Бектенов решил судьбу ФСМС в РК: кто теперь будет контролировать медденьги

Теперь чиновники разных ведомств будут бороться за контроль за «чужими» деньгами. И первой жертвой кризиса стал Минздрав.

16 января премьер-министр Олжас БЕКТЕНОВ распорядился передать Фонд медстрахования (ФСМС) в Минфин. Для обоснования такой реформы использовали обычные уже способы антирекламы: рост затрат при снижении качества медицинских услуг, часть денег ФСМС оставлял себе, за счет чего получал прибыль, приписки на миллиарды тенге, мертвые души, которым якобы были оказаны медуслуги: двойное финансирование —по ОСМС и добровольным полисам работодателей. Ну и на десерт – немного пикантности: 769 тыс. мужчин «прошли» скрининг на рак шейки матки, и исследование молочных желёз.

Как оказалось, Минфин провел аудит системы и выяснил, что реформа здравоохранения в Казахстане всё еще тянется: нет единой базы данных пациентов и медорганизаций, контроль за деньгами невозможен, потому что тарифная сетка насчитывает более 3 тысяч позиций, цифровизация системы разрознена и не позволяет отслеживать реальное качество услуг. И главное — медорганизации, оказывается, не заинтересованы в экономии – важно лишь «освоить» средства.

Коррупция у нас везде

То, что система не работает, признают все эксперты, опрошенные «Caravan.kz». Но каждый видит проблему из своего угла и на своем уровне.

«Это должно было случиться лет 10 назад. Минздрав сконцентрировал у себя слишком много функций: он выделял деньги, контролировал и наказывал. Был развит протекционизм, — рассказал редакции глава медцентра «Сункар» Куаныш КЕРИМКУЛОВ. – Хорошо, что Олжас Бектенов начинает смотреть экономику отрасли изнутри. Теперь надо забрать у Минздрава и передать в конкурентную среду НЦЛС (Национальный центр экспертизы лекарственных средств, изделий медицинского назначения и медицинской техники). И привести нормальных ушлых руководителей в СК «Фармация».

Все уже украдено до нас

«Есть официальная и реальная причины. Официально – фонд финансовая организация, здесь лучше разбираются финансисты. Они все хорошо оцифруют и все будет работать, — рассказывает глава медцентра IClinicДанияр КАЛИЕВ. — На публику вынесли старые проблемы здравоохранения: коррупцию, отсутствие реформ, плохую цифровизацию. Все это можно исправить, если проводить системную работу. Но ее никто не проводил. На здравоохранение денег никто не дает. Премьер говорит, что текущего финансирования – 2,5 трлн тенге – на систему здравоохранения хватит».

По факту причина совсем в другом. Проблема в том, что наше правительство в целом неэффективно, уверен эксперт.

Были определенные события, которые вызвали эти решения. В декабре из ФСМС ушел его председатель Айдын Кульсеитов. Накануне он открыто на коллегии министерства вступил в полемику с вице-министром здравоохранения Ардаком Амангельдиевым. Все это видели. Оппонент тоже ушел в отставку 10 декабря. В Минздраве А. Амангельдиев курировал финансовую сферу и ФСМС.

«Минфин Казахстана – такое же министерство в правительстве Казахстана. Почему его считают более эффективным, если у Минфина дыра в бюджете размером с метеорит, — недоумевает Данияр Калиев. — Настоящая цель реформы – оптимизировать бюджетные расходы на взносы в ФСМС. Если просто сократить расходы на медицинскую помощь для казахстанцев, то будет недовольство у населения. А если «назначить» виновных, и сказать, что денег достаточно, просто все украли хитрые частники (хотя 75% бюджета ГОБМП и ОСМС осваивают госорганизации), то можно легко залатать дыру в бюджете, обрезав расходы на медпомощь».

Передача фонда Минфину на пользу системе здравоохранения скорее всего, не пойдет. Может быть, улучшиться цифровизация, может быть будет больше денег. Главное – ФСМС не финансовая организация. Фонд — это про закуп медицинской помощи. А в Минфине в ней ничего не понимают.

Перетряска будет полезной, но…

«Пока я не вижу, что в Минздраве или правительстве занимаются выявлением источника коррупции в системе здравоохранения. Поэтому говорить, что в ФСМС что-то изменится пока рано», — поделился своим мнением экономист Марат КАИРЛЕНОВ

Незаконченная реформа системы здравоохранения создала поле для коррупции, у которой есть две составляющие. Остальное – только следствие. Такой небольшой бардак, уверен экономист, выгоден тем, кто контролирует деньги: — «Этому ты не оплатил услуги, а тому деньги перечислил. Потому что тот молчат, а второй рахмет тебе сказал».

Первое — очень маленький комплексный подушевой норматив. В него входят услуги только терапевта. Государство дает за каждого гражданина в поликлинику 1600 тенге. И все, больше не просите.

Поэтому, когда вы приходите со своей болячкой в поликлинику, вы очень легко попадаете к терапевту. Проблемы начинаются на узких специалистах – их работу ФСМС оплачивает за каждый пролеченный случай. Так терапевт становится администратором, потому что поликлиника такое же предприятие, как завод или кофейня. Его задача увеличить продажи и сократить расходы, чтобы денег было больше.

