Казахстан - Россия: торговля снижается, интеграция усиливается?

Этот процесс углубился с начала 2000-х годов. Правда, интенсивность торговли между тремя странами Таможенного союза — Казахстаном, Россией и Белоруссией, заметно выше, чем между другими странами на постсоветском пространстве. Что говорит о большом потенциале экономической интеграции между данной группой стран. Об этом заявил академик Российской Академии Наук Александр Дынкин на конференции «Актуальные проблемы торгово-экономического и финансового сотрудничества Казахстана и России в условиях глобального кризиса».
Правда, как следовало из дальнейших выступлений на конференции, и наш взаимный и сравнительно высокий уровень торговли не является стабильным: российская доля в казахстанской торговле неуклонно снижается «в пользу» китайской. Китай, например, все активнее занимает свои ниши на рынке трубной продукции в Казахстане, хотя еще недавно он совсем не присутствовал на нем. Кстати, и другие страны на ряде сегментов рынка все активнее входят в Казахстан. Например, растет украинская доля на рынке кондитерских изделий.
Такая картина для Таможенного союза является не самым хорошим фоном. Пусть даже и запущена эта межгосударственная структура во многом для того, чтобы такой фон исправить. Тем более, что одновременно на рынках стран Центральной Азии российская и казахстанская продукции начинают конкурировать. И именно в тех сферах производства, на интенсификацию которых делает ставку Казахстан.
При этом в обеих странах почти одновременно, но независимо друг от друга и без какой либо гармонизации, разрабатываются программы поддержки агропромышленного комплекса, принимаются меры по инновационному развитию экономики. Например, в обеих странах ставятся задачи по снижению зависимости от импорта мясной продукции. Если эти идеи будут реализованы, то Казахстан и Россия будут еще больше конкурировать на рынках третьих стран. А вот это — не условие для эффективной интеграции. Где и как искать выход? Вероятно, в совместных инновационных проектах, в налаживании технологических «цепочек» в военной промышленности, используя сохранившийся с советских времен индустриальный потенциал двух стран. Все это позволяет делать новые выводы в пользу Таможенного союза.
Но есть у данной темы и другие стороны. Аналитик казахстанского Агентства по исследованию рентабельности инвестиций Гульнур Рахматуллина отметила: сегодня важно держать на повестке дня и те минусы, которые будет иметь Казахстан от вступления в Таможенный союз. И первый минус — наши товаропроизводителями могут не выдержать конкуренцию с российскими и белорусскими бизнесменами. Кроме того, введение единого таможенного тарифа может ухудшить положение казахстанских бизнесменов, которые пользуются импортными товарами и комплектующими из третьих стран.
— Эти минусы нельзя упускать из виду, — считает эксперт.
Для Казахстана сейчас исключительно важна задача подъема конкурентоспособности своих производителей, но ее решение упирается в ряд объективных проблем. Например, в износ технологического оборудования в инфраструктурной сфере, в частности, в генерирующих мощностях электроэнергетики, где он, по некоторым оценкам, близок к невероятной цифре в 90%. А уровень энергоемкости в ВВП республики — «высочайший». Решить этот вопрос без больших государственных инвестиций невозможно. Получается, что поднять конкурентоспособность нашего бизнеса можно только через большие усилия и инвестиции со стороны государства. Есть и другие проблемы.
— У нас сохраняются сильные угрозы продовольственной безопасности страны. В структуре импорта в целом продовольственные товары составляют более 50%, а по некоторым продовольственным товарам потребность нашей страны в импорте превышает 80%. Правильнее было бы говорить не об уровне продовольственной безопасности, а об отсутствии таковой, — заявила г-жа Рахматуллина.
И что делать? Отменить вступление в Таможенный союз до момента, когда наше производство, малый бизнес, инфраструктура и агросектор нарастят «мышцы»? Наши же, казахстанские, эксперты, считают, что это — не выход.
Известный экономист Канат Берентаев заметил: он сам еще двадцать лет назад, в 1989 году, участвовал в написании первой (!) программы по поддержке и развитию малого и среднего бизнеса, а толку от нее не оказалось никакой, как и от всех последующих. До сих пор базовые цели, поставленные в ней, не достигнуты.
Где гарантии, что, отложив вступление в Союз, мы смогли бы решить те задачи, что не решаются 20 лет?