Опубликовано: 550

Всем бедам и смертям назло

Всем бедам и смертям назло Фото - Отдых между боями, 1944 г.

Разведчик-артиллерист Иргалий ДАУМОВ за годы войны бессчетное количество раз был на волоске от смерти, но выжил, выстоял. Победил! Всем бедам и смертям назло. Как настоящий герой, не сломленный и не раздавленный войной, дошел до Берлина.

На стенах поверженного Рейхстага расписался вместе со своими земляками-казахстанцами. За проявленные мужество и отвагу его неоднократно представляли к званию Героя Советского Союза, но судьба всякий раз почему-то резко меняла курс. Причем в самый последний момент.

Дочери легендарного фронтовика и его повзрослевшие внуки бережно хранят листочки с рукописями, где Иргалий Даумов подробно, а главное – честно и без прикрас повествует о неимоверных трудностях того страшного времени. Свидетельствует, как нелегко давалась Великая Победа над фашизмом. Одна на всех она была, эта Победа!

– В преддверии майских праздников наша большая и дружная семья ДАУМОВЫХ – ЖЕКСЕМБИЕВЫХ обратилась к главе государства Касым-Жомарту ТОКАЕВУ с просьбой оказать свое президентское содействие по увековечиванию памяти героев-казахстанцев, которые, не щадя своей жизни и здоровья, ковали Великую Победу в Великой Отечественной войне, – делится с “КАРАВАНОМ” Аскар ЖЕКСЕМБИЕВ. – Я, как внук, очень горжусь своим дедом Даумовым Иргалием Даумовичем, который прошел славный боевой путь от Москвы до Берлина. Дивизия, в составе которой он героически воевал, была четырежды отмечена Верховным Главно­командующим Генералиссимусом Советского Союза Иосифом Сталиным и награждена орденами Красного Знамени, Кутузова, Богдана Хмельницкого... Когда я подрос и дед стал брать меня с собой на Парад по случаю Дня Победы, то я любовался его орденами и медалями. Их было так много у него на груди. Помню, аж дух у мальчишек захватывало от этого.

– Сколько их было, Аскар, вы помните?

– Знаю, что он дважды награжден орденом Красной Звезды, дважды орденом Отечественной войны I степени, орденом Красного Знамени… А сколько благодарностей от высшего командования за участие в многочисленных боях при прорыве вражеской обороны на западном берегу Вислы южнее Варшавы! Освобождение польских городов Лодзи, Радома, Ковеля. Битва за Берлин! Больше 8 тысяч километров огненных дорог войны осталось за спиной моего героического деда.

– Да, дедушка прожил долгую и очень достойную жизнь, – поддерживает родного брата сестра Ляззат. – Из поколения в поколение мы вместе с нашей мамой Розой Ергалиевной храним уважение к нему и гордость. Иргалий Даумович при жизни был очень скромным человеком, несмотря на то, что после войны на его груди сияла звезда Героя Социалистического Труда.

Да, так вышло, Героя Советского Союза не получил в свое время из-за различных бюрократических препон, но до высшей награды на гражданке все же дошел.

Не сдался. Не отступил. Такой у него характер!

– Мой отец всем всегда стремился помочь, – говорит Роза Ергалиевна. – Никакими привилегиями не пользовался. Никогда не бравировал тем, что Герой Соцтруда, а продолжал самоотверженно трудиться на всех участках народного хозяйства без исключения, куда бы его Родина ни посылала.

– Дедушке не только удалось поднять из отстающих колхоз имени Сталина, но и сделать из него образцовый колхоз-миллионер! – улыбается Ляззат. – Притом сам себе он, будучи председателем, никогда не выписывал премии, а если его награждали свыше, то отдавал все деньги без остатка на строительство то клуба, то мастерской в своем селе. Коровник отстроил огромный, бассейн для купания овец, ток с механизированной погрузкой и очисткой зерна. Долгое время серьезно занимался научной и исследовательской работой. Преподавал студентам экономику и организацию сельхозпредприятий в Алма-Атинском зооветеринарном институте. Все время был на передовой, не жалея ни себя, ни семью. Трудился там, где было сложнее всего. И никогда не жаловался на свою судьбу.

