В СКО на 17 лет осудили бабушку, сжегшую заживо внучку в печи

В Северо-Казахстанской области вынесен приговор по шокирующему делу о сожжении бабушкой в печи новорожденной девочки, сообщает Sputnik Казахстан

На скамье подсудимых – 62-летняя Любовь Русалеева, пенсионерка, имеющая 8 классов образования, вдова. Всю свою жизнь она прожила в селе Дубровное Мамлютского района, работала телятницей, ранее не судима.

В качестве потерпевшей выступает 29-летняя Олеся Грудинская, мать сожженного младенца и дочь подсудимой.

Судом было установлено, что Русалеева 6 ноября в вечернее время, находясь дома, распивала спиртные напитки. Около 18 часов Русалеева отправила дочь Олесю Грудинскую с внуком в магазин, а сама осталась дома с новорожденным ребенком – маленькой Валентиной.

Как гласят материалы дела, женщина прошла в кочегарку, где была растоплена печь, открыла чугунные круги на плите и поместила туда ребенка, закрыла круги и хладнокровно покинула кочегарку. В результате девочка сгорела заживо.

— Суд приговорил признать виновной Русалееву Любовь Павловну в совершении преступления, предусмотренного статьей 99, часть 2, пункты 3,5,14 УК РК, и назначить ей наказание в виде лишения свободы сроком на 17 лет с отбыванием наказания в учреждении уголовно-исполнительной системы средней безопасности, — зачитала приговор судья Эльвира Уразамбетова.

Кроме того, Русалеевой назначено принудительное лечение от алкоголизма по месту отбывания наказания.

Дочь осужденной, потерпевшая Олеся Грудинская после заседания сказала, что считает приговор очень мягким, но будет ли обжаловать его – пока не решила.

— Простить ее я не смогу… Навещать ее в тюрьме, конечно же, не буду. Хотя она и просит свидание со мной, но я не хочу с ней встречаться. Как я в глаза ей смогу смотреть после всего, что она сделала? Это была моя дочь, ее внучка… После этого она мне не мать. Считаю, что 17 лет – это очень мало, — прокомментировала приговор Грудинская.

Племянница Русалеевой — Лариса Сургутская отмечает, что у ее тети всегда был какой-то нездоровый интерес к печи, к огню.

"Она часто маленькую Олесю подводила к печи и говорила: "Вот смотри, Олеся, вот соска, а сейчас — раз, бросили в печь – и нету ее. Потом как-то в порыве злости сожгла фотоаппарат, потом – телефон. Вещи мужа сжигала… В пьяном виде были у нее такие вспышки ярости", — рассказала Сургутская.

Она считает, что во всем виноват алкоголь.

"Пила она после смерти мужа очень сильно, плакала все время… Еще и кредит на ней висел, куча долгов в магазинах, безденежье… Вот видимо все и навалилось, да еще алкоголь затмение навел", — считает племянница осужденной.

Женщина отмечает, что хочет добиться, чтобы пенсию Русалеевой получала потеhпевшая Олеся Грудинская. Навещать родственницу она также не намерена.