Триста тридцать три плешивые норки: забавные истории газетных опечаток

История насколько смешная, настолько и поучительная для молодых, например, журналистов.

Далее от первого лица.

– Казимира, скорей! Одна нога здесь – другая в обладминистрации! Совещание по экологии! Срочно в номер! – от криков своего самого прямого начальника, редактора отдела, я вздрогнула.

Электрическая пишущая машинка взвыла под одним пальцем, которым я долбила очередной шедевр для рубрики “Прожектор перестройки”. Помните, была в советском периоде одно время такая мода – обличать чиновников, согрешивших на рабочем месте? Тот какие-то блага без очереди получил, этот – одного из косого десятка родственников пристроил под свое крыло. Эх! Знать бы, что будет через пару лет, когда начнется приватизация! Я, уже поняв, что от похода на совещание не отвертеться, кричу начальнику:

– Сейчас! Только материал вычитаю!

А он:

– Давай беги! Сам вычитаю!

В принципе, эти “ноги в руки”, “давай беги”, “скорей-скорей” в работе журналиста случаются каждый день. И хорошо, если только в администрацию “лети пулей”, а то и в самый глухой аул за считаные часы можешь попасть. Было бы задание.

Вернувшись с очередного “наиважнейшего” совещания, я быстренько надолбила на машинке информацию о том, какую замечательную жизнь в нашей зоне экологического бедствия в самое ближайшее время пообещали чиновники. А после спрашиваю:

– Где мой “Прожектор”?

Редактор отдела мимоходом отвечает:

– Уже в номер идет! Я вычитал! Сдал!

Через неделю уже главный редактор газеты вызывает и меня, и редактора отдела на ковер.

– Как вы могли такое себе позволить?! Оклеветать такого человека! Подорвать авторитет газеты!

“Такой человек”, в норковой шапке и весь в каких-то значках и медалях, сидел тут же на стуле и укоризненно качал головой в такт словам редактора.

– Понимаешь, у меня дочка в КызГУ поступила, надо прилично выглядеть – сшил ей шапочку, воротник к пальто, – вставил слово он.

Сначала мы ничего не поняли. Какая шапочка? Чья дочь? Постепенно выяснили: этот товарищ – директор ателье в каком-то отдаленном от Кызылорды селе районного значения, а мы – настоящие клеветники.

Директор неосмотрительно припрятал для личных нужд 3 норковых воротника из дефицитного ассортимента ателье, а я написала 333 – в том самом “Прожекторе перестройки”!

Я кинулась за документом, поступившим из “Народного контроля” – первоисточником к материалу. Точно! “Директор ателье К. присвоил 3 норковых воротника”! Это злодейка пишущая машинка тогда долбанула по цифре 3 раза! Я убежала на совещание, а шефу откуда знать, сколько троек должно быть в тексте?!

Оклеветанный директор ателье рассказал про поистине жуткие последствия опечатки. На другой день после выхода в свет газеты он, как ни в чем не бывало, пришел на работу, потребовал у секретарши почту и чай. Она принесла, но почему-то не уходила, крутилась вокруг стола.

– Чего тебе?

– Агай! Можно мне один воротник?

– Какой воротник?!

– Вот…

Секретарша протянула директору газету. Он прочитал и схватился за голову! И тут зазвонил телефон и не умолкал до вечера! У всех родственников, близких и дальних знакомых были дочки, сестры и сестренки, жены, невестки, мамы, бабушки и даже просто любовницы.

Всем нужны были норковые воротники – дефицитные на тот момент вещи! Да и братья, дядьки, друзья без норковой шапки тоже теряли большую часть своей мужественности.

На другой день в райцентр потянулись родственники из ближайших аулов. На третий – с более дальних селений. Наконец, газета достигла дальних отгонов. Правда, там за модой, видимо, следили меньше, народу оттуда приехало совсем мало. Но кое-кто все-таки приехал. И никто не хотел понять, что газета написала неправду. Не может советская газета врать!

Тогда директор ателье достал из шкафа пиджак с наградами за доблестный труд на благо женской моды и поехал за сотни километров в редакцию. За правдой. Он так и просил:

– Напишите, что у меня было только 3 шкурки, а не целый мешок! На работу ходить страшно, а жить приходится у чужих людей!

Только тот, кто жил в эпоху дефицита, поймет страдания этого человека и муки тех женщин, что никак не могли “достать” норку! Ну, какая ж ты красотка без норкового воротничка?! А шапка из этого несчастного животного считалась верхом шика.

Особенно заботились родители о невестах и студентках. Корову со двора продадут, а девушка будет выглядеть не хуже других!

Студентки из районов, особенно первокурсницы, обычно приезжали в университет одетые все одинаково, но всегда очень дорого!

– Мы, конечно, извинились перед гостем редакции, – уточнила, улыбаясь, Антонина Ивановна. – Выпустили в свет поправку. Слава богу, тогда с журналистов еще не требовали миллионы за моральный ущерб. Но больше я никогда не доверяла вычитывать свои сырые материалы даже самым энергичным коллегам.

КЫЗЫЛОРДА