Память в снимках

Корж – человек-бренд. О том, насколько он известен в родном Зыряновске, говорит такая история. Один заезжий журналист, будучи изрядно подшофе, поймал на вокзале такси и, перед тем, как отключиться, назвал водителю адрес: “К Коржу!”. Таксист доставил пассажира прямо к подъезду. Сам Виктор убежден, что за десятки лет работы в местной газете “Заря Востока” в его фотообъектив попало больше половины всех зыряновцев:

– До перестройки люди больше улыбались. Может, потому что меньше думали о деньгах, меньше переживали из-за них?

Особое место в фотогалерее мастера занимают портреты Владимира Высоцкого. Он смотрит с карточки просто, без тени позерства. С гитарой у ног, с сигаретой в зубах, на лице полуулыбка…

– Высоцкий выглядел вымотанным, – вспоминает Виктор. – Был октябрь 1970 года. Приехал всего на один день. Плохо себя чувствовал, по-моему, был простужен. Дал семь концертов: первый начался в 11.00, последний закончился за полночь. В перерыве зашел к нему за кулисы сделать снимок – весь столик был завален антибиотиками. Одной рукой я держал самодельный светильник, который в любой момент мог лопнуть, такая была аппаратура. А другой – щелкал кадры. Высоцкий был очень спокойным, потом улыбнулся: снимают, мол, меня часто, а фотографий никто не дарит.

Сразу после концерта его посадили в горисполкомовскую “Волгу” и отправили в Усть-Каменогорск. Фотографии Корж отдать не успел… И все-таки снимки попали к актеру. Их привезла в Москву заведующая зыряновским отделом культуры Валентина Свердлова. Она специально пришла в Театр на Таганке. Ее встретил друг Высоцкого Вениамин Смехов, взял конверт со снимками, а в благодарность дал дефицитную контрамарку на спектакль.

Сейчас зыряновские портреты Высоцкого хранятся в его музее – в Москве. Десять лет назад артисты гастролировали в Усть-Каменогорске. В составе труппы был сын поэта Никита.

– Я делал фоторепортаж и попросил Никиту взять в руки снимок отца, – вспоминает собеседник. – Так получился снимок, где в одном кадре – два поколения.

Последние два года Корж из тысяч негативов отбирает знаковые, сканирует их и заносит в электронную базу. Самые ранние – 1967 года, со снимков таежного села Столбоуха. Тогда это была большая деревня со школой, Домом культуры, библиотекой, магазином. Сейчас – только точка на карте в таежной глуши. Но если история Столбоухи осталась на снимках, значит, село не исчезло бесследно?

Виктор ВОЛОГОДСКИЙ, Усть-Каменогорск