– Но вы обратились к Президенту с просьбой. Какой, если не секрет?

– Сегодня мы очень хотим, чтобы абсолютно все семьи в Казахстане имели возможность поделиться информацией о своих родных фронтовиках на специально созданном информационном ресурсе по аналогии с движением “Бессмертный полк”. Чтобы в наших республиканских СМИ о них писали. Пусть молодежь читает репортажи о героях-фронтовиках и берет с них пример. Пусть знает, как воевал в годы Великой Отечественной войны и наш дедушка, какой бесценный вклад он внес в восстановление Казахстана в трудные послевоенные годы.

Ранена в самое сердце

Пока братья Аскар и Мурат демонстрировали бесценные семейные реликвии и фотографии военных лет, правнучка фронтовика Камила (дочь Ляззат) принесла и осторожно положила на стол книгу воспоминаний Иргалия Даумовича.

– Рукопись прадедушки моя мама собрала, отнесла в типографию и вот – смотрите, получился сборник, который давно стал моей настольной книгой, – говорит Камила МЕЙРАМБЕК. – Сейчас я учусь в Первом Московском медицинском университете имени Сеченова, а когда была школьницей, то готовила по этим фронтовым воспоминаниям доклад.

– Что запомнилось вам более всего из этой книги? Что поразило? Или что, возможно, даже ранило в самое сердце?

– Правда о той войне меня поразила. И то, как трудно приходилось людям выживать до нее и после. Как они голодали и замерзали, как поддерживали друг друга, несмотря ни на что, как любили и дружили. По-настоящему дружили. Моя мама рассказывала, что мой прадедушка не любил рассказывать о войне кому бы то ни было, тем более детям. Но все время что-то записывал в свою тетрадку. И вот только после его ухода из этой жизни мы, все его близкие и дальние родственники, смогли наконец-то узнать, о чем думал и как жил Иргалий Даумович. Прочтите сами, если хотите. Уверена, что вас это впечатлит. Это и есть самая что ни на есть правда жизни. Правда мира и войны. Горькая на вкус, но она описана прадедушкой, как есть на самом деле.

На войне всем трудно и опасно

“…Я пишу свою автобиографию для своих потомков, близких и друзей, и мне хочется рассказать более-менее подробно, как мы жили. В каких условиях работали, как формировались наши взгляды и описать – насколько мне позволяет память – события, свидетелем и участником которых я был за свою долгую восьмидесятипятилетнюю жизнь” – так начинается книга воспоминаний Героя Социалистического Труда фронтовика Иргалия Даумова.

Я буквально проглотил эту книгу залпом сразу после того, как приехал домой (после незабываемой встречи с родственниками фронтовика), и сел за компьютер готовить материал в “КАРАВАН”. Да, рассказ фронтовика, на мой взгляд, отличается от других повествований своей неподдельной народной простотой и достоверностью.

– На войне всем трудно и опасно. О других родах войск не буду говорить, но в артиллерии самая трудная и опасная работа у разведчика, командира взвода управления, начальника разведки дивизиона. Они должны быть в цепи передовой линии стрелкового подразделения, даже в их передовой охране, – пишет в своей книге воспоминаний Иргалий Даумович. – О некоторых опасных эпизодах я рассказывал. Вот еще один. Весной 1944 года мы заняли позицию недалеко от города Жлобина и готовились вступать в бой. Начальник штаба дивизиона очень торопил меня принести ему разведданные и панораму огневых точек противника. Я второпях сунул в планшетку все материалы и шагнул к выходу из блиндажа. Тут телефонист окликает меня: “Товарищ командир, упала ваша линейка”. Я повернулся, нагнулся за ней, а в этот момент у входа в блиндаж разорвался вражеский снаряд. Осколком ранило в плечо. Все это произошло в какие-то доли секунды.

Если бы я не наклонился, то снаряд угодил бы мне прямо в голову. Спасибо тому телефонисту. Он спас мне жизнь.

Еще запомнился один случай. В бою за город Севск под сильным огнем противника наши стрелки залегли. Рядом со мной оказался начальник разведки дивизиона товарищ Ганапольский. Вдруг меня по лбу ударил осколок. Голова моя, естественно, отдернулась назад, а осколок рикошетом ударил в грудь начальника разведки. Я остался целым, правда, лоб и шея еще долго болели, а Ганапольского отправили с ранением в госпиталь.

Тот осколок оторвал половину звездочки на моей пилотке (в то время артиллеристы почему-то не носили касок), а вторую половину звездочки врачи медсанбата извлекли из раны Ганапольского.

Удивляюсь, как я выжил в этой войне. Из пяти моих братьев четверо погибли, один вернулся инвалидом. Я не суеверен, но иногда подвержен предрассудкам. Бывали случаи, когда предсказания исполнялись. Когда в Сталинградском артиллерийском центре формировался наш полк, ночью я уснул и прижал к груди голову лежащего рядом бойца. Он проснулся. Я рассказал ему, что во сне снаряд оторвал мне голову, она укатилась, я догнал ее и пытался поставить на место. Другой боец тогда сказал мне, что это “хороший сон, останешься живым в этой войне, поскольку голову не потерял, а поймал ее и поставил на место. Хуже было бы, если бы не нашел”.

Наградной лист вернулся обратно

Наградной лист на звание Героя Советского Союза так и остался нереализованным. Сначала гербовой печати не хватило на том представлении, а когда эту печать поставили на важном документе, то безвозвратно ушло положенное для награждения время. Сам Иргалий Даумович в книге воспоминаний скромно отвел для рассказа об этом всего несколько строк:

“При форсировании реки Одер наш дивизион поддерживал огнем первый батальон 1230-го стрелкового полка. Рано утром 5 февраля мы с передовым отрядом форсировали Одер против северной окраины города Лебус в 10 километрах севернее Франкфурта. Лед был слабый. Ломался под тяжестью бойцов. Тогда мы, вооружившись досками, под сильнейшим ружейно-минометным огнем фашистов переправились на западный берег и заняли небольшой плацдарм…

Тяжелые были бои. Все атаки противника нам удавалось отражать, но силы таяли. Потери несли большие. Тогда командир дивизиона майор Шувалов приказал мне собрать всех, кто остался в живых, и удерживать высоту во что бы то ни стало. Против нас тогда воевал 216-й батальон СС. Когда фашисты подошли метров на 20–30, мы забросали их гранатами. А потом пошли врукопашную. Много их побили, часть взяли в плен.

Тогда я и был представлен командиром 786-го полка подполковником Избековым к званию Героя Советского Союза. Но 22 апреля меня вызвали в штаб и сказали, что наградной материал вернулся, так как на отзыве стрелкового полка стояла печать с номером полевой почты полка, а нужна была обязательно гербовая.

Поскольку в ту же ночь началось наступление на Берлин, то искать ту часть и ставить на наградное представление гербовую печать никто, естественно, не стал. Не до того тогда было. Уже после Победы командир бригады генерал Колесников вызвал меня в штаб и сказал, что наградной материал на присвоение звания Героя Советского Союза снова вернули, мотивируя тем, что просрочен положенный двухмесячный срок со дня эпизода, и, передав мне на память наградной лист, приколол на гимнастерку орден Красной Звезды. Сказал, что на большее не имеет права”.

– Из-за своей скромности мой дедушка никогда, даже после войны, не пытался получить звание Героя, но его главная награда была заслужена позже, когда он получил “Золотую Звезду” Героя Социалистического Труда, – сказал по телефону еще один внук – Рустем Даумов. – После смерти дедушки мы с отцом писали в Генштаб России письмо и просили присвоить звание Героя Советского Союза по тому нереализованному представлению, но пришел отказ в связи с истечением срока давности.

...В День Победы семья Даумовых – Жексембиевых, как всегда, соберется в своем большом доме и за дастарханом вспомнит своего легендарного деда, который жил и трудился всю свою жизнь ради них. Память тем и сильна, что живет в наших сердцах, несмотря ни на что. Память о героических отцах, дедах и прадедах, победивших фашизм и отстоявших нашу свободу и независимость.

АЛМАТЫ

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи