Генетическому коду человека был нанесен мощный удар

Об этом пишет газета «Экспресс-К». Верещагин — выпускник Ташкентского университета, который стал прибежищем для многих ученых, изгнанных из московских вузов. Тогда генетику называли вейсманизмом-морганизмом, фашистской наукой, заниматься которой было опасно для жизни.

Из-за гонений на генетиков многие яркие представители этой плеяды ученых оказались и в Казахстане, куда Верещагин переехал в 1957 году. Его взяли ассистентом на кафедру ботаники Петропавловского педагогического института.

2 — Но даже после легализации генетики отношение к ней было настороженным, — вспоминает Верещагин. — В шестидесятые годы я приехал в Ленинградский университет, где готовили к изданию первый учебник по генетике. Так вот, неожиданно пришла команда из столицы, и набор просто рассыпали. Ректор не выдержал и публично заявил: "Мы отстали в развитии генетики уже на 50 лет. Если дело так пойдет и дальше, будет большая беда!". Это и случилось.

Человек прорвался в космос, изобрел ядерное оружие, построил энергостанции, наладил химфармпроизводство. Достижения научно-технического прогресса значительно облегчили жизнь, но у этой медали есть оборотная сторона.

— Никто не просчитал, насколько мощный удар будет нанесен по генетическому аппарату человека, — говорит Верещагин. — Возьмем хотя бы влияние на людей химии, которую они стали поглощать чуть ли не килограммами. Я помню, как в 70-е годы у нас появились импортные таблетки для беременных, уменьшающие проявления токсикоза. Будущие мамы их пили, а потом рожали детей с уродствами. Я читал, что когда создатель пенициллина тяжело заболел, то просил не давать ему этого препарата. Ученый понимал, что он ломает сложившиеся в организме механизмы регуляции. То же самое и с прививками, которые каждый ребенок получает почти с рождения, когда у него еще не сформировалась иммунобиологическая система. Да, таблетки помогают справиться с болезнями, но затем это оборачивается другими заболеваниями. Диалектика соотношения добра и зла. То, что сейчас кажется благом, завтра может стать для нас гробом без музыки. Но сойти с этой колеи практически невозможно, ведь в мире появляются все новые угрозы — то СПИД, то свиной грипп, то вирус Эболы…

— Я, конечно, не имею права что-то утверждать и призывать людей переходить на старинные методы лечения, — отмечает Верещагин. — Но и пренебрежительного отношения к ним не разделяю. Например, я изучал влияние на злокачественные новообразования болиголова. Кстати, в чистом виде народным средством это не назовешь. Методику применения разработала не какая-нибудь бабушка, а профессор Тыщенко. Это ядовитое растение, обращаться с ним надо осторожно, дозировка идет в каплях. Вытяжку и настойку надо брать только у квалифицированных травников. Я общался с онкобольными, которые применяют болиголов. Полного выздоровления он не дает, но многим помогает продлить жизнь, облегчает страдания. И еще: применять его есть смысл, пока дело не дошло до химиотерапии.

По словам Верещагина, для победы над раком нужно искать пути влияния на наследственность человека, вплотную заниматься генетическими управляющими системами организма. Пока же минимизировать риск заболеть человеку сложно, даже если он ведет вполне здоровый образ жизни. — Единственный совет — не хвататься при каждом чихании за аптечку, есть побольше морепродуктов и двигаться, — говорит Верещагин. — Физическая активность — та же многовековая традиция, заложенная в наших генах. Нашим предкам приходилось прикладывать много усилий для выживания, но они не знали онкозаболеваний.