Нефтяная компания замораживает инвестиции после арбитража по Карачаганаку: что это значит для Казахстана

Какими будут последствия этой победы для экономики и инвестклимата, разобралась корреспондент Caravan.kz.

Международный арбитраж в Стокгольме поддержал позицию страны в споре вокруг Карачаганакского месторождения. Новость, на первый взгляд, хорошая. Ведь речь идёт о возврате от 2 до 4 миллиардов долларов. Для страны это не мелочь, особенно в эпоху, когда считают каждый тенге. К тому же решение суда показывает, что государство готово отстаивать свои интересы в спорах с крупными игроками нефтяного рынка.

В консорциум KPO входят итальянская Eni и англо-голландская Shell (по 29,25 % у каждой), американская Chevron (18 %), российский «ЛУКОЙЛ» (13,5 %) и казахстанский «КазМунайГаз» (10 %). И, казалось бы, это победа, если бы не одно «но». Генеральный директор Shell Ваэль Саван публично заявил, что компания приостанавливает новые инвестиции в Казахстан.

Так что теперь главный вопрос в том, какими будут последствия этой победы для экономики и инвестклимата.

Старые соглашения — новые претензии

Давайте разберемся в истории конфликта. Проекты вроде Карачаганака развиваются в формате соглашений о разделе продукции (СРП). Это означает, что компании сначала вкладывают в разработку месторождения, потом компенсируют свои затраты за счёт добытой нефти и газа, а уже после делят прибыль с государством. 

Но с этим механизмом в Казахстане возникли разногласия. Правительство начало утверждать, что компании включали в свои расходы суммы, которые на самом деле не соответствовали условиям СРП. В результате, по мнению властей, государство недополучало свою долю доходов от разработки месторождений.

Эти претензии — не вчерашний придуманный сюжет. Ещё в 2023 году Казахстан официально подал в международные арбитражи иски против компаний, разрабатывающих Карачаганак и другое крупное месторождение — Кашаган, заявив о спорных расходах на миллиарды долларов.

В конце января Стокгольмский международный арбитраж вынес промежуточное решение в пользу Казахстана в споре с консорциумом операторов Карачаганакского месторождения. Суд признал претензии Астаны обоснованными. Но это не окончательный вердикт.

Откуда же взялись обвинения в завышенных расходах? Ранее в Италии в рамках уголовных дел подрядчики признавали, что платили взятки казахстанским чиновникам за утверждение затрат для компенсации на проектах, включая Карачаганак и Кашаган. Эти материалы были использованы в арбитражных процессах.

То есть, по сути, Казахстан судился не с «коварными иностранцами», а с собственным прошлым. С теми решениями, которые принимались 20–30 лет назад, когда стране отчаянно нужны были инвестиции любой ценой. Тогда контракты подписывали быстро, закрывали глаза на завышенные сметы, мутные схемы. Всё это было неизбежной платой за большие проекты.

А теперь государство решило пересчитать, кто и сколько на самом деле заработал и за чей счёт. В общем, это, скорее, не революция, а инвентаризация.

Победа для бюджета — сигнал для инвесторов

Если эти миллиарды реально дойдут до бюджета, ими можно закрыть какие-то дыры и даже пустить их на социальные нужды. Но это разовые деньги. Международные арбитражи не могут и не должны становиться способом регулярного пополнения бюджета. В противном случае любые судебные победы будут работать против экономики. Инвесторы станут осторожными, а новые проекты будут откладывать или вовсе замораживать.

Для бизнеса ключевой сигнал звучит так: если подписанные договоры могут пересматриваться задним числом, значит, риски работы в стране растут. А там, где риски выше, деньги идут медленнее.

Повзрослели. А дальше что?

С другой стороны, арбитраж — это признак взросления государства. Если раньше терпели, то теперь защищаем свои интересы. В общем, мы готовы открыто заявить, что выходим из роли молчаливого партнёра, которому оставляют то, что сочтут нужным.

В тему

Акционеры Карачаганака проиграли арбитраж: вернут ли они Казахстану растраченные миллиарды

Но взросление — это не только умение судиться. Это ещё и способность выстраивать понятные правила на будущее. А значит, за арбитражами должны последовать прозрачные контракты, чёткий контроль затрат и ясные механизмы разрешения споров.

Есть еще один момент. Арбитраж вытаскивает на поверхность вопросы, на которые до сих пор нет простых ответов. Почему завышенные расходы годами принимались без вопросов? Кто подписывал эти соглашения? Понесут ли эти люди наказание?

И пока на эти вопросы не появятся внятные ответы, любая победа в суде будет выглядеть неполной.