“Потерянную” казахскую дивизию нашли в украинских лесах

Лесом поросло

Возвращение памяти о героях Великой Отечественной войны для их потомков дорогого стоит. Сегодня в бывшей степи под Красноградом над многочисленными курганами братских могил шумит густой лес. Но история его возникновения печальна.

Жительница Петропавловска Шамшиябану КУАНДЫКОВА, дочь кавалериста 106-й казахстанской дивизии Темирбулата ХАСЕНОВА, побывавшая в этот День Победы под Красноградом, делится впечатлениями от рассказов очевидцев тех давних событий, которые на Харьковщине передаются из уст в уста:

– В мае 1942 года, говорят, такая была битва, что расстояния от села до села там были усыпаны трупами людей и лошадей. Стояла жара – 25–30 градусов, надо было срочно хоронить погибших, но немцы не разрешали. Украинские женщины делали это украдкой, ночью, так как все их мужчины в то время воевали на фронте. Рассказывают, что в каждом кургане десятки, а то и сотни человек захоронены. Поcле войны по инициативе члена Военсовета Хрущева был издан приказ: места этих захоронений распахать и засадить деревьями. Видимо, чтобы никто ничего там не искал. За эти годы на братских могилах уже два поколения леса выросло…

Харьковский котел

Харьковская наступательная операция весны 1942 года планировалась видными военачальниками С. Тимошенко, И. Баграмяном и Н. Хрущевым. В ходе ее при усилении Юго-Западного направления они рассчитывали не только вернуть оставленный город, но и решить более крупные задачи. Генеральный штаб сделал вывод, что весной 1942 года это невозможно. Но три военачальника решили действовать имеющимися у них силами, пополнив обескровленные в боях части Юго-Западного фронта двумя стрелковыми дивизиями и 6-м кавалерийским корпусом, в состав которого входила и 106-я кавалерийская дивизия из Казахстана. Но, начавшись с успешного прорыва вражеской обороны, операция советских войск завершилась крупным поражением. По мнению исследователей, из-за просчетов Тимошенко, Баграмяна и Хрущева. А происшедшее окрестили “харьковским котлом”, или “харьковской катастрофой”.

– Шок у центрального руководства страны был таким, что данные по этой трагедии сразу засекретили, даже в сводках не сказали правду, – пишет украинский историк и археолог Татьяна КРУПА. – По немецким данным, во время боев за Харьков было взято 239 036 советских пленных, уничтожено и захвачено 2026 орудий, 1249 танков и 540 самолетов. Генерал Клейст писал: “Везде, насколько хватало глаз, землю покрывали трупы людей и лошадей, и так плотно, что трудно было найти место для проезда легкового автомобиля”. Командующий 6-й армией генерал Городнянский, видя страшное уничтожение своих солдат, в отчаянии застрелился…

Говорят, Тимошенко и Хрущев спешно погрузились в самолет и покинули места боев. И если поначалу еще составлялись списки погибших и пропавших без вести, то позже выживших и бежавших из плена солдат объявили предателями родины и отправили в советские лагеря. После войны с приходом к руководству страной Никиты Хрущева в 1953 году были уничтожены все документы, которые могли пролить свет на судьбу этих солдат.

– Часть историков полагает, что к уничтожению документов причастен Хрущев, бывший в те годы членом Военного совета Юго-Западного фронта и ответственным за харьковскую катастрофу, – говорит военный историк, почетный житель Краснограда Леонид КАРЦЕВ. – И все же осталось достаточно документов, чтобы восстановить справедливость.

Восстановленная память

Так случилось, что две подруги, жительницы Харькова Татьяна Крупа и глава Харьковского общественного объединения казахстанцев “Бирлик” Макка КАРАЖАНОВА, обнаружили в Интернете письмо из Южного Казахстана от Жанар КАЛГИНБАЕВОЙ. Она сообщала: “Мой дед, Шайык Калгинбаев, пропал без вести в мае 1942 года… В городе Акмоле была сформирована 106-я кавалерийская дивизия, мой дед был в ней начальником ветеринарной службы. В апреле 1942-го дивизию направили в Украину… В последнем письме, датированном 8 мая 1942 года, дедушка сообщал, что дивизия остановилась в деревне Алексеевка Харьковской области…”.

Сопоставив события – расхожую легенду об отважных черноголовых людях, ходивших в войну с шашками на вражеские танки, и это письмо из Казахстана, – женщины приступили к поиску. Так родилась научно-поисковая группа объединения “Бирлик”, состоявшая из трех человек – двух уроженцев Украины, Татьяны Крупы и Леонида Карцева, и уральской казашки Макки Каражановой, живущей с семьей в Харькове. Затем к поисковикам присоединилось много неравнодушных людей.

– Поначалу было много непонятного, – говорит Макка Каражанова. – По документам дивизия вроде бы была расформирована и в боях не участвовала. Но у нас есть письма кавалеристов близким с подробными описаниями местности, в которой они ожидали наступления.

– И, конечно же, казахская конница на самом деле сражалась не с танками, она участвовала в крупной операции, прикрывая отступление советских войск, – добавляет Татьяна Крупа. – А погибли бойцы в результате просчетов командования.

Надежда – великая сила

Первым доказательством того, какая в Украине воевала конница, стало обнаружение трупов низкорослых казахских лошадей. Они могли сюда попасть только из Средней Азии. Дальше нашлись свидетели тех событий. Они рассказали, что красноармейцы были с не типичной для Украины внешностью.

Следующим контраргументом против тех, кто полагал, что казахская дивизия была сформирована лишь на бумаге, стало обнаружение акта ее приемки по прибытии в район боевых действий. В нем подробно расписаны личный состав, экипировка, состояние лошадей…

Почти 70 лет 106-я кавалерийская дивизия, сформированная в Казахстане, считалась пропавшей без вести. Вокруг нее ходило много слухов и домыслов. Но теперь хорошо известно, где закончился ее героический путь. В харьковских селах свято чтут память о казахстанских бойцах, отдавших жизнь за украинскую землю, бережно ухаживая за их братскими могилами. Хотя по-прежнему количество неизвестных солдат в них намного превышает число обозначенных на памятниках имен.

– Всю жизнь мы жили в надежде, что отец где-то есть и вдруг появится, – еле сдерживая слезы, говорит Шамшиябану-апай. – В Украине я убедилась, что погиб он геройски и что тело его предано земле, а не склевано птицами. Это многое значит для меня. Потому что всю жизнь, 70 лет, я его жду. Старший и младший братья умерли, не дождавшись. Я очень благодарна тем женщинам, которые хоронили наших кавалеристов. Теперь места, где воевал прадед, собираются посетить наши внуки.

Алматы

О одном из бойцов 106-й кавалерийской дивизии Сыдыке ТУМЕНБАЕВЕ читайте здесь.