Антинасильники, 27 июня

Насильников, в принципе, ни в одной стране, ни в одном обществе не любят. Даже в тюрьмах их не уважают. Если не сказать больше.
При этом, захлестнувшая цивилизованный мир либерализация всех ценностей, не коснулась проблем взаимоотношения общества и преступника, пойманного за изнасилование.
То есть, геем сейчас, к примеру, быть не только не опасно, — чуть ли не почетно. Даже членом движения Талибан (особенно, если на базе в Гуантанамо сидишь) являться не обидно. Всегда найдутся люди, которые будут отстаивать твои гражданские права.
А вот, насильник все так же порицаем. И никакие правозащитные заботы его не касаются.
Наоборот, все больше стран начинают говорить о том, что уж, если вешать таких подонков и не пристало, то хотя бы кастрировать их надо.
Во Франции, например, в прошлом году сам министр юстиции страны предложил программу добровольной химической кастрации для педофилов и других сексуально озабоченных субъектов.
В США уже есть прецеденты, когда за изъятие спермонесущих органов заключенным — насильникам срезали срок.
В Латвии несколько лет назад местный парламент на полном серьезе обсуждал предложение одного депутата о кастрации осужденных за изнасилование. Правда, тогда соответствующий законопроект не прошел.
Или вот, взять Италию. Тут на днях ультраправая итальянская партия — «Северная Лига» предоставила на рассмотрение парламента страны законопроект, в котором предлагается кастрировать мужчин, осужденных за изнасилование.
«Фоном» к этому событию стала произошедшая в последнее время на севере страны серия «несанкционированных» половых актов. Активисты — антинасильники также предлагают химическую или хирургическую кастрацию насильников. Мол, только таким способом можно излечить это «социальное заболевание, угрожающее жизням и общественной безопасности».
А, что, может и нам, фактически уже отменившим смертную казнь, тоже подумать о нетривиальных, но старых, как мир, способах борьбы с сексуальными преступлениями?