Торегельды Шарманов – об эликсире молодости, коррупции и угрозах ВТО

Нехватка врачей – системная болезнь

– Вы 12 лет были министром здравоохранения республики. Какие наиболее острые проблемы, на ваш взгляд, есть сегодня у нас в здравоохранении?

– Думаю, дольше меня никто министром здравоохранения республики еще не работал. За 12 лет на этом посту у нас уже пять министров поменялось.

В 1978 году в Алма-Ате была проведена конференция Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) по проблемам первичной медико-санитарной помощи. Тогда была принята Алматинская декларация, впоследствии названная “Великая хартия мирового здравоохранения”. Она впервые в истории человечества провозгласила права человека на здоровье во всем мире. Будучи тогда министром, я ценой неимоверных усилий одержал победу в тяжелой борьбе среди союзных республик за проведение конференции в Алма-Ате. Мы по праву можем гордиться, что были главными организаторами этого знаменательного события мирового масштаба…

Сегодня у нас готовят врачей узкой специализации, а, как показывает практика, больше требуются специалисты с навыками общей медицины. В лихие 90-е ряды врачей заметно поредели, многие ушли в коммерцию, уехали из страны. Сейчас пожинаем плоды тех времен. Очевидно, что для насыщения страны специалистами широкого профиля нужна реформа в медицинском образовании, подготовке кадров.

– Как относитесь к намерению передать больницы в частные руки?

– Это очень сложный и деликатный вопрос. К нему нужно подходить с максимальной ответственностью и осторожностью, чтобы не повторять ошибок прошлых лет, когда в период приватизации раздали здания детсадов без всяких ограничений, а теперь испытываем острую нужду в государственных детских садах. Лучшим вариантом будет, если частник вложит собственные средства и сам построит здание, а государство будет отвечать за предоставление ему долгосрочных субсидий, различных квот, госзаказа. То есть должно быть строгое соблюдение принципов солидарной ответственности. Думаю, при таком частно-государственном партнерстве возможны достаточная прозрачность, надежность и взаимная эффективность.

Стволовые клетки: рано делать выводы

– Что скажете о стволовых клетках и “играх” с геномом человека?

– Начало нового века ознаменовано открытиями в медицинской сфере – это стволовые клетки и расшифровка генома человека. Но, как вокруг любого открытия, в отношении стволовых клеток много домыслов и толкований. Понятно, что человек всегда жаждет исцеления от всех недугов, но, к сожалению, с момента всякого открытия и внедрения его в жизнь должен пройти определенный экспериментальный этап, за который станет ясна эффективность и результативность изобретения.

Открытие же человеческого генома дает огромные возможности. Геномная картина может рассказать, каким болезням подвержен человек, следовательно, есть возможность их предупреждения. Иными словами, приняв профилактические меры сегодня, человек не заболеет завтра.

– Найдет ли человечество эликсир молодости?

– Продление молодости или достижение здорового долголетия было актуальной задачей медицины всех времен. В ХХ веке произошел прорыв, и средняя продолжительность жизни достигла 70-летнего рубежа. На протяжении предыдущих тысячи лет она колебалась в районе 25–30 лет, у римлян – 28 лет. В 1910 году средняя продолжительность жизни в США была 49 лет, в Чили – 29 лет. У казахов, по результатам первой переписи 1897 года, средняя продолжительность жизни мужчин составляла 33 года, женщин – 31 год. Сейчас показатель ожидаемой продолжительности жизни при рождении в 2011 году в республике составляет у мужчин 64,23, у женщин – 73,79 года. По количеству долгожителей впереди всей планеты – Япония, там 90-летний рубеж становится привычным явлением.

Понятно, что человечество стремится к здоровому долголетию – то есть жить дольше и без болезней, сохраняя бодрый дух. Есть интересная информация, что американские пенсионеры чувствуют себя счастливее, чем молодежь. Часто их можно увидеть совершающими мировое турне или просто жизнерадостными людьми, в отличие от нашего представления о старости. Хочется напомнить, что правила долголетия просты: соблюдать принципы здорового питания, вести активный образ жизни и иметь позитивный, добрый настрой.

Сколько может прожить человек?

– А сколько лет максимально может жить человек?

