Экономисты уверены: "вины" Таможенного союза в росте инфляции нет

В частности в том, что касается технического законодательства с «подачи» Российской Федерации. Мы начинаем писать технические регламенты, а начинать надо не с этого, а с общего закона о техническом регулировании.
Большая ошибка, что мы в данном смысле отрываемся от Европы. Об этом заявил известный казахстанский бизнесмен, в прошлом — замминистра индустрии, Иван Кравченко на круглом столе в Клубе Института политических решений «Казахстан в Таможенном союзе: что делать дальше?».
Хотя, в целом, бизнесмен не против Таможенного союза. В нем много положительных резонов, в том числе и тот, что и бизнес, и правительство вынуждены будут «крутиться»: первый, повышая конкурентоспособность, а второе, наконец-то перейдя от слов к делу формирования адекватной современным реалиям бизнес-среды.
Заместитель директора Центра анализа общественных проблем Канат Берентаев говорил об одной из самых важных проблем, связанных с Таможенным союзом: распространенных в обществе опасениях роста инфляции из-за вступления Казахстана в ТС.
Повышение цен, произошедшее в первом квартале текущего года, заметил он, было вызвано не началом работы ТС, а ростом тарифов на услуги естественных монополий. А то, что у нас не производства — не вина этой структуры, и отсрочка вступления в ТС не привела бы к его возникновению и росту.
Другую фобию, связанную с ТС, комментировал Руслан Даленов, вице-министр финансов РК. Известно, что многие эксперты опасаются, что выступление Казахстана в эту структуру негативно скажется на доходной части республиканского бюджета.
Нет, — считает г-н Даленов.
— Доля Казахстана в общих таможенных ввозных сборах составляет 7,33. Это наша доля в «общем пироге», который оценивается в порядка 17 — 17,5 млрд. долларов. Применив к этому нашу долю в 7,33, получаем, что это свыше 1,2 млрд. долларов, которые мы будем получать в бюджет. Напомню, что сам Казахстан ежегодно собирает в бюджет сборов от таможенных ввозных пошлин порядка 600 млн. долларов. То есть, выгода для нашего бюджета очевидна, — заявил вице-министр.
Как оказалось, и мнение о том, что при выработке единого таможенного тарифа действующий российский тариф стал доминировать, тоже неверно. Примерно 47,7% было принято российского тарифа, по 45% страны остались на прежнем уровне, существовавшем до ТС, примерно по 5% Казахстан пошел на снижение.
Поэтому, в принципе, баланс интересов был соблюден. Если на территории страны есть то или иное производство, или оно находится в инвестиционных планах, наши переговорщики соглашались на более высокие ставки тарифов. По тем отраслям, которые не представлены в Казахстане, принимались более низкие.
Вице-министр Министерства экономического развития и торговли РК Тимур Сулейменов заявил, что роста цен на содержимое потребительской корзины с вступлением в ТС не будет. «Мы проанализировали производство, импорт и ставки таможенных платежей по товарам, входящим в потребительскую корзину. Оказалось, что мы либо все это производим сами, либо импортируем в большой доле из тех стран, с которыми пошлины у нас меняться не будут». Значит, большого роста цен не должно случиться. Хотя этот тезис был активно оспорен известным бизнесменом Геннадием Шестаковым.
Депутат Мажилиса парламента Ромин Мадинов осветил вопрос принципов и процедур принятия решений в руководящих органах ТС. Всем, особенно журналистам, заметил он, должно быть понятно — никакого деления на голоса там нет. Все экономические вопросы решаются только единогласно. Только если Комиссия Таможенного союза на уровне вице-премьеров не смогла прийти к консенсусу, вопрос выносится на обсуждение глав государств, и они тоже консенсусом принимают решение. Никакого деления на «старших» и «младших братьев» нет. Хотя оспорить это, ссылаясь на «первоисточники», пытался Мухтар Тайжан, президент Фонда имени Болатхана Тайжана: даже в заявлениях глав государств говорится, что Комиссия ТС является наднациональным органом…
А г-н Шестаков заметил: «Консенсусное решение», в котором нас пытаются убедить, является очередной иллюзией». А поступления в бюджет, действительно возрастут, но — за счет средств, которые начнет выплачивать население за подорожавший импорт. Также предприниматель категорически не согласен с предположением, что Таможенный союз станет тем инструментом, который поможет казахстанской экономике выйти из кризиса. — Если мы преодолеем его, то самостоятельно, как это было после кризиса 1998-1999 годов, — уверен г-н Шестаков.
И в этой связи нелишне вспомнить, что тогда экономическое восстановление произошло благодаря выросшим ценам на нефть.
Но в целом нужно сказать, что дискуссия прояснила ряд спорных или вообще непонятных моментов вокруг ТС. Хотя, как видно по выступлениям критиков, далеко не все.