Мягкие Станиславские

Но иногда бывает нужно и строгость с принципиальностью продемонстрировать, и справедливым демократом показаться. Этот третий жанр наши чиновники освоили творчески. К примеру, прибывает к креслу — а это у нас происходит весьма часто — новый начальник.
Естественно, он сразу же зорким своим оком видит недостатки, недочеты, недоработки и прочие «не». А для чего же еще его сюда назначили? Естественно, «повышать и улучшать». И что же, прикажете с места в карьер топать ногами и разносы устраивать? Чтобы уважаемые люди, работающие в том же ведомстве, говорили недовольно что-нибудь вроде: «Вот ведь, не успел в кресло сесть, а уже критикует. Как будто мы все здесь лодыри и халтурщики, как будто до него никто не работал!». О, в том и состоит искусство нового начальника, чтобы, журя и указывая на отдельные промахи, воодушевить народ, раскрыть потенциал каждого, дать почувствовать, что теперь коллектив сможет сделать еще больше, буквально горы свернуть под его мудрым руководством.
Должна ли степень суровости самого главного начальника зависеть от профессиональной принадлежности ведомства? Мне почему-то думается, что — должна. Одно дело — подчиненные, не сумевшие сберечь коллекцию бабочек, собранную в прошлом веке. И совсем другое — небрежно заложенный фундамент жилого дома. Хотя, конечно, все относительно, и кому-то безвозвратно утраченные крылышки капустницы представляются преступлением против человечества. А мне всегда казалось, что особой строгости и нетерпимости к разгильдяйству и профанации требует такая сфера деятельности, как охрана правопорядка и борьба с преступностью. Возможно, я заблуждаюсь.
Потому что новый министр внутренних дел нашей страны Серик Баймаганбетов, встречаясь на днях с алматинскими полицейскими, был чуть ли не по-отечески мягок. Заслушав отчеты о снижении уровня преступности в Алматы, он подобно Станиславскому, не поверил: мол, у него несколько другие данные, согласно которым город остается самым криминогенным в республике. Но и казнить не стал: «Мы прекрасно понимаем, рост преступлений от нас не зависит. Никто вас за рост преступности освобождать не будет. Я как министр об этом говорю». Занавес! Воодушевленные подчиненные продолжают трудиться…