Пленники Каиссы

Одно только это выделяет шахматы из миры спорта — ведь нет же, к примеру, «Дня футбола», или «Дня виндсерфинга»… Но такое предпочтение, думается, оправданно. Ведь шахматы, безусловно, на сегодня остаются самой интеллектуальной и сложной игрой, а их «почтенный» возраст и долгая история дают им право занять свое, особое место в истории человечества.
Название игры, в переводе с персидского языка, означает «властитель умер». Историки шахмат предполагают, что изначально игра создавалась, как своеобразный «тренажер» стратегического мышления для военачальников, то есть, была военной игрой. На это наталкивают и названия фигур: «слон», «офицер», «тура» (то есть военная сторожевая башня).
В Европу, как считается, шахматы попали из Ирана и Арабских стран. Но родиной шахмат историки считают Индию, именно там, более полутора тысячелетий назад возникла игра «четуранга» — почти полный прообраз современных шахмат.
Через арабских купцов игра сначала распространилась в странах Востока, а в средние века стала известна и в Европе, где вскоре стала считаться одним из важных достоинств настоящего рыцаря.
Шахматы — чрезвычайно сложная и занимательная игра, несущая в себе огромный творческий потенциал и требующая от игрока выдержки, хладнокровия, воли, а также приучающая к расчету и особому стилю мышления.
Количество различных вариантов, возникающих на доске, огромно. Недаром об этом есть древняя легенда. По ней человеку, который изобрел шахматы, предложили самому назначить себе достойную награду. И он не стал требовать золота или алмазов, а попросил только одно пшеничное зерно — за первую клеточку шахматной доски, два зерна — за вторую, четыре зерна — за третью — и так далее, в геометрической прогрессии. Сумма всех зерен оказалась невероятно большой — 8 624 366 313 386 270 208 штук! Это в тысячи раз больше, чем во всех закромах и житницах всего земного шара… Такова инвариантность шахматной игры, сосредоточенная на 64 клеточках шахматной доски.
Но все-таки некоторые варианты на шахматной доске могут повторяться. И шахматисты ищут их, изучают лучшие ходы, которые могут привести к победе. Так возникла и развилась теория различных стадий шахматной борьбы — от дебюта до миттельшпиля и эндшпиля и миллионы любителей, тысячи мастеров и десятки шахматных гениев постоянно пополняют и развивают эту теорию.
Имена таких корифеев шахмат как Тарраш, Филидор, Стейниц, Ласкер, Капабланка, Чигорин, Алехин и других стали яркими вехами в развитии этого вида спорта, где интеллект и воля столь же важны, как и чисто физические данные.
За полтора тысячелетия шахматы обрели огромную популярность во всем мире. Даже названия многих партий, ставших классическими — «испанская» партия, «шотландское» начала, «сицилианская» защита, — говорят об этом.
Иногда шахматы становились объектом идеологии и даже политики. Автор этих строк сам помнит необычайно взвинченную, до грани истерии, атмосферу в пору борьбы за шахматную корону между Карповым и Корчным, в 80-х годах прошлого века. Дискредитировавшая себя в экономике и политике советская власть отчаянно нуждалась хоть в каком-то доказательстве своей состоятельности, и самый интеллектуальный вид спорта подходил для этого, как никакой другой. Наш человек должен быть умнее и способнее буржуазного отщепенца Корчного!
С огромными усилиями Карпов выиграл тот матч, и Генеральный Секретарь Коммунистической партии Л. Брежнев, чуть ли не со слезами на глазах обнимал нового чемпиона мира… «Взял корону — держи!» — неслось из старого шепелявого рта руководителя СССР. Но эффект от этого идеологического допинга был невелик — Союз все равно распался и шахматы вернулись на свое законное место — в «семью» интеллектуальных игр, где они по праву занимают первое место.
Казахстанская шахматная школа в советское время была достаточно сильной, хотя мастеров экстра — класса она и не дала. Правда, появлялись в Казахстане мастера и даже гроссмейстеры, но все они, как правило, чаще всего выезжали из страны и выступали в турнирах за рубежом. Но школа подготовки шахматистов была достаточно прочной. Автор сам в детские годы посещал секцию шахмат в Алматинском Доме пионеров и школьников и вместе с ним на занятиях присутствовали по сорок-пятьдесят человек.
