Точка кипения

Таким образом тема, которую экономисты в последнее время старались обходить стороной, снова приобрела особую актуальность.
Первым столь не радужную перспективу перегрева экономики увидел председатель попечительского совета Ассоциации экономистов Арыстан Есентугелов.
Поводом стал уже набивший оскомину спор о процентных банковских ставках. Известный экономист выстроил следующую логическую цепочку: снижение ставок по кредитам может привести к всплеску инфляции, что, в свою очередь, вызовет кредитный бум. Самым главным последствием, по его мнению, будет «перегрев» экономики. За последние пять лет денежная масса увеличилась в девять раз, а в условиях больших валютных поступлений от экспорта сырьевых товаров она и дальше будет расти.
Зерно, оброненное г-ном Есентугеловым, кажется, упало на благодатную почву. Министр Келимбетов уже не стал говорить о необходимости снижения процентных ставок на банковские кредиты, заметив лишь, что правительство всегда вело разговор лишь об их адекватности, но было понято превратно. Но зато он дал понять, что «перегрев» экономики в стране неизбежен: дескать, денежная масса увеличивается, и «нужно уже какую-то осмысленную политику в этом направлении вести».
Правда, рецепта из его уст на извечный фундаментальный вопрос «Что делать?» так и не прозвучало. Однако, если учесть опыт стран, которые вплотную столкнулись с этой проблемой, то дальнейшие действия очевидны.
Как известно, «перегрев» экономики — это практически всегда чрезмерное финансирование экономического роста, избыточное кредитование. Самые главные последствия — острейший дефицит бюджета и резкий рост инфляции. Первые признаки точки кипения уже появились. Экономика Казахстана растет последние четыре года, причем в среднем на 10 процентов в год. Коммерческие банки увеличивают кредитование реального сектора — кредиты экономики уже составляют 27 процентов по отношению к ВПП. Инфляция в 2004 году, похоже, превысит условный коридор в 4-6 процентов и составит, по некоторым прогнозам, 5-7 процентов.
Большего для экономистов, чтобы распознать тревожные симптомы, и не нужно. Еще два года назад Григорий Марченко, будучи в ранге председателя Национального банка, говорил, что проблемы начнутся, когда пойдут большие нефтяные деньги, а, значит, не ранее 2006 года.
Большие деньги, может быть, конечно, не в таких объемах, которые имел в виду г-н Марченко, в страну уже идут. И очевидно, что лучше встретить их во всеоружии.
Глава Национального банка Анвар Сайденов уже заявил о том, что не исключает повышения ставки рефинансирования с учетом складывающейся инфляции. И это несмотря на то, что совсем недавно, в августе, была утверждена среднесрочная программа фискальной политики правительства на 2005-2007 годы, согласно которой предусматривается снижение учетной ставки сначала до 6,8, затем до 6,5 и в конце периода — до 6 процентов.
Повышение ставки рефинансирования и, соответственно, процентных ставок на кредиты — самый верный способ спасти экономику от «перегрева».
Такое решение, например, буквально две недели назад приняло китайское правительство. Последние девять лет Китайский народный банк не поднимал процентные ставки по кредитам, но теперь ему пришлось это сделать. Временные моратории по кредитованию частного сектора, устанавливаемые в стране ранее, не дали ожидаемого эффекта — опасность «перегрева» экономики продолжает оставаться на высоком уровне. Более того, правительство Китая пошло даже на беспрецедентный шаг и остановило строительство сталелитейного завода, чтобы не подвергать экономику угрозе дестабилизации.
Но экономика продолжает расти — по прогнозам, в 2004 году экономический рост Китая составит более 9 процентов. В этих условиях китайскому правительству ничего не оставалось, как повысить процентные ставки — с 5,31 до 5,58 процентов годовых в расчете на то, что подорожание кредитов может несколько сдержать деловую активность. Если и эта мера не даст результата, то Китаю не останется ничего, как пойти на укрепление национальной валюты, которая также в течение девяти лет находится на одном уровне — 8,3 юаня за доллар.
Сравнивать положение Казахстана с Китаем не совсем корректно, хотя экономический рост обеих стран находится практически на одном уровне. Дело в том, что качество этого роста очень сильно разнится. У нас он обусловлен высокими ценами на экспортируемое сырье и постепенно растущим объемом добычи углеводородов. Китайская же экономика растет за счет производства, крупных инвестиционных проектов. И если мы с трудом дотягиваем до 7-9 процентов в 2004 году, то китайцы, наоборот, с трудом удерживают экономический рост в этих рамках. К тому же, у нас совершенно разные перспективы. Экономический рост Китая — это локомотив на полном ходу, который остановить не удастся, его можно лишь только слегка притормаживать.
Экономический рост Казахстана — это прямая зависимость от конъюнктуры мировых цен. И хотя в настоящий момент цены на нефть устанавливают все новые рекорды, аналитики не исключают, что к концу года, или, по крайней мере, в 2005 году, начнется падение цен. Тогда потенциальная угроза «перегрева» экономики минует сама собой.
Тем не менее, китайский рецепт борьбы с «перегревом» экономики представляет практический интерес. Очевидно, что когда экономика находится на критическом пороге, нельзя делать поспешных шагов в виде снижения процентных ставок на кредиты. По мнению экспертов авторитетного агентства Standard&Poor’s, казахстанские банковские продукты остаются достаточно выгодными, достаточно привлекательными. Но при этом они с осторожностью говорят о том, что стремление банков снизить процентные ставки и поиск ими заемных средств на внешних рынках может создать дополнительные риски для банковской системы. Но самое главное — неизвестно, смогут ли банки справиться с растущим объемом кредитования.
В принципе, в тех условиях, в которых находится сейчас Казахстан, важно акцентировать внимание на инфляции, а не стоимости кредитов. Потому что инфляция может иметь далеко идущие последствия. Кажется, правительство наконец начало это понимать. Но достанет у ли него воли отказаться от давних своих притязаний на понижение процентных ставок, все-таки до конца пока не ясно.