Головкин продолжит “зачистку”?

Оставьте байки любителям сказок

Еще год назад, обсуждая бой Головкина, приходилось делать обязательное упоминание – “этот поединок важнейший в карьере. Поражение способно отбросить боксера на несколько лет назад”. Сейчас в подобном необходимости нет. Не потому, что казахстанский средневес выглядит непобедимым суперменом. А оттого, что за год Головкин стал фигурой совсем другого масштаба. Всего 11 месяцев и 4 боя потребовалось ему, чтобы пробиться в так называемый звездный пантеон. Здесь человек имеет право на ошибку. Здесь важны не только достижения. Но и то, как ты это делаешь. Геннадий лучше всех остальных понял главную проблему в своей карьере. С ним боятся драться. Байки, что бывалые и опытные не смотрят, с кем дрались их будущие соперники, оставьте любителям сказок. Феликс Штурм видел, как Головкин тренируется, – благо выступали под крылом одной промоутерской компании. Он вместе с еще одним бывшим одноклубником Себастьяном Жбиком знал, сколько лет потребовалось аргентинцу Гарсии, чтобы набраться смелости и выйти на ринг после вроде бы корявого, но жуткого удара Головкина.

Активность города берет

Геннадий понял еще в 2009-м, что с ним не хотят драться сильные. А слабые за риск просят огромные суммы. И он – через судебные бои – ушел в свободное плавание. И вовремя взял лоцманом Тома Лефлера. Головкин сумел посмотреть на проблему под неожиданным ракурсом: “Со мной не хотят драться? Ничего страшного”. Тогда он взял свое высочайшей боевой активностью. Четыре боя менее чем за 11 месяцев. Четыре досрочные победы. Все запоминающиеся.

Вот Габриэль Росадо покидает ринг, обильно политый собственной кровью. А вот Нобухиро Ишида, едва не лишившись головы в самом прямом смысле этого слова, показывает, как бокс порой негативно влияет на мозг. Или взять ирландца Маклина, с трудом сдерживавшего рвущиеся наружу стоны. Потом вовремя подвернулся плохой парень Кертис Стивенс. Он почти три месяца делал имя и деньги на Головкине. Но раскрутил бой прилично. И оказался крепким, стойким, но болтуном, не сдержавшим свои обещания.

Я искренне восхищаюсь Головкиным. После боя с Касимом Оумой он и его команда не допустили ни одной ошибки. Они идеально распределили роли. Тренер Абель Санчес провоцирует все и вся, а от Геннадия нет ни одного плохого высказывания, ни одной кривой ухмылки. Он выходит на ринг – и превращается в машину смерти для соперника. А журналисты одаривают его прозвищем Барреры – Baby Faced Assassin.

Правила для парня из Майкудука

Высокой боевой активностью и яркими победами Геннадий добился основного. Вызвал интерес у главного производителя боксерских зрелищ канала HBO…

Но пока Даниэль Гил почесывает свою австралийскую головушку, рассуждая, что лучше: получить мало денег за отсутствие риска или миллион, зато с большущими последствиями, а Мартинес делает все, чтобы избежать боя, Головкин продолжает развивать наступление на европейский рынок. Понимая, насколько спе­цифична немецкая публика, он второй раз отправится в Монте-Карло. В крохотный, на тысячу мест, зал. Оттого – и высочайшие цены на билеты, и большой ажиотаж, который опять на руку казахстанцу.

Когда я говорил, что Головкину с точки зрения менеджмента уже не важно, побеждать или проигрывать, то слукавил. Поражение, разумеется, ему простят. Но в такой игре, в которую влез наш парень из карагандинского Майкудука, правила просты: пока ты сильнее всех, ты способен на все. Поэтому победи, Гена, пожалуйста, Адаму. Мы хотим увидеть, как ты зачищаешь средний вес. И у тебя это получится.