Ползучая беда

Стихия по-прежнему дает о себе знать: за последние десять дней в опасной зоне, от поселка Чимбулак до Енбекшиказахского района, сошло больше десяти оползней, а всего за весну — около ста. Чрезвычайная ситуация сохраняется, но живущие здесь люди, несмотря на предупреждения спасателей о риске и предложения властей переехать в безопасные поселки, не хотят покидать свои дома.
Склоны здешних гор перенасыщены влагой, она проникла на два метра в глубину. Но не только этот фактор влияет на движение горной массы. Дождями и влагой от таянья ледников здесь никого не удивишь, они были и раньше, но такого количества съезжающего грунта не наблюдалось даже в самые влажные годы.
Специалисты предполагают, что частые оползни в этом году могут быть результатом перманентных подземных толчков. Их нельзя назвать сильными, но, тем не менее, свое дело они делают, смещая грунты склонов. К тому же это может свидетельствовать о нарастании общей сейсмической активности в предгорьях Заилийского Алатау и вблизи Алматы. Поэтому к исследованию сложившейся ситуации сейчас приступают сейсмологи.
А пока на специально созданных постах дежурят жители и работники отделов внутренних дел, выставлены знаки, предупреждающие об опасности, запрещено движение транспорта, скота. Люди находятся в напряжении, ведь риск действительно большой, в этой зоне почти нет ни одного ущелья, где бы не оставили свои следы оползни.
Напомним, за одну ночь с 13 по 14 марта оползень близ санатория «Ак-Каин» в Талгарском районе «слизал» два дома. Со скоростью 50 километров в час на поселок Талдыбулак спустилось три миллиона кубометров грязекаменной массы. Живущие в двух домах люди оказались погребены под тяжелой жидкой грязевой массой, спасти удалось лишь нескольких.
Чеэсники не один день искали тела погибших. Среди жертв оказались двадцать казахстанцев, из них шестеро детей — от четырех месяцев до семнадцати лет, и девять снимавших квартиры предпринимателей-граждан Китая. Ущерб составил 75 миллионов тенге, но ни в каких денежных знаках не сосчитаешь человеческие потери.
Эти места и раньше считались небезопасными. В прошлом году работники службы ЧС предупреждали жителей о риске, которому они подвергаются в весеннее время года, требовали временно оставить жилье. Тогда было отселено тридцать семей. В этом году таких предупреждений не было. Одной из причин неготовности к ЧС можно назвать сокращение постов наблюдения и исследовательских работ в потенциально опасных регионах.
С начала девяностых годов прекращен мониторинг опасных склонов. Таких в Алматинской области много: к опасным районам относятся еще места близ рек Бесагаш, Талгар, Катыр Булак. Но если учитывать только те районы, где оползень может угрожать людям, их окажется намного меньше, чем все потенциально опасные предгорья Алатау. Однако средств на такие программы все равно практически не выделялось, и только после схода оползня власти решили профинансировать изыскания ученых и специалистов во всех опасных для людей районах Заилийского Алатау.
Исследователи должны представить карту горячих точек и свои предложения о превентивных мерах.
Прежде всего речь идет о переселении людей в другие места. Однако и сейчас жители почти семисот домов, которым реально угрожает опасность схода оползней, не спешат покинуть родные дома. Понять их можно, власти только предлагают переехать, разобрав свои дома, чтобы построить новые. Из бюджета денег на переселение не выделяется, а самим людям такие расходы не по карману, даже если будут давать кредиты и предоставлять какие-то льготы при выделении земельных участков.
Впрочем, пострадавшим в марте государство помощь оказало. Были выделены средства родственникам погибших, предоставлено жилье потерявшим его. Помогали политические партии, коммерческие структуры, предприятия. Издательский комплекс «Дэуiр», выкупивший в свое время землю, где оказались разрушенные дома, выделил каждой семье, лишившейся крова, по пятьдесят тысяч тенге и по сто тысяч — родственникам погибших.
Но все это уже последствия того, что можно было предотвратить. Как в свое время можно было предположить, сколь опасна для горы Коктобе застройка разными зданиями. Сейчас на склоне горы появилась огромная трещина. Ее длина более ста пятидесяти метров, просадка почвы в разломе достигла полуметра. В случае переувлажнения или подземного толчка, по оценкам специалистов, может сорваться до трехсот пятидесяти кубометров грязевой массы, которая, учитывая крутизну горы, достигнет частных домов в лощине за одну минуту.
Опасны и другие склоны Коктобе — в районе Турксиба, над санаторием ветеранов МВД. Общий объем оползневой массы может достичь двух миллионов кубометров. И только когда опасность стала уж совсем очевидной, Коктобе закрыли для проезда, запретили работу ресторана, объявили чрезвычайную ситуацию, начали укрепительные работы. Пытается ли кто-то сейчас выяснить, почему и кто дал разрешение на строительство, почему не проконтролировал потом правильный слив канализации, питавшей несколько лет гору влагой, из-за чего, возможно, и образовалась трещина.
А сколько ресторанов и кафе построено выше плотины, защищающей и уже спасавшей город от сильного селя? Сейчас, в летний сезон, люди как ни в чем не бывало отдыхают в этих заведениях, отмечают праздники. И ни они, ни те, кто делает там свой бизнес, не понимают, что совсем не застрахованы от беды.
Может быть, правы те, кто высказывает предположения о причинах бездействия властей, об отсутствии профилактических мер, превентивных действий, которые бы уберегли человеческие жизни? А предположение такое. Если бы специалисты проводили наблюдения, составляли карты с «горячими» точками, пришлось бы прекратить выделение участков под застройки, потеряв таким образом деньги, получаемые за разрешения. И если бы появились такие карты, пришлось бы отселять уже живущих в опасных зонах людей, а на эти цели государство средств не предусматривает.
Так что вся надежда остается на стихию, вернее, на то, что она стихнет…