– Есть разные мнения. Согласно клеточной теории или гипотезе старения, человек рождается на свет с определенным запасом теломеров, которые находятся на концах хромосомной ДНК. В результате непрерывного клеточного деления этот запас постепенно истощается, и в конечном итоге заканчивается человеческая жизнь. По некоторым данным, старение клеток можно остановить, если заставить их возобновлять выделение фермента “теломеразы”, он может увеличить первоначальный запас длины теломеров. Таким образом прогнозируется многократное увеличение жизни наших клеток, возможно, даже до 500 лет. Таковы радужные перспективы современной теории о жизни и бессмертии.

Но я считаю, что понятие “бессмертие” находится на далеком расстоянии от нравственных категорий. Закономерность смерти очевидна. Человечество должно производить на свет потомство, более усовершенствованное.

Язвы общества

– Давайте теперь поговорим о недугах общества… Почему коррупция остается неизлечимым заболеванием в нашей стране?

– Коррупция остается злободневной проблемой, является тормозящим фактором развития общества. По моему мнению, здесь нужно пойти против течения, т. е. искоренить коррупцию можно через повышение ответственности. Во-первых, необходимо расширение границ регионального самоуправления – надо дать больше власти регионам. Во-вторых, нужно заниматься юридическим ликбезом общества: каждый человек должен знать свои права и обязанности. В-третьих, устранить уравниловку при оплате труда, это создаст здоровую конкуренцию и хороший заслон различным коррупционным действиям.

Я категорически не согласен с мнением, что у нас особый менталитет и приверженность для процветания коррупции. Необходимо создать условия прозрачности, открытости и обеспечить достойную оплату труда.

– Другой злободневной проблемой нашего общества является недостаточность собственного производства. Почему на наших столах так мало продуктов отечественного производства? Изменится ли ситуация с вступлением в Таможенный союз и ВТО?

– Да, эта проблема, к сожалению, является нашей ахиллесовой пятой. Даже молоко и молочные продукты завозятся извне, к примеру, из Киргизии. Налицо нехватка сырья, хотя земли у нас достаточно, при целевом использовании можно было бы прокормить минимум 200 миллионов человек. В Европе же при их территориальном меньшинстве есть излишек сырья. Тут остается соглашаться с мнением, что “технологии правят миром”, и стараться стремиться к этому в развитии отечественного сельского хозяйства и агропромышленности.

Что касается Таможенного союза и Всемирной торговой организации – ВТО, то они еще больше могуть усугубить наши проблемы, так как продукты отечественных производителей не готовы к конкуренции. Их вытеснение с нашего рынка – уже имеющийся факт. Есть и опасения, что к нам хлынет поток некачественных продуктов. И мы можем превратиться в их свалку, подобно тому, как это оказалось с ввозом старых автомашин. Нужно наладить строгий контроль на определение в первую очередь безвредности ввозимой продукции, чтобы не причинить урон здоровью людей.

– Что скажете касательно торговых войн – таких как запрет на конфеты, минеральную воду, вино?..

– Я бы сказал, в этом вопросе намешан политический привкус. Ведь в результате страдает простой народ. И то, что сейчас происходит с украинскими конфетами, тоже ария из той же оперы.

Политика и наука – вещи несовместимые

– А почему вы ушли из политики?

– Вопрос, как говорится, риторический. Понятно, что жить в обществе и быть свободным от политики невозможно, поскольку она является зеркальным отражением экономического устройства общества. Но моя стихия – медицина. И здесь достаточно проблем. К примеру, проблемы питания детей, больных сердечно-сосудистыми заболеваниями, раком; обогащение продуктов питания витаминами, минералами, проблема ожирения, которая представляет угрозу национальной безопасности. Я веду борьбу с такими недугами с применением научных средств, которыми располагаю.

Объективности ради нужно признать, что политика и наука – вещи несовместимые. Я своевременно пришел к выводу, что политические баталии и интересы ученого имеют мало общего, если даже у них имеются точки соприкосновения.

– А какие общественные события вас больше всего беспокоят?

– Беспокоят природные катаклизмы, которые часто случаются в последнее время. Но они не столь страшны по сравнению с общественными противоречиями. Парламенты некоторых стран приняли решение о легализации однополых браков, что называется, всплыла “обратная сторона” демократии. Если это и дальше получит свое развитие, есть мнение, что уже лет через 50 мужчины как особи могут оказаться на грани исчезновения. Это меня беспокоит сегодня больше всего.