Опубликовано: 8876

Раскулачивание по-степному

Раскулачивание по-степному

Борьба с баями в 20-е годы прошлого века стала первым шагом на пути к голодомору, унесшему тысячи жизней.

В декабре 1927-го на XV съезде ВКП(б) было принято решение о тотальной коллективизации сельского хозяйства и экспроприации баев. Через полгода Казахкрайком создал комиссию для руководства кампанией по захвату частной собственности. В одном только Семипалатинском округе сразу девять районов подверглись “антифеодальной чистке”. В 1928 году все имущество конфисковали в 64 хозяйствах. Байские ярлыки щедро навешивались и на зажиточные середняцкие хозяйства. Легко был увеличен список баев Бишкарагайского уезда – с 2 до 17 человек. В Чингистауском уезде в черный список попали 19 семей. С родной земли 446 человек были высланы в Сыр-Дарьинский округ.

Те, у кого забирали отары овец и табуны лошадей, пытались противостоять конфискации и выселению. Но долгие разбирательства, сбор оправдательных документов и жалобы во все инстанции, вплоть до Москвы, – все это, как правило, было бесполезно. Отчаянный шаг пытались совершить жены, они стали массово подавать на развод с мужьями (восточные женщины начала прошлого века!), лишь бы остаться на родине и сохранить хоть какую-то часть имущества. Суды принимали эти заявления, но, когда их стало слишком много, они были признаны несостоятельными и аннулированы. Странные это были игры власти с человеком. Более 60 семей было выслано из Семипалатинской области, а взамен приняли три десятка таких же семей из Костаная (Кустанай).

И, конечно, в такой ситуации власть не могла отказаться от соблазна заодно избавиться от политических оппонентов – тех, кто не хотел преклоняться перед новым политическим строем, в том числе от алашординцев. В список подлежащих выселению с конфискацией имущества попали сын Абая Турагул ИБРАГИМОВ и Мусатай МОЛДЫБАЕВ – бывший волостной управитель. Их обвинили в разжигании родовой вражды и контрреволюционной деятельности. При этом конфискованное имущество далеко не всегда переходило государству. Скот расхищался, точного учета никто не вел. Известно, что только в одной Семипалатинской области было изъято 145 тысяч голов скота.

1928 год стал началом обнищания. Затем конфискация приняла еще более устрашающие масштабы. Вскоре в степи разразился небывалый голод.

Семей

[X]