В “Трамвае “Желание”

За пьесу “Трамвай “Желание” драматург Теннесси Уильямс получил Пулитцеровскую премию и намеревался взять “Оскар”, экранизировав свое бессмертное творение. Дело было после войны. Удивить народ яркими эмоциями было сложно. Вокруг и без того драма. Но у него получилось. Понять, почему произведение имело ошеломительный успех по всему миру, можно. Автор откровенничал со зрителем, заставлял его краснеть, копаться в себе, испытывать гамму самых разных чувств: ненависть, сострадание, непонимание. А тут вам еще и запретные темы. О которых всегда хочется поговорить. Поэтому, когда Театр Лермонтова взялся за постановку этой пьесы, было интересно, какой она получится. Хватит ли у наших смелости проехаться на трамвае “Желание” по всем пикантным подробностям. Где они сделают остановки, а мимо чего попытаются проскользнуть мимо…

Мне не посчастливилось увидеть другие постановки “Трамвая”, но некоторые искушенные зрители после спектакля поговаривали: “Совсем неплохо. В “Русской антрепризе” мне было даже не так жарко. Впрочем, Питер, ветра, меня, наверное, продуло…” – резюмировала одна дама в бархатном наряде. Сразу видно – “профессиональный театрал”. Я же, как зритель-любитель, могу отметить: постановка моего любимого актера, а ныне режиссера Дмитрия Скирты вышла слишком “мужской”. Оттого, наверное, дамы в зрительном зале так искренне рукоплескали. Что уж говорить, женская солидарность – это миф.

На сцене досталось каждой героине: одну обматерили, другую избили, третью изнасиловали и отправили в психушку. Главную мужскую роль – Стенли Ковальски, мужлана, пьяницы и любителя играть в покер – сыграл актер Илья Шилкин, да-да, тот самый, который блеснул в “Джуте”. Образ, считаю, ему удался. Мужчина фактурный, дамы от таких млеют. Роль ответственная – в 1951 году это “пьяное животное” на экране воплотил сам Марлон Брандо. Кстати, это была его первая знаменитая роль, это потом он стал доном мафии Вито Корлеоне.

Но вернемся в наш вагончик. В полумраке зала не видно, кто хлопает, а кто спит. Но, судя по тому, что в антракте все кинулись к буфету и фужерам, наполненным в честь открытия театрального сезона, эмоции взяли верх.

Эффектная и утонченная Дарья Клебанова рассказала о своих впечатлениях. Спектакль ей понравился. Да и вообще она рада, что народ интересуется пьесами, а то казалось, что вся культурная жизнь переехала вместе с чиновниками в Астану. Порадовали алматинского зрителя.

На спектакль пришли целыми династиями. Семья Жансариных в трех поколениях, например.

– Мы стараемся посещать спектакли любимой Лермонтовки раз в месяц. Это театр нашей молодости, а сегодня вот пришли всем составом, – сообщила нам Ания, инициатор культпохода. – Нам понравилось.

Впрочем, был и негатив. Правда, назвать свои имена критики не пожелали.

– Слишком резко, – заметила одна дама другой в очереди, в уборную, – Шилкин переигрывает… Да и от постановки я ожидала большего.

А вот Гульмира Шалабаева, автор монографии “Постижение культуры”, разложила нам все по полочкам. Она заметила, что шла сюда, не предвосхищая заранее, каким будет спектакль, и считает, что каждый постановщик имеет право на свое видение.

Видение было объемным. И, надо сказать, постановщикам удалось превратить каждого зрителя в соучастника спектакля. Вместо привычного входа ему предложили проследовать на свое место через трамвай. У дверей встречали жители Нового Орлеана. Уход от “канонического”, традиционного театра, который начинается, как известно, с вешалки, уж никак не с трамвая, сыграл свою положительную роль. Люди сразу настроились на нужную волну. Зашли в зал “готовенькими”. Директор Лермонтовки Юрий Якушев, в фиолетовой бабочке, с улыбкой Чеширского кота на лице, признался: давно пора что-то менять. Нужно двигаться. И в этом театральном сезоне путь к переменам начнется с трамвая…

Алматы