Работа узких специалистов оплачивается отдельно. Сдельно за каждое обращение. И тут начинается коммерческое творчество. Главврач вызывает к себе терапевта и говорит: — «Что-то народ-то у нас нездоровый. Ты лучше назначай анализы и отправляй людей к узким специалистам. Пусть они разбираются». И тут уже начинаются очереди.

«Меня пугает желание правительства убрать этот подушевой норматив. Если вы это уберете, то у вас будет еще больше проблем. Тогда у вас и терапевты начнут зарабатывать деньги для поликлиники, — уверен М. Каирленов. — Вы все равно эти деньги отдадите на здравоохранение. Поэтому надо включить услуги узких специалистов в подушевой норматив. Тогда структура посещений пациентов изменится. В успешных странах 80% всех посещений приходится на терапевтов. Они вылечивают большинство пациентов на первом этапе. И высвобождают время для нормальной работы узким специалистам. Более того, системе здравоохранения для сокращения расходов будет выгодно заниматься профилактикой и выявлением заболеваний на ранней стадии, вводить новые технологии».

Вторая группа проблем — лекарства. Если откроете публикации 10 лет назад, то там будут материалы о том, как СК «Фармация» завышала цены. И информация об увольнениях и уголовных делах. А лекарства получали не два миллиона человек, а только миллион. Что уголовные дела заводили на главврачей. Коррупция у нас везде. Не только на уровне СК «Фармация» или Минздрава.

Большая часть руководителей ФСМС — выходцы как раз из Минфина, вспоминает экономист. Но проблем меньше не стало. Перетряска, конечно, будет полезной. Может быть она разрушит коррупционные связи.

«Но надо помнить, что если поле для коррупции не сужать, то она обязательно прорастет снова. Минздрав говорит про это. Уже года два работает комиссия. Но пока это только слова», — сказал М. Каирленов.

Сильный Минздрав — нищий Минздрав

Здесь есть и признаки бюджетного кризиса, и передел сфер влияния, уверен политолог Данияр Ашимбаев. 

Занятно, что 16 декабря премьер дал поручение, а уже 16 января Минфин докладывает об итогах аудита. Причём судя по видео с заседания правительства премьер Олжас Бектенов, руководитель аппарата правительства Галымжан Койшыбаев и вице-премьер – министр искусственного интеллекта и цифрового развития Жаслан Мадиев сидят на совещании вживую, а вице-премьер Аида Балаева и министр здравоохранения Акмарал Альназарова подключились из дома. То есть в правительстве даже не подождали, пока профильный вице-премьер и профильный министр вернутся в Астану, отметил Д. Ашимбаев. Понятно, что лобби очень сильное.

Бюджет Казахстана в последние годы сильно раздулся. В два с лишним раза выросли расходы. При том что экономика так сильно не выросла. Правительство рассчитывает, что экономический рост обеспечит рост доходов. Но система так не работает. Тем более государственные инвестиции часто не дают прямых доходов в будущем.

Систему здравоохранения настойчиво коммерциализируют. Расходы на министерство растут, но качество услуг не растет пропорционально. Деньги ФСМС не доходят до пациентов.

Это похоже на то, что происходило в Минтруда: после резкого роста АСП расцвело социальное мошенничество (В 2019 году черта бедности была увеличена с 50% до 70% от прожиточного минимума — с 14 849 до 20 789 тенге. На каждого ребенка из малообеспеченной семьи был установлен фиксированный размер АСП – 20 789 тенге). После этого комиссия во главе с Бердибеком Сапарбаевым ездила по регионам и забирала незаконно выданные пособия.

Схема одна: расходы государства на нужды населения растут, но деньги не доходят до простых людей, обогащая массу посредников клиентелу соцблока.

Министерства социального блока сегодня самые неавторитетные в правительстве Казахстана. Это Минздрав, Минспорта, Минкультуры, Минтруда, Минпросвещения. Ситуация в социалке не нравится никому. Правительству не нравится, что они потребляют много денег без никакого эффекта, населению не нравится, что оно никак ничего не ощущает. При этом расходы бюджета на эти министерства в Казахстане самые большие: 10,4 трлн тенге или 40% от всего бюджета страны на 2026 год.

«У Минобразования отняли финансовый центр. Его отдали в Минфин. Якобы выявили в нем нарушения. Понятно, что нарушения в этом финансовом центре были давно. Просто сейчас денег стало меньше, и одна кормовая база мешает развиваться другой. Процесс вторичного накопления капитала никто не отменял. Поэтому кормушки громят. Это передел сфер влияния», — уверен политолог.

Буквально летом в Казахстане арестовали вице-министра труда и бывшего вице-министра труда. Ситуация становится очень весёлой. Получается сейчас идет борьба не только за деньги, но и за повышение эффективности использования этих денег государством.

Тут сразу вспоминается, что есть такая компания, как «СК-Фармация», которая регулярно оказывается в скандалах с закупками лекарств. Получается парадоксальная ситуация, заметил Д. Ашимбаев: чтобы заставить Минздрав нормально работать надо забрать у него все его деньги.