Опубликовано: 17100

В поисках настоящих казахов: что открыл казахстанец в Монголии

В поисках настоящих казахов: что открыл казахстанец в Монголии

К истокам языка и культуры – в загадочную Монголию – отправился автор уникальной книги “Ситуативный казахский” Канат ТАСИБЕКОВ. Это были путешествие во времени и встреча с людьми, которые являются хранителями древних традиций и до сих пор живут по правилам предков.

 

– Сегодня редко кто совершает этнографические путешествия, вы, как некогда Алтынсарин, Шокан Уалиханов, отправились в поисках уникальных традиций в Монголию. Что вас побудило к этому забытому ныне жанру?

– Чтобы понять цель моей поездки, мне нужно самому представиться. Я бывший русско­язычный казах, который посл­­е 50 лет взялся за изучение языка, а после поделился своим опытом в книге, которую назвал “Ситуативный казахский”. Тогда я не ожидал, что она станет такой популярной, сам Елбасы говорил о моей методике, о клубах “Мәміле”, которые я организовал. В общем, последние 10 лет я занимаюсь тем, что помогаю людям изучать казахский язык. Я родился в 1959 году, тогда проводилась Всесоюзная перепись населения, по ней казахов в Казахстане было 29 процентов. Меньше трети. Поэтому не стоит удивляться, почему произошла такая ситуация с языком, из всех постсоветских республик мы больше других утратили свой родной язык. Половина казахов плохо владеет родным языком до сих пор.

Моя поездка в Монголию имела цель глубокого изучения языка, я хотел найти хранителей традиций, услышать, возможно, старые забытые слова, увидеть потерянные в современном мире древние традиции. Я хотел познать истоки менталитета казахов.

Еще Герольд Бельгер, который практически дал мне свое бата – благословение, написав предисловие к первому и второму тому моих книг, он говорил: современные казахи – это уже другой народ, они так сильно изменились. Он вспоминал людей из своего детства, они были добрые и бесхитростные, открытые. Эти люди приняли поволжских немцев, и он рос среди таких казахов, полюбил их всей душой и пронес эти чувства через всю жизнь. Уже стало общепринятым, что казахи – один из самых гостеприимных народов мира, очень щедрый, но положа руку на сердце сегодня, в современных условиях, я вижу много не столь хороших примеров, когда люди не уступают друг другу даже дорогу, создают конфликты на ровном месте, вместо душевной простоты мы видим людей с двойным, тройным дном.

В почете стали коррупционеры, лжецы всех мастей, всё это растет буйным цветом. Меняются ценности.

Мне обидно, я всё чаще стал задумываться: почему мой народ так сильно изменился? Мне пришла в голову мысль встретиться с казахами, которые выросли без влияния современного мира, интеграционных процессов. Они жили сами по себе, замкнуто. Я написал проект, который назвал “Биг Алтай” – “Великий Алтай”. Наша Восточно-Казахстанская область – это Рудный Алтай, в России – Горный Алтай, а в Монголии – Баян-Улгий. В Синьцзян-Уйгурском округе есть город Алтай. Везде там живут казахи, которые до сих пор занимаются традиционным скотоводством. Я задумал проехать по всем четырем Алтаям. Меня поддержал Раимбек Баталов, я ему благодарен. У меня не было автомобиля для столь долгого и рискованного путешествия, мне дали на заводе “АзияАвто” совершенно новенькую “Ниву”, и я тронулся в путь. В общем, нашлись единомышленники, благодаря которым стало возможно это исследование. Канат Тасибеков рассказал, почему полный отказ от русского языка в нашей стране не поможет развитию казахского

– Язык до Баян-Улгий доведет… Услышали ли вы то, что искали?

– Дорога из Алматы до Баян-Улгий составила почти 2 500 километров, виза не нужна. Дорога впечатлила своей красотой. Второй член экспедиции – Алмабек Айтайлак-улы – гражданин Монголии, но давно живет в Казахстане, он вызвался сопровождать меня. Мы колесили по аулам в течение месяца. Баян-Улгий расположен на высоте 1 700 метров над уровнем моря, там суровые природа и погода. И сохранился особенный казахский язык. Он лаконичный. Например, у китайских казахов он очень ветвистый, многословный. А здесь язык, как и сама природа, четкий, конкретный, урывистый. Монголы практически не вмешиваются в жизнь казахской общины. В Баян-Улгий живет около 100 тысяч казахов. Это 90 процентов населения. Раньше здесь выходила казахоязычная газета, было телевидение, теперь же осталась одна программа на радио, которую все слушают вечером, в 21.00. В тот же день, как мы приехали, нас пригласили на это радио, я рассказал в прямом эфире о целях поездки, и позже, когда мы приезжали в любой аул, все о нас уже заранее знали и встречали.

– Разгадали ли вы тайну менталитета казахов?

– Быт, условия хозяйствования казахов там остались прежними, какими они были тысячи лет назад. И это уникальный опыт. Это единственное место на Земле, где сохранилось исконное казахское кочевничество, которое было описано в книгах Абая. Жайляу, кыстау… Они до сих пор между ними кочуют. Правда, если раньше на верблюдах перевозили крупногабаритные вещи, то теперь используют старую советскую технику: ЗИЛы, “Уралы”. 2–3 раза в год они их заводят и перевозят все свои вещи. И, главное, я был очень рад увидеть людей, которые практически отражают менталитет нации. Добрые, открытые, радушные. Очень трудолюбивые, а ведь сейчас укоренилось мнение, что казахи очень ленивые.

Меня поразило, как они воспитывают детей. Традиционно там много детей в семьях. Погодки на каждом шагу. Они живут в юртах, и все заняты трудом.

Даже 3-летняя девочка доит козу, я видел это своими глазами. Мы живем в городах, где в семьях по 1–2 детишек, при этом часто слышу, как раздраженная мама кричит на малыша, а там никогда не услышишь, чтобы кто-то голос повысил. Хотя забот у них много. Всё делается увещеваниями, ласково. Дети сызмальства стараются помогать, и смотреть на это мне было приятно.

Взаимоотношения между людьми особенные. Там редко ругаются – некогда устраивать разборки, много дел. Они заняты тяжелым физическим трудом: представьте, 20–30 яков, верблюды, 20–40 лошадей, полсотни коз, всё это хозяйство надо выпасти, выдоить. Это непросто. Из молока они делают курт, взбивают масло, живут натуральным хозяйством. Аул – это даже не деревня, это 2–3 юрты: отец и отделившийся сын или братья – они кочуют вместе.

Там настоящая жизнь настоящих людей, они сосуществуют с природой, и потому у них к ней бережное отношение, никто не выбросит мусор – это их дом, где они не сорят.

По законам Чингисхана было особенное отношение к природе, если кто-то помочился в воду, его ждала смерть. Здесь об этом помнят.

Еще что меня удивило, там нет и следа пороков “общества потребления”, правила которого заставляют нас брать по 3 кредита, гнаться за новой маркой авто, менять телефоны, телевизоры, строить дома круче, чем у соседа. Они спокойно относятся к этим моментам. Мне бы хотелось, чтобы мы все вспомнили, какими были наши предки, ведь многое сейчас нами уже утрачено.

АЛМАТЫ

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи