Как происходит борьба с распространением религиозного экстремизма во время пандемии

Так насколько же актуальна тема запрещенных религиозных организаций и борьбы с ними в Казахстане на сегодняшний день? Каким образом мировая пандемия и карантин в Казахстане отразились на деятельности этих структур? И насколько критична последняя статистика в отношении этой темы? На эти и другие вопросы корреспонденту медиа-портала Caravan.kz ответил руководитель отдела исследования религиозной ситуации «Центра исследования проблем религии, г. Нур-Султан» Александр Антипин.

— Александр Юрьевич, расскажите об актуальности проблемы запрещенных религиозных организаций в Казахстане на данный момент.

— Данная проблема сегодня актуальна, как и всегда. Несмотря на ситуацию с пандемией, продолжают поступать новости о задержании боевиков и вербовщиков по всему миру даже в этот нелегкий период. Также, по моим сведениям, в период карантина в столице нашей родины была пресечена деятельность запрещенной мистическо-оккультной организации, занимавшейся распространением экстремистских взглядов, разжигающих межрелигиозную рознь. Помимо этого, в условиях карантина мы наблюдаем увеличивающуюся информационную активность различных экстремистских и террористических организаций.

— На сегодняшний день запрещенными в Казахстане признаны 22 террористические структуры. А по оценкам антитеррористического центра РК, на конец 2019 года численность последователей деструктивных религиозных идеологий в Казахстане составляла чуть более 20 тысяч человек. Насколько, по-вашему, критичны эти цифры?

— Речь идет, как вы сами отметили, о представителях деструктивных религиозных идеологий. В данном отношении существуют разные позиции как в научно-экспертном сообществе, так и в обществе в целом.

Как подметил эксперт, сами по себе деструктивные взгляды названы такими не из-за пользы для человека и общества. Но, что важнее, существует мнение, что представитель деструктивной религиозной идеологии, который основной вред наносит самому себе, может в определенный момент перейти в категорию активных экстремистов. А это уже становится более критичным фактором и проблемой для общества.

— С данными лицами, находящимися в свободном режиме, различные госучреждения и организации ведут информационно-разъяснительную работу. Процесс переубеждения является индивидуальным и непростым. На него влияет множество различных факторов – образовательных, социальных, психологических. Часть этих людей, поняв и осознав деструктивность своих религиозных взглядов, переходят на традиционные умеренные позиции, — добавил Антипин.

— Как, по-вашему, карантин и пандемия сказались на деятельности запрещенных религиозных (террористических) организаций в масштабах как нашей республики, так и всего мира?

— Как я отметил ранее, террористы и экстремисты в отличие от нас с вами всегда работали как дистанционно, так и в офлайн-режиме. О чем свидетельствуют как сводки мировых СМИ, так и отдельные события в нашей стране.

Более того, отмечает наш собеседник, некоторые радикальные проповедники успели «разрекламироваться» на теме коронавируса еще тогда, когда он только начинался в КНР.

— Думаю, вы помните ранние новости, в которых приводились факты, что в Китае подвергали угнетению этнических мусульман. И вот на этой волне, как и на волне, начавшейся на тот момент еще эпидемии, некоторые радикалы, в том числе популярные на постсоветском пространстве, объявили, что это «корано-вирус» и это наказание неверным за ущемление мусульман.

В целом отмечу, что качество контента и навыки продвижения дезинформации у радикальных проповедников выходят на новый уровень, — подчеркнул религиовед.

— Можно ли сказать, что изолированность населения в связи с карантинным положением в стране сыграла на руку деструктивным религиозным структурам?

— Определенно, ведь одним из наиболее эффективных средств вербовки и как минимум распространения экстремистских материалов является Интернет, в особенности социальные сети.

А сегодня, когда многим нашим соотечественникам часами и месяцами приходится находиться на самоизоляции, спрос на интернет-ресурсы многократно возрос.

В качестве примера приведу аналитику популярного на территории СНГ сервиса по размещению контента в социальных сетях. По их данным, за период карантина число просмотров в популярных социальных сетях увеличилось от 45 до 75 процентов! А по данным KazDATA INSIDER, в целом в Казахстане самой популярной сетью является «ВКонтакте», в возможности которой входит распространение практически всех форматов информации – от фотопостов до книг, статей, фильмов и аудиофайлов. Также, как показывает практика, данная социальная сеть популярна среди молодежи. И там невероятное количество псевдорелигиозных сообществ.

Чем это всё опасно? – Вот вы – среднестатистический пользователь, подписываетесь на достаточно нейтральное сообщество, к примеру, на «Школу ислама» или нечто подобное, не вызывающее подозрения.

Сообщество не заблокировано, соответственно запрещенного контента в нем, скорее всего, нет. Но при этом в данном сообществе есть ссылки на другие похожие группы в социальной сети, среди которых могут быть и группы с экстремистским контентом.

— Но всё-таки соответствующими органами блокируется различный экстремистский и террористический контент?

— Это так, однако блокировка запрещенных материалов фактически осуществляется только на территории Казахстана. А это означает, что использование особых доступных сервисов позволяет посещать заблокированные сайты и сообщества.

При этом стоит отметить, что на новых моделях телефонов этот функционал стоит «по умолчанию» либо может быть разово включен и забыт. И далее ничего не подозревающий пользователь с легкостью может попасть на запрещенный в РК контент.

Такие случаи были в нашей практике. Не экстремисты и не террористы подпадали под статьи за распространение запрещенных в судебном порядке материалов. То есть это были обычные светские люди, которые со своих официальных страниц по незнанию размещали экстремистские лекции и материалы.

Поэтому прошу граждан не распространять в мессенджерах и соцсетях религиозные материалы, в которых непонятен смысл содержания и достоверно неизвестен источник, — резюмировал Александр Антипин.