Город-шум, город-шок

Когда началась первая артподготовка — еще легкая, еще засветло — наша кошка Марфа Васильевна забилась под самый дальний угол шкафа и окоченела там. Вечером еще был слышен хруст подсыпанного корма. При дальнейшем разгуле китайской пиротехники однажды раздался какой-то скребущий по фанере звук, после чего все замерло на двое суток абсолютно. Каким образом взрослая кошка смогла поместиться в том пространстве, куда она и котенком-то проникала с трудом — не знаю. Как камбала, что ли, или в виде коврика? Когда кто-нибудь из честной компании, кроме шуток встревожившись за жизнь несчастной, лез по-пластунски с фонариком в ущелье, навстречу вспыхивали совершенно безумным огнем неестественно огромные кошачьи глаза. Подсунув кое-как плошку с молоком, разведчик возвращался в пыли и паутине: жива!
Каждый из алматинцев, у кого есть домашнее животное, может рассказать свою «праздничную» историю. Если несколько лет назад специалисты говорили о том, что собаки и кошки тяжело хворают, будучи обкормлены деликатесами с человечьего стола, то сегодня проблема иная — шумовой шок. Вопрос о неправильном питании в новогодние дни отпал сам собой, поскольку звери не едят вовсе.
Они в ужасе закрывают глаза, прижимают уши, прячутся в темные углы, но ничего не могут поделать с тем взрывно-шумовым шквалом, с тем сотрясением всех органов чувств, которое устраивает им человек. Причем год от года делает это все громче. Прежде у нас во дворе поутру валялись лишь разовые «гильзы» от петард, нынче — объемные связки, словно палили из установок «Град» или из зениток. И мне кажется, растущее стремление к шумовым эффектам свидетельствует только об одном — резко снижающемся интеллекте города.
Я намеренно не говорю о людях — наверняка и среди них немало переживших сердечный приступ или испуг при внезапном салюте. Люди все же в состоянии сами о себе позаботиться или, по крайней мере, позвать на помощь. Животные этого сделать не могут. Хотя болеют ничуть не меньше, чем мы. Известен случай, когда в одном из российских зоопарков лошадь Пржевальского погибла от разрыва сердца — мимо вольера пролегала дорога свадебных кортежей, которые неслись с приличествующим случаю воем.
…Припадая к полу, озираясь, как в джунглях, из-за шкафа выбирается наконец-то Марфа Васильевна. А впереди еще — старый новый год.