Немного питерской прохлады в горячей испанской истории

Привезенная музыкальным театром «Петербургская оперетта» версия знаменитой «Собаки на сене» так и не ответила на вопрос: была ль любовь?

Расчетливую страсть, амбиции молодости и боль надменности продемонстрировали главные персонажи оперетты от режиссера Светланы Самородовой.

Задача стояла довольно непростая: если не затмить знаменитый художественный фильм с Тереховой и Боярским, то хотя бы избежать сравнений в пользу оного. Хотя именно с «Собаки на сене» начинался репертуар «Петербургской оперетты», премьера которой состоялась 26 ноября 2002 года. А зрительский интерес объясняется, видимо, любовью к киноленте.

История гордячки де Бельфлор, проникшейся интересом, а потом и страстью к своему секретарю известна многим и по оригинальной пьесе Лопе де Вега. Однако в питерской интерпретации пара Диана — Теодоро по эмоциональному накалу уступают другой паре влюбленных женщин Анарде и Марселе. Нет, никаких современных веяний, просто служанки взяли на себя всю ответственность за воплощение любовных томлений, страстных позывов, мук ревности и так доходчиво продемонстрировали извечное желание утвердиться в статусе жены. Марсела к тому же чудо как хороша во всех своих действиях: хоть в торжественном установлении кресла, хоть в диалоге с любым из героев.

Диана, же, как ей и положено была холодна и бесстрастна. И даже постоянное желание утверждения собственного превосходства над окружающими в красоте и притягательности демонстрировала крайне сдержанно. Похоже, лишь пощечины она давала от всей души: звонко и со смаком.

Теодоро был юн горяч и крайне суетлив. Такие качества натуры он щедро вкладывал во все свои действия: монологи, песни и танцы. И, все-таки, любви хоть к одной из своих женщин до публики он не донес. Слишком сметлив и амбициозен, несмотря на резкость порывов и страстность характера.

Почему-то сильно не хватала классического старого слуги, того самого, который бы проскрипел учтиво: «Я, Ваша милость, слышал Вас. Но мне не верилось, простите, что Ваша милость так кричите в такой неподходящий час». В этой версии, по невероятному стечению обстоятельств, реплику отдали Тристану, слуге Теодоро.

Самыми яркими получились почему-то сценки водевильного характера, заимствованные из «Благочестивой Марты». Впрочем, музыка все равно принадлежит любому режиссером спектакля, Геннадию Гладкову. В одной из них герои бодро пропели про «у нас в Испании» и бодро сплясали. Но особенно удачной вышла вторая, в кустах под несколько фривольные напевы «Тише, тише» с придыханием, и изобразив одномоментно приступ внезапной страсти и наблюдения за ней.

«Собака на сене» от Светланы Самородовой вышла добротной. Такой отточенной, четкой, выверенной по нотам и па. Но слишком мало в ней горячности, страсти мало. И даже душевные метания были строго дозированными участниками действа. Даже прелестные сами по себе воздыхатели Дианы отыгрывали свои сцены как-то о себе, а не о своей к ней страсти. И только граф Леонардо был переполнен чувствами от обретения сына.

В очередной раз посмотрев «Собаку на сене», я так и не смогла понять, писал ли де Вега о любви в своей комедии, или только предлагал аудитории разделить некую забавность и предсказуемость человеческих реакций и неизменное желание доказывать что-то не только окружающим, но и себе самому.