Три стрелы Робина Гуда

Ридли Скотт подарил миру своего Робина: главный герой, он же лучник при армии короля Ричарда Львиное Сердце, он же Робин Лонгстридж, он же Роберт Локскли, он же легендарный Робин, в последствии – Гуд, смотрит на Англию и зрителя с неподдельным отчаянием, характерным для Рассела Кроу. Впрочем, историй о всеобщих любимцах много не бывает.

Широкий ассортимент переложений легенд о храбром и благородном разбойнике позволяет выбрать любимую версию. Даже предположить, что меткий стрелок предпочитал общество мужчин и никогда не имел никаких романтических отношений с некой Мэрион.

Предполагалось, что Рассел Кроу сыграет и Робина Гуда, и шерифа Ноттингема. Однако монументальность получившегося героя ставит под сомнение вероятность легкости человека, вынужденного вести двойную жизнь: днем – шериф, ночью – разбойник. Кстати, именно серьезность и основательность, спокойная и непоколебимая мужественность нового Робина вызывает неосознанное отторжение.

Рассел – не озорной и веселый хулиган из Шервуда, а склонный к размышлениям о судьбах родины воин. И всем своим мощным и горестью в очах, он отнимает у Гуда многовековую нарицательность. Герой приобретает налет историчности и все повествование о том, как начиналась легенда делает его околодокументальным. Даже шутливо-хулиганская сцена похищения зерна приобретает оттенки серьезного, вдумчивого подхода борьбы за справедливость.

Совершенно очевидно, что такому не мальчику, но мужу не подошла бы в возлюбленные легкая, воздушная и зовущая к поцелуям нимфа. Так что великолепная Кейт Бланшетт воплотила ту самую Мэрион, которая бы стала для Робина не только вдохновительницей, но и банальным тылом. Она невероятно органично продемонстрировала, что есть еще женщины в английских селеньях, способные выполнять любую тяжелую работу, не теряя при этом изящности и женственности.

Ключевым стал персонаж Макса фон Сюдова, сыгравшего старого сэр Уолтера Локсли. Глядя на этого незрячего старика, приходило понимание истиной аристократии, на высоких идеалах которой и следует покоиться доброй Англии. А его смерть стала самым болезненным моментом неспешного повествования, окончательно очернив главного злодея. Именно в этот момент Годфри (Марк Стронг) теряет лоск порочной притягательности, прибавив к порочной алчности еще и мелочность.

Еще один образец киношной отвратительности воплотил Оскар Айзек, сыгравший сладострастного, разбалованного, недальновидного короля Иоана. Монарх получился идеальный для ненависти и непослушания честных бедняков и примкнувших к ним прочих.

Хороши были в фильмы батальные сцены. Своей, наверное, доходчивостью и логичностью. Единственное, чего не достает картине – акцентированной стрелы из лука. Тремя точками стали три стрелы Робина Гуда. Две из них были пущены в главного врага, а одна в указ о собственной поимке.