На Евразийском медиафоруме вопросы госконтроля за интернетом

Обсуждение темы влияния блогеров на общественное мнение на XVI Евразийском медиафоруме в Алматы переросло в дискуссию по теме контроля интернета государственными структурами, передает Zakon.kz.

— Мне хотелось бы, чтобы критерии национальной безопасности обсуждала не узкая группа людей, которая исходя из своих интересов их устанавливает, а чтобы все обсуждалось обществом. Если оно согласится свободно, добровольно с тем, что именно является угрозой нацбезопасности, то это будет настоящая безопасность нации, а не национальная безопасность, которую напишут в докладной записке 3 или 5 человек, и которой потом должны подчиняться миллионы. Это вопрос власти и управления, который меняется, а не вопрос демократии. Современные коммуникационные сети создают вопрос не делегирования полномочий, а прямого участия людей в формировании судьбы государства, которое является формой ответственности за безопасность, справедливость и развитие огромного числа людей. Меняется само понятие и функция государства, и я выступаю за то, чтобы нацбезопасность стала безопасностью нации, а не того, кто от имени нации говорит, — сказал модератор дискуссии, российский журналист, телеведущий и блогер Максим Шевченко.

По его мнению, контролировать можно все, что угодно. Но лучше создавать пространство доверительного разговора с большим количеством людей, в котором ложная информация будет опровергаться.

— Можно сказать: "Лошади летают". И, видя картинки лошадок с крыльями, кто-то реально может поверить, что это так. И чтобы им объяснить, что это фантазия, нужно на доступном им языке подробно обстоятельно и доверительно рассказать о том, что это миф. Это вопрос языка и коммуникаций, — отметил Шевченко.

Специалист по связям с правительством, социальный стратег в разработке прорывных проектов из Мексики Луис Мигель Лопес уверен, что попытки контролировать интернет исходят из конфликта поколений.

— Вы все еще думаете традиционно. Я хочу внести ясность: нет ни одного государства в мире, которое может полностью законтролировать интернет. Даже Китай полностью контролировать интернет не может. Нет государства, которое полностью понимает мысли и чаяния людей, которым меньше 30 лет, может с определенностью обращаться к потребностям поколения Z. По всему миру молодые люди думают по-новому, для нашего понимания это сложно. Это поколение, у которого очень много разных точек зрения на одно и то же. Те, кому за 30, не смогут вовлечь новые поколения в то, что мы считаем важным. Технологии — основная причина всего этого, — сказал он.

Вести диалог с обществом государства мира вынуждены на новых площадках.

— Я встречаюсь с огромным количеством людей, у меня аудитории студенческие, около тысячи человек каждый раз, и я их спрашиваю, кто смотрит телевизор. 80% людей до 30 лет не включают телевизор и не смотрят никакие телеканалы. Сегодня в Украине наш бывший президент Петр Порошенко имел целый отряд ботов, они до сих пор есть. Эти люди активно работают в социальных сетях и отстаивают в блогосфере точку зрения именно Петра Порошенко, — отметил он.

Многие представители властей разных стран понимают, что телевидение уходит, и все становится более мобильным, — считает украинский журналист, знаменитый интервьюер Дмитрий Гордон.

Соцсети — это свобода, но все же мнимая. На тех же платформах Youtube, Facebook есть свои четкие правила, за которые пользователи блокируются администрацией.

— Кто-то выносит страйк, за который они потом извиняются. Это влияет на отношение аудитории ко мне. Я не считаю эти среды абсолютно свободными. С другой стороны остается вопрос, а как иначе контролировать этику? Тогда давайте обсуждать, чтобы не какие-то группы чиновников где-то в руководстве Google, Facebook решали, что такое этика. Давайте миллионы подписчиков сами обсудят, какая в нашей среде будет принята этика, и коллективно решим, примем хартию. Куда приходят деньги, туда приходит власть, которая с помощью денег пытается контролировать людей. В Youtube покупают не вещание, а вещателей, самих видеоблогеров, популярные каналы, — сказал Максим Шевченко.

Более того, соцсети мониторят государственные органы и в некоторых странах наказывают уголовно за ложные высказывания в интернете.

— Я не считаю, что за ошибочное мнение надо привлекать к уголовной ответственности. Убежден, что государство должно само вводить оперативные сообщения в случае угроз, а люди имеют право кричать. Паникеров расстреливают только во время войны, если мы живем в ситуации мира, в спокойное время, надо уметь разговаривать с людьми и наказывать дезинформаторов не уголовно, а публичным осуждением. Когда на распространителе фальшивых новостей будет клеймо "лжец", никто ему не будет верить, это лучше действует, чем уголовное наказание, когда кто-то решает, исходя из каких-то соображений. Общественная обструкция — это то, что решаем мы, — уверен Максим Шевченко.

Как бы там ни было, ответственность за свои слова и действия в реальной жизни или в соцсетях никто не отменял. Репутация зарабатывается долгое время, но потерять ее можно в один миг. А потому появление новых способов распространения информации должно сделать нашу жизнь проще, но при соблюдении тех или иных этических норм.