Дмитрий БОЙКО. ВУЗы – в плюсе, образование – в минусе

“Дальше опускаться некуда”

По итогам ЕНТ Карагандинская область заняла шестое место среди 14 областей страны. Согласно сообщению областного управления образования, “в этом году в регионе выпускается почти 7 500  одиннадцатиклассников. 4 977 из них сдавали Единое национальное тестирование. Средний балл  составил 79,65. Знак “Алтын белгі” подтвердили 108 человек. В прошлом году был 81 медалист, 1 080 человек не набрали порогового уровня баллов, сейчас – всего 750″.

Заслуженный работник образования РК Дмитрий БОЙКО считает – оптимистичные цифры не являются показателем растущего качества знаний:

– По уровню качества образования Казахстан – на 101-м месте, дальше опускаться некуда! Как в народе расшифровывают аббревиатуру ЕНТ? Единая национальная трагедия! Как вообще возникла система тестирования при проверке знаний? В конце 50-х, когда колониальная система Франции рухнула, выпускники школ из африканских стран – бывших ее колоний смогли получать высшее образование. Но их уровень знаний находился на уровне хорошего ученика 2–3-го класса французской школы. Для них придумали систему тестов: вопрос и два-три варианта ответа. Теперь эта “угадайка” принята нами, и к чему она за 10 лет привела? Деградация – это то, что сегодня происходит с нашими студентами.

– Но ведь тестирование применяется в той же Франции до сих пор.

– Только в 5–6 странах мира применяется в чистом виде система тестирования при проверке знаний. Во Франции и в Корее провели исследование, оно показало: тестирование ведет к деградации молодых людей. Не оправдала себя и Болонская система обучения в вузах.

Очень прибыльный бизнес

– В чем же минусы Болонской системы?

– Болонская система образования – предусматривает самостоятельное изучение студентами 70 процентов материала. Но как студент изучит без объяснения преподавателем теоретическую механику или высшую математику? В Болонской системе два уровня – бакалавриат и магистратура. Что такое бакалавриат? Скажем так, неполное высшее образование. Бакалавриат не дает специальности. Ее дает магистратура. Прием на год в магистратуру – примерно 7 тысяч человек, сейчас там учатся 32–37 тысяч человек. И стоит это бешеных денег – около 600–700 тысяч тенге, из которых реально в образование уходит 80 тысяч.

– Хотите сказать, имеющих полное высшее образование у нас не так уж и много?

– Судите сами: в возрасте более 25 лет в Казахстане имеют высшее образование менее 0,6 процента населения. В той же Японии сейчас стоит вопрос о всеобщем высшем образовании. В стране, где нет ни золота, ни никеля, ни нефти и газа! А в Казахстане 70 процентов доходов вузы получают от платного образования. Оно  исчисляется десятками миллиардов тенге, это очень прибыльный бизнес. Плата за обучение одного ребенка в вузе у наших родителей составляет 55,8 процента от ВВП на душу населения. А вот в Канаде и в Австралии – всего 10,5 процента. В Англии – 14,6, в США – 15,3, в Японии – 8,1 процента. То есть у нас этот показатель в 14 раз больше, чем в развитых странах.

Системная деградация

– Но ведь в вузах есть и бюджетные группы…

– По госзаказу в казахстанских вузах обучается менее 30 процентов студентов. В Норвегии и Финляндии нет ни одного платного вуза. Почему мы, страна, где на каждого жителя приходится запасов полезных ископаемых на 560 тысяч долларов, не можем найти деньги на образование своей молодежи? Во Франции и Германии количество студентов, обучающихся бесплатно,  уже выше на 17 процентов, чем у нас.

–  Чем еще  обусловлено сомнительное качество знаний в наших вузах?

– Системной коррупцией в системе образовании. Ни для кого не секрет, что в небольших частных вузах имеется “такса”: сколько стоит дипломный проект, сдача госэкзамена и т. д. О каких знаниях можно говорить при такой “коммерциализации”? Считаю, ситуация в системе образования настолько критичная, что нуждается в срочных изменениях. Чиновники от образования при введении изменений должны советоваться с общественностью, необходима дискуссия. А затем – внеочередной съезд педагогических работников, делегаты которых избираются, а не назначаются, как сейчас – по команде.  Я давно предлагал уменьшить полномочия министерства образования. У него сейчас 128 полномочий, с которыми оно не справляется. Изначально было всего 25. Считаю, пришло время провести переаттестацию всех работников образования и министерства образования. Ведь именно система образования играет решающую роль в экономическом развитии страны, ее нельзя пускать на самотек и закрывать глаза на проблемы.

Караганда