Будущее России зависит от Казахстана - россиянка

В беседе с журналистами «Казахстанской правды» Балтатарова ответила, чего казахстанцам ожидать от релокантов в перспективе, и все ли из них станут пацифистами.

«Российское общество в основном инертное, неопределившееся, сомневающееся. Максимум, что люди, возможно, думают: «Не все так просто и однозначно». Как сейчас они бегут от войны, так же стараются избегать и политики. Это, мол, грязное дело. Когда в обществе такая инертность воспитывалась десятилетиями, то сказать, что люди бегут с какой-то определенной установкой, сложно. Но мы не рассматриваем истории релокантов и беженцев с точки зрения морали или политических воззрений, мы помогаем и дезертирам, и даже бывшим участникам боевых действий.

«Конфликты в Казахстане возникали лишь с другими россиянами» – релокант

Самое главное – когда человек вырывается из привычной ему среды, где со всех сторон слышится одно и то же. Сомневающийся и не имеющий своего мнения человек, а таких много, видит, что за границей неприемлемо клеить, к примеру, буквы Z на стекло автомобиля. Даже в Казахстане, который в отличие от, к примеру, стран Балтии считается более или менее лояльным к нынешней России, чувствуется другая среда.

Задача «Точки невозврата» – в том числе и реполитизация сограждан. Я часто говорю, что будущее России зависит от Казахстана. Так как здесь много наших людей, и есть свободные от пропаганды условия, то имеется уникальная возможность вырастить пассионарное ядро, которое сможет научить других своих сограждан мыслить по-другому. Интересоваться, в частности, политикой и ходить на выборы. И если нам удастся хотя бы десятую часть из 300 тысяч россиян, проживающих сейчас здесь, сделать гражданскими активистами, то у России есть шансы на будущее», — рассказала девушка.

Вторая волна мобилизации в России: насколько она возможна, и чего ждать Центральной Азии

По ее словам, в Казахстан из России едут в основном жители городов, образованные люди. По мнению Евгении, позитива от них больше, чем негатива. Ценность этих людей ведь не только в том, что они заполняют ниши, где требуются необходимые в вашей стране редкие профессии. Они, снимая квартиры, покупая товары, тратясь на сферу услуг и развлечений, увеличивают денежный оборот.

«Но я понимаю чувства казах­станцев в плане психологического дискомфорта. Если даже большая экономика Казахстана пока не чувствует позитивного момента, то, конечно, простые люди – тем более. Если вы не арендодатель, то, в общем-то, ничего хорошего от наплыва граждан из другой страны не видите. Но прошло несколько месяцев после этого наплыва, и цены если и не вернулись на домобилизационный уровень, то значительно снизились.

Я сама снимаю квартиру, и эти моменты вижу очень четко. Кроме того, есть еще эффект инфляции: идет удорожание всех услуг и товаров вне зависимости от «понаехавших». На это влияет и война, и мировой кризис. Рос­сияне, которые бегут, повторюсь, влияют только на стоимость аренды, и то только на короткий срок», — рассказала собеседница издания.

По прогнозам «Точки невозврата», в Казах­стан прибудет миллион или даже больше человек. В этой связи Балтатарова попыталась ответить, справится ли Казахстан с таким наплывом.

«Думаю, их наплыв нам удастся нормально разрулить. Уже сейчас в Астане и Алматы действует несколько шелтеров. Это в том числе результат коммуникации активистов-эмигрантов из России с властями Казахстана. Возможно, со временем будут открыты большие пункты размещения, чтобы не одни только частные квартиры выполняли эту роль. Россиянам (едут в основном люди со средним доходом) ведь тоже дорого снимать жилье за тысячу долларов, а в Алматы доходило и до двух тысяч. Думаю, что справимся.

"С конфликтами, драками и национализмом я столкнулся только в России, когда переехал из Казахстана" — житель Тюмени

И еще раз: эмоции казахстанцев нам вполне понятны. Какие же это, мол, беженцы, ведь в самой России нет войны? Мы не собираемся упрекать их за это, разве только попытаемся убедить, что люди просто хотят спасти свои жизни, иначе либо на фронте погибнут, либо им самим придется убивать кого-то. Поэтому мы просим проявить сострадание, гуманность и не судить строго тех, кто терпит гуманитарную катастрофу», — рассказала девушка.