Опубликовано: 3500

Психолог раскрыл тайну, почему именно в Восточном Казахстане так много педофилов

Психолог раскрыл тайну, почему именно в Восточном Казахстане так много педофилов Фото - Zakon.kz

На карантине фрустрацию чувствуют все, в том числе и педофилы.

Психолог Райса Байдалиева рассказала корреспонденту медиа-портала Сaravan.kz, почему в Восточном и Южном Казахстане так много педофилов.

В последнее время всё больше обсуждают проблемы детей. Правозащитник Дина Смаилова считает, что во время карантина детей стали чаще насиловать. Также недавно в Казахстане стала доступна карта с фото и данными всех педофилов. Если посмотреть на неё, можно обнаружить, что больше всего этих людей проживает в Восточном и Южном Казахстане. С чем это связано, предположила психолог Райса Байдалиева:

- Думаю, на юге и востоке дело в достаточно жёстких патриархальных установках и традициях, в которых есть строгие табу в отношении секса. По мнению многих исследователей, в частности, известного психоаналитика из Германии Клауса Байера, в шестидесяти процентах случаев педофилии дети становятся замещением. То есть когда у человека нет партнёра или даже нет возможности завести себе партнёра. Скорее всего, это относится и к нашей ситуации.

- Что изменилось для педофилов во время пандемии и карантина? Как это отразилось на их психологическом состоянии и отклонении?

- Карантин вообще на всех повлиял. Когда человек заперт и у него меньше возможностей удовлетворять свои потребности, он чувствует фрустрацию, которая, конечно, влияет и на психические отклонения. Естественно, психологическое состояние педофилов ухудшается.

- Химически кастрированных в том числе?

- Когда люди говорят о химической кастрации и других методах запрета, они должны понимать, что педофил в состоянии возбуждения меньше всего думает о запретах и каких-то негативных последствиях, которые ему грозят из-за нарушения. К тому же, насколько я знаю, химическая кастрация значительно снижает либидо и влечение, но ничего не изменяется в сознании человека. 

- Как вы относитесь к тому, что люди в Сатпаеве хотели учинить самосуд над подозреваемым в изнасиловании пятилетней девочки?

- Это сложный вопрос. Я понимаю людей, которые в какой-то момент осознают, что они уязвимы и нуждаются в защите. Они уже в состоянии нервного возбуждения, они спрашивают: «Что, мы не можем защитить своих детей?». Но я против расправы над любыми людьми, пусть даже педофилами. Всё-таки мы стараемся жить в цивилизованном обществе, и методы воздействия должны быть соответствующими.

- Что нужно делать с проблемой педофилии на глобальном уровне?

- Я считаю, что нужно смотреть на опыт тех стран, где есть специальные программы, которые привели к снижению статистики по педофилии. В Германии есть практика превенции по методу Клауса Байера. Там всё анонимно, даже есть очередь из людей, которые хотели бы справиться со своим влечением к детям. С помощью препаратов и психотерапии их лечат и работают с травмами. Как правило, большая часть педофилов – это те люди, которые сами в детстве перенесли насилие, и у них произошла на подсознательном уровне идентификация с насильником. Не все педофилы обязательно совершали сексуальные действия с детьми. У них есть влечение, но они могут с этим бороться. Проблема преодолима, но только при том условии, что человек хочет её преодолеть. Многие считают, что это обязательно какие-то изверги, но эти люди могут держаться и даже страдать из-за своих фантазий и пережитого в детстве насилия. Была история про человека с жёсткими моральными принципами, и его влекло к подросткам. Он понимал, что хорошо, а что плохо, и страдал от своих фантазий, было несколько попыток суицида. Оказалось, его в детстве изнасиловали, и он много лет об этом молчал. После четырёх лет терапии он нашёл себе половозрелого партнёра, и у него теперь гомосексуальный брак.

Как практикующий психолог скажу, среди моих клиентов много людей, которые перенесли насилие, но они об этом говорят не сразу. Опытный психолог очень быстро по многим признакам может понять, что у человека в прошлом была ситуация, которая угрожала жизни и здоровью. И когда работаешь с человеком, и он начинает об этом говорить, то испытывает такое облегчение… Некоторые по сорок лет о таком молчат. Если бы была программа и достаточно специалистов… Психологов тоже нужно готовить. Компетентные – те, которые могут периодически повышать свой уровень. Не все школьные психологи или те, кто работает в поликлинике, будут это делать при их зарплатах. А психологическая помощь платная и доступна небольшой части населения. Нужно сделать бесплатную, а не формальную, как сейчас, когда в поликлиниках есть психологи, но это девочки, только что окончившие заочно, которые за четыре года там перегорят и сбегут в любую другую сферу.

Но насколько наше обыденное сознание готово к тому, чтобы нам сказали, что государственные деньги будут тратить на психологическую помощь и лечение педофилов? В Германии средства даёт именно государство, но и там было достаточно масштабное движение людей, которые хотели, чтобы эту программу закрыли, потому что некоторым жителям страны не нравилось, что они нацелены на помощь педофилам, а не жертвам. Но, наверное, там очень хорошие результаты, раз люди становятся в очередь, чтобы пройти эту психотерапию. Можно посмотреть на них и воспользоваться похожими подходами.

- Что можно сделать, чтобы обезопасить своих детей?

- Педофилия – это часть нашей общей проблемы насилия. Пока в обществе не будет нулевого терпения к нему, педофилия тоже будет иметь место. Человек стал жертвой педофила, а потом через много лет сделал то же самое, чтобы изжить детскую травму. Нужно проводить работу и профилактику среди дошкольников по поводу насилия. Есть много способов в игровой форме объяснить, чего не должно быть. К сожалению, родители, как правило, беспомощны и не могут сделать это сами. К тому же мы живём в культуре, в которой к детям потребительское отношение. У нас нормально потрогать ребёнка за щёчку, бабушка с дедушкой могут маленького мальчика за гениталии схватить – это вообще ненормально. Я прекрасно помню, как однажды мою трёхлетнюю дочь какая-то бабушка в маршрутке взяла за щёку, а дочь сказала: «Уберите свои грязные руки!». И на меня зашикали все пассажиры, стали осуждать, мол, что у меня за ребёнок. А я поддержала её, сказала, что незнакомый человек не имеет права трогать моего ребёнка. Бабушка стала оправдываться, что у дочери такие пухлые щёчки, но это всё равно не даёт ей права. Я запрещала своим детям до определённого возраста здороваться с кем попало, даже если они живут в нашем доме. Когда меня спрашивал ребёнок о том, почему так, я объясняла: «Пока ты маленькая, ты имеешь право здороваться только с теми, кто вхож в наш дом. Мы домой пускаем только тех, кому доверяем. А люди бывают разные, кто-то может тебе навредить». В пятнадцать лет он уже понимает, с кем можно общаться, а с кем нет, и мои дети в курсе, что есть люди с психологическими отклонениями, которые могут быть опасны для них. И каждый родитель должен знать, как защитить своих сына или дочь. Когда я вижу, когда маленький ребёнок, особенно из посёлка, приезжает и здоровается со всеми подряд, мне хочется просто отругать родителя. Он бестолковый и не понимает, что поздороваться – это не просто приветствие, это приглашение к контакту. Родителям нужно быть избирательными в общении в присутствии своих детей. Тогда у ребёнка сложится понимание того, что с чужими людьми не нужно общаться.

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи