Опубликовано: 3300

В жанре бестселлера

В жанре бестселлера

Если когда-нибудь Игорь АВДЕЕВ сядет за мемуары, то, уверен, они станут бестселлером. Такой насыщенной футбольной карьерой в Казахстане могут похвастаться немногие.“Заколдованное” золото

Судите сами, несмотря на без малого десяток серьезных травм, Авдеев доиграл до 39 лет. Будучи защитником, не раз забивал за сезон более десяти мячей. В то же время, выступая в ведущих казахстанских клубах, ни разу не становился чемпионом – Кубок брал, пять раз получал серебряные и бронзовые медали, а вот золотых не было. Хотя возможности для этого имелись…

– Да я, если честно, об этом не жалею, – признается лучший футболист Казахстана 1999 и 2000 годов Игорь Авдеев. – Неудовлетворение осталось только после того, как мы в 2000-м проиграли “золотой” матч “Женису”. Но там были свои нюансы.

– Те, о которых потом рассказал ваш одноклубник Сергей Тимофеев, сказав, что ваш клуб – петропавловский “Аксесс-Голден Грейн” – заставили “сдать” игру?

– Я бы не хотел вспоминать тот матч.

– Хорошо, давайте вспомним, как чемпионство ускользнуло от вас в первый раз. Посреди сезона 1996 года вы из “Тараза”, который в итоге финишировал первым, перешли в “Мунайши”…

– В Актау позвали Курбана Бекиевича (Бердыев – звезда алма-атинского “Кайрата” 70–80-х годов, ныне один из лучших тренеров российской премьер-лиги. – Прим. ред.), который работал в “Таразе”. Он взял с собой меня, Серегу Тагиева и Огая.

Знакомые всем лица

– Сильная команда в Актау появилась, по сути, на пустом месте. Так часто бывает, когда в клуб приходят большие деньги. Ваша зарплата в “Мунайши” сильно отличалась от той, что платили в “Таразе”?

– Да. Она была больше в несколько раз.

– Скоро эти деньги в клубе закончились…

– Зимой 1997 года мы провели два сбора. Потом я уехал в сборную, а когда вернулся, мне сказали, что денег нет и команды не будет. Тогда отправился в Россию, во владикавказскую “Аланию”.

– Как возник этот вариант?

– Курбан Бекиевич на сборах оказался в одном отеле с “Аланией”. Там работал Латыш, который приезжал за мной еще в 1994‑м, чтобы забрать в московское “Динамо”. Я даже уехал тогда, пробыл в команде неделю, переговорил с Толстых – он был президентом “Динамо” (сейчас Николай Толстых – глава Российского футбольного союза. – Прим. ред.). В январе должен был лететь с “Динамо” на сборы. Но когда вернулся в Джамбул, мне сказали, что приезжал из Волгограда Рохус Шох и обещал забрать в “Ротор”. Так я в “Динамо” больше не появился.

Злосчастные “кресты”

– Однако в Волгограде вам не дали шанса?

– “Ротор” никак не мог договориться с “Таразом” по моему трансферу. К тому же спустя месяц после приезда в Волгоград я получил на тренировке тяжелую травму – порвал крестообразные связки, повредил мениск – и на год выбыл из строя. После восстановления Бердыев вернул меня в “Тараз”.

– Во Владикавказе вы оказались в не самые удачные времена. После чемпионства и вице-чемпионства “Алания” откатилась в середину таблицы…

– Да. Это, конечно, не могло нравиться местным горячим болельщикам. Но, надо отдать им должное, они всегда поддерживали команду. Отыграв сезон в “Алании”, я зимой на первом же сборе сломал ногу. Местные врачи посмотрели и сказали, что надевать гипс необязательно. Я сам фиксировал ногу эластичным бинтом. А через месяц сделали снимок, и выяснилось, что трещина не заросла. Поехал к другим врачам. Те говорят, что если бы я походил в гипсе, то через неделю-полторы бегал бы уже. Но кто же знал? До чемпионата всего месяц остался. Я поехал домой лечиться, а Валерий Георгиевич (Газзаев, главный тренер “Алании”. – Прим. ред.) пообещал помочь устроиться. А потом позвонил Тимофеев, который уже играл в Нижнем Новгороде, и позвал в “Локомотив”.

История с Нижним

– После такой травмы – и сразу к самому жесткому тренеру России Валерию Овчинникову?

– Газзаев тоже гонял, скажу я вам. А Овчинников сам тренировки не проводил, за него это делали ассистенты.

– 100 рывков по 100 метров застали?

– По 100 не было, но 20 делали на Кипре. Или в Сочи, где грязи по колено. Да, было тяжело. Тогда в Нижнем собралась хорошая компания из Казахстана: Тимофеев, Зубарев, подъехали Гумар с Сашей Фамильцевым. Но у Фамильцева была та же травма, что и у меня. Только ему две операции сделали, болты вкручивали. В “Локомотиве” он так и не заиграл.

– В 1998 году нижегородцы пробились в премьер-лигу, однако на будущий сезон вас в команде уже не было…

– Тренер начал менять состав, набрал новых игроков. У клуба перед нами были долги по зарплате. Их закрыли, но не полностью. А в Петропавловске тогда начали собирать новую команду. Огай пошел туда тренером, а главным был Владимир Стрижевский из Украины.

