Бессрочная отставка

Женские “технологии”

– Сколько лет вы проработали тренером?

– Больше тридцати. Сначала занимался с мальчиками, потом работал со взрослыми борцами. Почти 20 моих воспитанников – мастера спорта СССР.

– Как пришли в женскую борьбу?

– Меня позвали сначала в молодежную сборную, а потом и в национальную. Сказали, что этот вид спорта будет в программе Олимпиад и его нужно развивать. Сначала было очень тяжело. До сих пор помню первый чемпионат мира: у нас не было не то что медалей, а даже победы хоть в одной схватке!

– И тогда вы прибегли к натурализации…

– А нам нужен был рывок, чтобы девочки в сборной поверили в себя! Тем более что мы не набирали сорок спортсменок из-за рубежа, а занимались точечным усилением. К тому же Елена Шалыгина и Жулдыз Ишимова имели непосредственное отношение к Казахстану. Елена родилась в Южно-Казахстанской области, а папа Жулдыз – казах.

– Как в сборной Казахстана оказались Ольга Смирнова и Гюзель Манюрова?

– Я считаю это достижением, что вскоре после удачных выступлений наших девочек не мы кого-то приглашали, а к нам стали проситься. Наше гражданство приняли Смирнова и Манюрова – в России их списали со счетов, и они хотели зацепиться за свой медальный шанс в Казахстане.

Самое главное, что дали нам “легионеры”, – у нас появились сильные доморощенные девочки: Таня Бакатюк, Ольга Жанибекова, Зульфия Яхъярова, Айым Абдильдина…

“Распиленная” команда

– Признаетесь, что произошло перед Олимпиадой в Лондоне?

– Я до сих пор не хочу рассказывать обо всем, что происходило. Но обстановка в сборной была нервной и очень сложной. Например, совсем задергали Жулдыз Ишимову. Она отлично отборолась на лицензионном чемпионате мира, завоевав бронзу. А когда осталось меньше месяца до Олимпиады, Жулдыз заставили гонять вес и бороться с Татьяной Аманжол (Бакатюк), сообщив: “Победитель поедет в Лондон”. Это был очень неприятный момент. Особенно было удивительно то, что четырьмя годами ранее Татьяна завоевала лицензию в Пекин, и никто не мешал ей готовиться. И разве она плохо выступила на той Олимпиаде? Нет – Таня стала пятой. А вся эта подковерная борьба выбила Жулдыз из колеи, и в Лондоне она выступила не так, как могла бы.

– Правда ли, что при подготовке к Олимпиаде команда была разделена на две части?

– Это так.

– Мне непонятно, как можно разделить сборную из трех человек надвое?

– Очень просто: Федерация борьбы разрешила тренироваться отдельно от команды Елене Шалыгиной и Гюзель Манюровой.

– Было обидно?

– Я обиды ни на Елену, ни на Гюзель не держу. Самое главное, что они завоевывали медали для страны. А время расставит все по местам.

По ту сторону улыбки

– Насколько тяжело работать с девушками тренеру-мужчине?

– Непросто. Потому что, если девушка улыбается, это не значит, что у нее все хорошо. Нужно с ней разговаривать, узнавать о проблемах, помогать. Мы старались решить многие вопросы – финансовые, с жильем, но не всегда это получалось.

– Помню, вы рассказывали, что Жулдыз Ишимова жила у вас.

– Да. У меня четверо детей. Из них три дочери. И можно сказать, что Жулдыз стала еще одной дочкой. Правда, она до сих пор у меня спрашивает: “Ага, почему я до сих пор не имею своего жилья? Мне ведь его обещали почти пять лет назад”. Что я могу ответить? Мы много лет бьемся об эту стену, но пробить не можем.

– С вами никогда не советовались спортсменки, выходить замуж или нет?

– Было и такое. Но девочки интересовались тем, смогут ли они вернуться в спорт после родов, будут ли нужны в команде. Я говорил, что они нужны нам все. Как итог: недавно видел призера Азиатских игр Айым Абдильдину. Она родила в начале года, а уже через два месяца собирается бороться!

“Не каждый мужик выдержит”

– В Пекине вы являлись главным тренером Елены Шалыгиной. Какие впечатления остались от совместной работы?

– Лена – очень хороший, но в то же время сложный человек. Но тогда мы сработались. Я всегда восхищался ее упорством, трудолюбием и мужеством. У Лены бывали такие сражения, которые, как мне кажется, не выдержали бы многие мужики. В финале чемпионата мира в Баку она боролась, практически не видя ничего одним глазом из-за гематомы. В датском Хернинге мы не хотели выпускать Лену на ковер: у нее была высокая температура. Но Лена сказала: “Если бы у команды уже была медаль, то я не стала бы выступать. Но медали нет, и мне нужно бороться”. И тогда она стала бронзовым призером!

– Помните, что вы говорили ей перед схваткой за олимпийскую бронзу в Пекине?

– Да. “Лена, любая медаль на Олимпиаде – бесценна. Это твой шанс. Используй его”.

Невостребованный багаж

– С момента вашей отставки прошло семь месяцев. Предложения о работе поступали?

– Из Казахстана – нет. Меня это очень удивило и огорчило. У меня большой багаж опыта, есть связи с тренерами разных стран. Но это оказывается невостребованным.

– Вас приглашали работать в другие страны?

– Да. Звали в Оман, Катар, Израиль. Израильтяне, кстати, приглашали поехать не одному, а с перспективной спортсменкой, с условием, что она примет их гражданство!

– Кто же это?

– Татьяна Захарова. Мы ответили отказом. И я, и Таня хотим приносить пользу на родине.

– Вы следите за тем, как выступает наша женская сборная по борьбе?

– Конечно. Но комментировать не хочу, чтобы не было никаких кривотолков. Желаю удачи всем спортсменкам и тренерам. Единственное, что огорчило, это количество участниц на последнем чемпионате страны – всего 74 человека. Еще пару лет назад боролись больше ста девочек.