Казахстанский футбол: Нищета богачей

Два года назад в алматинский “Кайрат” из городского бюджета инвестировали 700 миллионов тенге. Еще более 270 миллионов выдали спонсоры. В итоге с бюджетом почти в миллиард тенге клуб занял предпоследнее место в премьер-лиге, а из имущества имелись автобус, полуразрушенная база да офисная мебель. Сейчас в клубе нет бюджетных средств, но в наличии несколько академий, магазин атрибутики и клубное кафе.

Но разговор пойдет не о “Кайрате”. А о том, как устроен казахстанский футбол. Устроен он скверно. Иначе не занимал бы он 150-е место в рейтинге ФИФА. Сегодня, обладая гигантскими средствами, у большинства клубов нет ничего своего. Ни баз, ни полей, ни стадионов. Вспомните, на каких газонах играли команды в начале сезона. Зато летают чартерами. И зарплаты у игроков такие, что к нам рвутся игроки уровня сборной Украины или иностранцы калибра Пизелли. Но когда сменяется аким и приходит человек, не так любящий футбол, то клуб остается в лучшем случае с автобусом и офисной мебелью.

Можно много говорить про “социальную ответственность” бизнеса, подразумевая при этом и футбольные клубы. Но все это будет впустую. Руководство команд с упоением приглашает бывших россиян, украинцев, в кратчайшие сроки для них делают наши паспорта. Дело доходит до натурализации лимитчиков. Какое тут воспитание молодежи?! Ведь некоторые агенты получают 25 и 50 тысяч долларов и даже выше в качестве поощрения за контракт с футболистом, который никогда не сыграет в Европе. Даже в чемпионате Румынии.

Спасти казахстанский футбол можно только революционными, петровскими мерами. Принять очень серьезный закон о футболе. В нем прописать тюремные сроки за нерачительное использование средств, обязать клубы ежегодно открыто публиковать свои расходы. Отдельным пунктом выделить, что выплаты агентам или посредникам не могут быть выше 20 тысяч долларов. И конечно же особо оговорить, что 40 процентов бюджета должно идти на развитие детско-юношеского футбола. Да, это жестко. Но, если насильно не “брить бороды”, мы останемся там же, где сейчас.