Криминальное дело

– В дальнейшем из-за границы были предложения?

– Были, когда мы еще в Азии играли. Звали в Эмираты, но название команды уже не вспомню. Было это как раз в 1999 году. Но я только перешел в петропавловский “Аксесс-Есиль” и не мог уйти – дал слово. В Саратов уезжал вместе с Балтиевым в 2001-м. Но мне там не понравился один момент. Люди хотели за моей спиной получить деньги за переход. Я об этом случайно узнал. Развернулся и уехал.

– Перед этим была неприятная история, когда перед матчем с “Женисом” в Астане вас пытались запугать…

– Не запугивали – просто избили. В день игры мы с Серегой Калабухиным вернулись с обеда в гостиницу. Откуда-то выбежали двое, заломили руки, повалили и начали избивать. Повезло, что был октябрь и на мне была теплая куртка. Били, кстати, по ногам, лицо не трогали. Ко мне еще накануне в холле подошли человек 5–6. Я назвался другой фамилией, сказал, что из дубля. Потом ребята говорили, что они, оказывается, меня искали. Лория (президент “Жениса”. – Прим. ред.) сказал, что не знает этих людей. Он меня, кстати, через год в Астану пригласил. Никакого негатива у меня к “Женису” не было.

“Деньги серьезные, наняли адвоката”

– Вы потом с Григорием Лорией в Караганде пересеклись и ушли из “Шахтера” со скандалом…

– Я порвал ахилл. Сделал в Алматы операцию, ногу разработал, уже бегать начал. Только красное пятнышко осталось. Врачи говорили, что ничего страшного – волосок или ниточка осталась.

– Мы сделали УЗИ, оно показало, что у Игоря сильное воспаление, – вступает в разговор супруга Карина. – Первая операция была неудачной, необходимо делать вторую. Здесь мы уже оперировались, поэтому решили поехать в Германию. Но для этого нужны были деньги. Обратились в клуб, попросили рассчитать за май – июль. Нам обещали, но денег мы так и не дождались, поэтому поехали на лечение за свой счет. Возвращаемся, нам говорят, что деньги на карточку перечислили, но она пустая. Игорь тогда психанул и пригрозил написать жалобу в федерацию. А ему говорят: “За что тебе платить? Покажи больничный”. Но всегда ведь как было? Лечишься, поддерживаешь контакт с клубным врачом, советуешься с ним, что пить и где обследоваться. Сказали бы сразу, мы бы открыли больничный в поликлинике, как полагается. В общем, денег не дождались и в конце сезона все-таки написали в федерацию, попросили разобраться. Оказалось, что Игоря из “Шахтера” якобы уволили еще летом за прогулы. Поскольку деньги были серьезные, мы наняли адвоката и передали дело в суд. Судились четыре года. Одно время я сильно устала от всего этого и даже была готова согласиться на то, чтобы нам просто вернули зарплату за два месяца. Но клуб не пошел на эти условия и в результате выплатил в 10 раз больше – за лечение, услуги адвоката, досрочный разрыв контракта. Эти деньги помогли открыть нам свое небольшое дело, а также оплачивать занятия старшей дочери Элины теннисом.

Финансово-педагогический расклад

– Теннис и вправду дорогой вид спорта. В какую сумму обходятся занятия?

– В месяц только на тренировки уходит 500 долларов. А если взять индивидуальные занятия, ракетки, что-то еще, то где-то 1000 долларов выходит. Это еще считается мало. Чтобы поднять ребенка на более высокий уровень, нужны другие средства.

– Элине сейчас 14 лет. Уже думали связывать ее будущее с теннисом?

– Мы поздно начали играть, – продолжает Карина. – Нужно брать ракетку в руки лет в 5–6, а она серьезно стала заниматься только в 11. До этого играла просто для здоровья. Но потом мы заметили, что у Элины появился большой интерес. Она никогда не пропускала тренировки, даже если у нее температура. Это папин характер. После этого поменяли тренера, стали заниматься ежедневно. Теперь хотим младшую, 7-летнюю Еву, отдать в большой теннис.

– Игорь, значит, не случайно я видел вас осенью прошлого года на мастер-классе Мартины Хингис в Алматы?

– Да, Элина участвовала в нем. Когда Динара Сафина приезжала, она тоже там была.

В первую очередь смотрят в паспорт

– А вы в свое время у кого хотели бы получить мастер-класс?

– Ну кто тогда были звездами? Марадона, Платини.

– Вы назвали атакующих футболистов, а сами чаще всего играли в защите, при этом забивая достаточно…

– Я играл везде: и заднего центрального защитника, и переднего, и с краю в обороне, и в полузащите. Иногда в нападении выходил.

– Сколько у вас было травм за карьеру?

– Если брать серьезные, когда по 2–3 месяца пропускаешь, то где-то восемь.

– И тем не менее вы завершили карьеру только в прошлом году, доиграв до 39 лет…

– Да я и сейчас могу выйти на поле. В премьер-лиге вряд ли, а в первой бы не затерялся. Но сейчас ведь в первую очередь в паспорт смотрят, хотя играть, по большому счету, некому.



[X]