Вдова актера Шалкара Уркимбаева с четырьмя детьми может оказаться на улице в Алматы

Ведь женщина — не сотрудник театра, к тому же, она якобы вышла замуж за другого мужчину, передает 31 канал.

За 13 квадратов в общежитии развернулась борьба между многодетной семьей и драматическим театром имени Ауэзова, где когда-то работал муж Оксаны. Шалкар Уркимбаев покончил жизнь самоубийством пять лет назад. Тогда она осталась одна с тремя детьми. Позже женщина родила четвертого внебрачного ребенка. В театре посчитали, что она вышла замуж и должна освободить комнату. Оксана же говорит, что по случаю смерти мужа ей должны были предоставить жилье. Чего до сих пор не сделано.

— По закону они должны либо приватизировать эту комнату, либо предоставить другое жилье. Они говорят: "Ну, мы вам уступали эти года, как муж умер". Типа вы сейчас должны освободить квартиру, — поясняет вдова Шалкара Уркимбаева Оксана Уркимбаева.

Чтобы в театре не заблуждались, Оксана Уркимбаева заявила, что замуж все же не выходила. Отношения с другим мужчиной оказались недолгими. Она работает в детском саду, и зарплаты педагога просто не хватит, чтобы снять жилье, говорит Оксана.

— Я родила ребенка, да. Но я воспитываю одна четверых детей. По закону если смотреть, они должны хотя бы детям Шалкара предоставить квартиру. Сейчас я в декретном отпуске, не работаю. А квартиру снимать очень тяжело,- говорит Оксана.

В драмтеатре в свою защиту говорят, что все эти годы шли навстречу семье. Дали время подыскать другое жилье. Но так как она не сотрудник театра, жить долго в комнате не может. В общежитии нуждаются свои актеры.

— Она живет незаконно. Если меня вдруг спросят, на каком основании она живет в нашем общежитии, которое принадлежит театру, у меня нет ответа, — говорит директор Казахского государственного академического театра драмы имени М. Ауэзова Ерлан Билал.

В театре заявили, что смогут оставить ее в общежитии, если только суд вынесет такое решение. Очередное заседание пройдет в следующем месяце. Но защищать права многодетной матери некому. На адвоката у нее нет денег.