботе не повезло. Дрожь земли разрушала город дважды. Первый раз жители восстановили свои дома. Это был долгий и непростой труд, потому что здания тут были каменные, зато следы восстановления хорошо сохранились до сих пор. А вот после второго землетрясения жители навсегда покинули свои дома.  Судя по тому, что человеческих останков среди руин не обнаружено, в то самое последнее землетрясение жертв не было. Люди успели спастись сами, да еще спасти свои пожитки. А все ли было благополучно при первом землетрясении, сказать сейчас невозможно. Жители Аспаботы не хоронили покойников рядом с городом. Остается загадкой, хоронили ли они их вообще. Для города с минимум 500-летней историей  захоронений тут практически нет. На этом основании можно предположить, что в Асппботе были сильны зороастрийские традиции. Как известно, адепты Заратустры не закапывали мертвое тело в землю, чтобы не осквернить её. Они не предавали тело огню, чтобы не обидеть и эту священную стихию, и тем более не могли бросить тело в море. Оставалось только вернуть телесную оболочку природе. Оставить труп, чтобы его растерзали дикие звери и птицы. Такая традиция до сих пор жива в Тибете, а в Иране относить тела усопших на башни дахмы на растерзание падальщикам запретили только в начале ХХ века.

Тем не менее в расположенном недалеко от городища могильнике был найден скелет девочки 5-7 лет.  Её череп был искусственно деформирован. Макушка ребенка вытянута и немного сплющена, от чего череп напоминает голову инопланетного пришельца. Такого добивались постепенно, год за годом стягивая голову малыша, причем начинали жуткую процедуру, как только ребёнок появлялся на свет. Описание процедуры звучит жутко, но такой обряд был характерен для многих народов в разных уголках земли. Его применяли гунны, древнегерманские племена, хетты и даже американские индейцы и аборигены Австралии. В Польше, Армении и у абхазов такой обычай держался до середины XIX века. Смысл сего действа давно утерян. Известно только, что такой чести удостаивался не каждый ребенок, а только тот, который принадлежал к особому роду. Привилегия, конечно, сомнительная. Но для Аспаботы явление не распространённое. Конусовидный череп девочки говорит о том, что в этот город стекались разные традиции разных культур.

Крепость змеиной тропы

По стратегическому расположению город Аспабота очень похож на крепость Масада, расположенную на побережье Мертвого моря. Эта крепость долгое время считалась неприступной. Ведь она была расположена на вершине горы, куда вела узкая тропинка, прозванная Змеиной. И это не случайно. До сих пор кажется, что по узкому выступу человек не сможет пройти, даже змея проползет с трудом. Римлянам потребовалось 9000 рабов, чтобы насыпать тут валы для метательных машин и подобия пандусов для солдат и таранов.

В Мангышлаке не было войск, обладавших такими ресурсами, поэтому оборону Аспаботы могли долго удерживать два-три хороших лучника. По узкой тропинке вооруженный воин поднимается очень медленно, он вынужден буквально ползти на четвереньках, представляя собой настолько легкую мишень, что в нее попадет и ребёнок. Двум людям на тропинке не разойтись, и у лучников, после того как стрела поразит очередную жертву, было много времени, чтобы передохнуть, прицелиться, а то и сбегать в город за новым колчаном стрел. Наверное, поэтому город никто не решался штурмовать, и его жители 500 лет оставались свободными, не покоренными никем.

Хотя и тут возникают вопросы. Крепость Мосада строил царь Ирод Великий с поистине царским размахом. У него в распоряжении были десятки тысяч людей и ресурсы со всей Иудеи. Он смог обеспечить крепость регулярным водоснабжением, сделать хранилища для сотен тонн продуктов стратегического запаса и даже выстроить бани по римскому образцу.

Полторы тысяч жителей Аспаботы такой работы проделать не могли, но, судя по тому, как расположен город, к возможности нападения готовились. Штурмом поселение на горе не взять, но без запасов воды этого бы и не потребовалось. Хватило бы и недели осады, чтобы умирающие от жажды жители сами бы приползли на коленях ради глотка воды.

Но народ, так грамотно со стратегической точки зрения выбравший место для города, не мог не думать о такой важной детали. Да, и в мирное время воду наверх поднимать крайне трудно. Крепкий мужчина за день сможет принести литров 20, а ведь есть еще старики, дети и женщины, которые хотят пить, но тяжести не осилят. По самым скромным подсчетам, городу требовалось не меньше железнодорожной цистерны воды в день. Причем зимой снег тут выпадает редко, и на него нет смысла рассчитывать. Да и летом дожди идут нечасто, да и посудины того времени не могли собрать драгоценную влагу в нужном количестве. Следов колодцев тут тоже нет.