Однако в последние годы интерес к шахматам заметно снизился. Резко уменьшилось число шахматных кружков и секций. Многие шахматные наставники ушли из жизни, а замены им нет. Да и Дом пионеров в южной столице недавно снесен, а на его месте решили построить гостиницу…
Однако шахматная жизнь в стране существует: проводятся турниры, есть Федерация шахмат, казахстанские шахматисты порой неплохо выступают на различных соревнованиях, в том числе, и на международных. Однако общий интерес к шахматам сегодня, по сравнению с временами 80-х годов прошлого века, и даже более поздними, заметно снизился. Шахматы, как и любой спорт, должна подпитывать «молодая кровь», а у молодых сегодня — свои, новые интересные занятия и предпочтения…
Шахматы кардинально стали меняться со времени Михаила Моисеевича Ботвинника. Шестой чемпион мира по шахматам, ученый — математик, человек с аналитическим складом ума, Ботвинник привнёс в шахматы научный подход — им были разработаны целые дебютные системы.
По сути, партия стала начинаться дома. И действительно, раз начальная позиция известна, фигуры ходят по строго определённым правилам, почему бы не исследовать шахматы, как некую математическую задачу, в рамках формальной логики? Анализ шахматных партий, доскональное изучение дебютов, подготовка к доигрыванию послужили мощным толчком к развитию игры, и шахматы эволюционировали именно в этом направлении. Кстати говоря, именно шестой чемпион мира стал первым, кто активно ратовал за появление «искусственного интеллекта» и сам сделал для этого немало.
Но новое время принесло и новые проблемы. Темп жизни в последние лет десять — двадцать ускорился во много раз. Мобильные телефоны, Интернет, высокие технологии, не говоря уже о таком феномене, как массовая компьютеризация, резко изменили ситуацию и в шахматах. Поток информации, выплёскивающейся ежедневно на человека, огромен. До чего-то интересного докопался один человек — через день, а то и прямо в режиме он-лайн, об этом узнает весь мир. С появлением компьютеров, введением практики игры и занятий по Интернету резко вырос средний уровень игры.
Если раньше партии с участием гроссмейстера и любителя были чистой формальностью, то теперь нередки случаи, когда профессионалу приходится терпеть большие сложности и даже поражение от простого любителя. Общая подготовленность любителей, безусловно, усилилась, но дело не только в этом. Теория, все века разрабатывавшаяся в «ручном» режиме», идёт вперёд семимильными шагами. Шахматы делают максимально просчитываемыми. Полная победа аналитической школы, ярчайшими приверженцами которой были Ботвинник и Каспаров отходит на задний план. Компьютерные шахматные программы сегодня настолько изощрились, что им по плечу борьба «на равных» с самим чемпионом мира! И последние события — встречи Каспарова, Крамника, Ананда с компьютерным «шахматистом» доказывают это со всей ясностью: человек все больше проигрывает бездушной и «безмозглой» машине. То, что считалось его главным, непреодолимым преимуществом — интеллект, — побивается тупыми комбинаторскими возможностями электронного монстра. Ведь компьютер может считать сегодня уже в миллион раз быстрее, чем человек, а еще через десяток лет станет считать в десять миллионов раз быстрее.
Так что многие шахматисты считают, что эпоха шахматных гениев безвозвратно уходит в прошлое. В мире, где властвует приоритет вычислительной мощи, человеку, с его ограниченным физиологией мозгом, бороться бессмысленно… Это как в конце партии, когда пешка, достигнув первой линии, становится ферзем, чем предопределяется выигрыш — и конец игры тоже.
Так и здесь: подключив для решения шахматных задач вычислительную мощь электронных компьютеров последних поколений, человек неожиданно обнаружил, что убил саму суть игры, ее непредсказуемость, азарт и напряжение борьбы. Именно поэтому некоторые шахматисты, например, Гарри Каспаров, весьма скептически относятся к дальнейшему развитию шахмат, в том виде, как они существовали столетиями. А в соревновании «человек — машина» выигрыш все более склоняется на сторону машины, и это преимущество, по мнению многих, будет только нарастать…
Какой урок человеческому самомнению, какой удар по гордости!
Но некоторые считают, что последнее слово в шахматах человек еще не сказал. Настоящие энтузиасты шахмат, «пленники Каиссы», все еще уверены, что главным в шахматах остается не сухой математический расчет, а интуиция и вдохновение, чем компьютер никак не может похвастаться, а проигрыши чемпионов мира компьютерным программам — это не конец, а начало нового этапа развития шахмат.
Человек должен выработать новую тактику в борьбе с чудовищной вычислительной мощностью машины, противопоставить ей хитрость, тонкий расчет и неожиданное продолжение давно известных шахматных ходов и ситуаций.
Спор человеческого разума и созданной им машинной мощью продолжается…

Фото с сайта http://www.redcube.ru