Как военнопленные вручную пробивали ущелье в скалах

Вот только почему-то среди этих «врагов» больше всего оказалось артистов и писателей, врачей и художников. Почему? Разбиралась корреспондент медиапортала Caravan.kz.

До сих пор неизвестно, сколько же на самом деле на многострадальной земле Казахстана было тех, кто даже после полной отсидки, даже оставшись в живых, продолжали числиться неблагонадежными, а несправедливое клеймо «враг народа», кажется, прилипало к ним намертво и пожизненно. Им было запрещено покидать отведенное им место жительства, они не могли устроиться на работу по специальности. Да и просто были зачастую лишены обычной, нормальной человеческой жизни. Закон «О реабилитации жертв массовых политических репрессий» в республике был принят лишь в апреле 1993 года. Что, кстати, на тот момент удосужился сделать только Казахстан, тогда как остальные бывшие республики СССР почему-то не задумались о миллионах, замученных непосильным трудом, расстрелянных и униженных. Кого государственная машина середины прошлого века обрекла на участь политических узников архипелага ГУЛАГ. В Казахстане это – страшные лагеря Карлаг, Степлаг, АЛЖИР – всего более 950 названий, не менее печально известных, а в них – сотни тысяч вынужденных поселенцев: ингушей и корейцев, чеченцев и поляков, турков и греков, русских и украинцев. После окончания второй мировой войны к ним добавились военнопленные венгры и австрийцы, японцы и немцы. В Астане до сих пор улицу Бейбитшилик (Мира) практически не трогают во время ремонтных автодорожных работ, потому как незачем – была построена на совесть. Немецкими военнопленными.

А в живописных горах Катон-Карагая есть ущелье, но не природного характера. Это ущелье, которое носит название «Австрийская дорога», было пробито в скальной породе немецко-австрийскими военнопленными вручную, с помощью только рук и деревянных палок. Без всяких положенных во время таких работ инструментов.

Живописца и философа, поэта и писателя Льва Премирова репрессировали в 17 лет в 1937 году, все его «преступление» состояло в том, что он был не только живописцем, но и философом, писателем, поэтом. После освобождения, пройдя все ужасы Карлага, остался жить в Караганде, и только в 2010 году, в рамках научно-исследовательского проекта «Карлаг: память во имя будущего» было опубликовано творческое наследие репрессированного художника: его стихи, дневниковые записи, проза, художественные зарисовки, философские рассуждения. Что в очередной раз продемонстрировало силу духа человека, который выстоял и даже за колючей проволокой оставался верен себе, находя силы для творчества.

Недалеко от Астаны расположен лагерь, который изначально был известен под названием АЛЖИР, иначе говоря – Акмолинский лагерь жен изменников Родины. Он входил в систему Карлага, и в нем в течение восьми лет находилась невенчанная жена адмирала Колчака – Анна Темирева. Попала она туда после долгих мытарств скитаний по другим тюрьмам – политическая система тех лет не простила ей верности своему любимому, и в апреле 1939 года Анна Васильевна была в очередной раз осуждена на долгие годы лагерей. За год до этого она потеряла единственного сына, который тоже попал в жернова репрессий и был расстрелян. В Карлаге она вначале была занята на общих работах, проживая в одном бараке с советской киноактрисой Марией Капнист, с которой дружила до конца своей жизни. Причем Капнист представляла ее своим подругам не иначе как мадам Колчак. После того, как ее отправили на условное поселение, Анна Темирева едва смогла устроиться ассистентом художника по костюмам в клубе Бурминского отделения. А еще она была задействована, несмотря на жуткие тяготы лагерной жизни, в театрализованных постановках, которыми иногда «развлекали» себя охранники степных лагерей.

Что касается Казахстана, то в республике по политическим мотивам было осуждено более 103 тысяч человек, причем 25 тысяч из них приговорили к высшей мере наказания. В итоге за какие-то две недели — с 25 февраля по 13 марта 1938 года — было расстреляно почти все руководство республики, а это 650 человек. Среди них Алихан Букейхан и Ильяс Жунсугуров, Ахмет Байтурсынов и Сакен Сейфуллин, Магжан Жумабаев и Беимбет Майлин и многие-многие другие. Остается напомнить, что День памяти жертв политических репрессий в Казахстане был утвержден 31 мая 1997 года, через четыре года после указа об их реабилитации.