Ответ на вопрос существует пока только в теории. Проблему с водой могло решить лишь гигантское сооружение вроде цистерны Базилика, той, что сейчас собирает миллионы туристов в Стамбуле. То есть, если бы под городищем существовала огромная полость, которая годами собирала бы дождевую воду, недостатка влаги у жителей бы не было. Этой полости не обнаружено до сих пор. Хотя, пока её всерьез не искали. Археологические работы тут начались совсем недавно и пока удалось только раскопать остатки городских стен. Поиск полости же требует гораздо больше времени и ресурсов.

На перекрёстках всех дорог

По экономике Аспабота больше всего напоминает античный эмпорис (торговое поселение) Танаис. Тот, что расположен на территории современной Ростовской области. Танаис основали греки из Боспорского царства на торговых маршрутах Великого шелкового пути. Почва в том регионе более плодородна, чем на пустынном Мангышлаке, но хитрые греки сделали ставку совсем на другое, а именно — на активную торговлю.  Именно благодаря сделкам купцов Танаис и обрел свое величие. Тут можно было оптом и в розницу купить абсолютно всё. От донской мелкой рыбешки до перстня с редким драгоценным камнем.

Жители Аспаботы разводили скот, ловили рыбку в Каспии, но главным источником их дохода были торговые сделки. Этакий древний Уолл-стрит, только вместо бесполезных акций и векселей сделки заключались с натуральными товарами. Однозначно можно заключить, что жители Аспаботы не бедствовали. Ювелирные украшения тут встречаются довольно часто, и это учитывая тот факт, что после землетрясения люди унесли все самое ценное. Получается, изящное золотое колечко, которое сейчас археологи извлекают на свет и любуются тонкой работой, для модниц Аспаботы было тем же, что для современных девушек стильная, но недорогая бижутерия из ларька на рынке.

Кроме того, жители вольного города умели хорошо копировать понравившиеся вещички. Причем делали это не как нынешние умельцы из Поднебесной, которые клепают сумки «биркин» из дерматина и продают кривые подделки по 100 юаней за дюжину.

В современном мире то, что делали мастера из Аспаботы, называется реверс-инжинирингом. Сейчас этим не брезгуют даже такие гиганты, как «Самсунг» и LG. Другими словами, мастера копируют не само изделие, а его идею. Иногда в одной вещичке можно увидеть стиль совсем разных культур. Например, если персидские ювелиры делали перстни по одному и тому же шаблону веками, то тут мастера перенимали самое интересное. То есть технологию литья перенять у персов, орнамент — у скифов, а форму — вообще у византийцев.

Кроме моды, мультикультурность меняет и гастрономические пристрастия. Изолированные от чужаков племена обычно не могут похвастаться разнообразием в меню. Они веками едят одно и то же, то, что дарит родная земля.  В торговом городе, а тем более в морском порту, выбор ингредиентов для пиршества намного интереснее. Так что очень высока вероятность, что после особенно удачных торговых сделок жители Аспаботы устраивали пиры, которым позавидовали бы и современные гурманы. Тут мог быть и рис, привезенный узбекскими купцами, с пряностями из Индии. Восточные сладости Персии запивали винами из Греции и Причерноморья. Конину и баранину, которую приносили на продажу местные кочевые племена, заедали сладкими фруктами из Апшеронского полуострова и лакомились сырами из Армянского нагорья.

Такое же смешение культур, скорее всего, наблюдалось и в религии. Чтобы понять, что исповедовали жители города, достаточно зайти в любую эзотерическую лавку. Тут православные иконы соседствуют с католическими чётками, тюркскими тумарами, фигурками индийских богов, буддийскими нэцкэ, шаманскими амулетами и кристаллами, активирующими энергию Космоса. Причем весь ассортимент может скупить один и тот же покупатель, ничуть не смущаясь такой эклектикой. Сейчас эти религиозные воззрения носят звучное имя нью-эйдж, что в переводе означает «Новая Эра». Для жителей Аспаботы это, наоборот, было самой древней религией. Каждый перенимал у других народов тот ритуал, который ему особенно нравился, и ту концепцию, которая больше всего соответствовала его мировоззрению. В итоге это сливалось в нечто единое.

Объединить все религии давно мечтали лучшие умы человечества. Жителям Аспоботы это удалось.

Но погубило город не только землетрясение. Оно, скорее, стало точкой невозврата. Великий шелковый путь искал новые маршруты, и все чаще они стали проходить мимо некогда успешного города. Потом начался золотой век мореходства. Как у порта, у города были большие перспективы, но тут вмешалась природа, море отошло, и большие корабли уже не могли пристать к берегам. Люди жили тут отчасти по привычке, отчасти не зная, где искать свое счастье. Но землетрясение разрушило дома, на восстановление не хватало ни средств, ни ресурсов, и избалованные прежним изобилием люди уже не хотели ловить рыбку в Каспии и пасти скот. Они собрали все ценное и ушли, оставив нам сотни загадок.