Опубликовано: 3200

Почему многие мужчины поколения 90-х не могут иметь детей

Почему многие мужчины поколения 90-х не могут иметь детей

Зачем иностранцы едут к нам на ЭКО? Как залечивают до бесплодия в гинекологических клиниках? И почему мужчины стали чаще обращаться с проблемой бездетности? Об этом и другом рассказали отечественные репродуктологи.

В консультативно-диагностическом отделении Актюбинского областного перинатального центра признаются, что потребность в экстракорпоральном оплодотворении сейчас весьма высокая. По заключению специальной экспертной комиссии, половина из 1 580 женщин, которые состоят на учете с бесплодием в Актобе, могут забеременеть только посредством этой процедуры. В последнее время стал чаще встречаться так называемый мужской фактор.

– Ежедневно по анализам мы видим, что у 50–60 процентов мужчин идут изменения и снижение репродуктивной функции. Что-то из этого корректируется консервативным лечением, но зачастую лечение не дает высокой эффективности. В результате показано лишь использование вспомогательных репродуктивных технологий. При обследовании супружеских пар мы чаще стали замечать либо хромосомные изменения, либо изменения у мужчины в анамнезе, например, мутации в генетическом материале. Высокий уровень мутации приводит либо к бесплодию, либо к невынашиванию беременности, – говорит врач-эмбриолог-генетик центра ЭКО при медучреждении Гульнар БЕКБОСИНОВА.

– Понятно, что вы сталкиваетесь уже с результатом бесплодия, но, по вашему мнению, что способствует такой ситуации?

– Так как с проблемами бесплодия стали чаще обращаться мужчины, мы разговариваем с ними на эту тему. Зачастую у них имеются хронические воспалительные заболевания – простатиты. Очень часто проводились операции на органы малого таза либо были какие-то травмы. Также бывают эндокринные изменения, патология со стороны половых гормонов, щитовидной железы. В последнее время не редкость и иммунологическое бесплодие – это когда внешне в анализах все вроде неплохо, но когда делаем дополнительные тесты, то обнаруживаются такие изменения в спермограмме, что беременность у женщины не наступит без вспомогательных репродуктивных технологий. Имеют место сдвиги со стороны иммунологии, то есть такие сперматозоиды не могут оплодотворять. Ну и возрастной фактор, когда приходят мужчины старше 40–50 лет уже в повторных браках. В этом случае, конечно, прямое показание ЭКО.

– А молодые представители сильного пола часто обращаются?

– Очень часто встречаются мужчины поколения 90-х. Это просто катастрофа. Все в основном с фертильными проблемами. Поколение 70-х в этом плане гораздо благополучнее. Мы спрашиваем у андрологов: почему молодые ребята, 20-летние и те, которым нет еще и 30 лет, часто имеют патологические изменения в спермограмме? Они объясняют это, во-первых, неправильным, малоподвижным образом жизни, во-вторых, одеждой и бельем, что носят современные мужчины: тесные плавки, синтетические джинсы и так далее. Всё это вызывает перегрев яичников, в результате такие изменения. Есть еще предположение, что негативно сказывается повальное увлечение этого поколения электроникой. Я два года назад была на международном семинаре по андрологии. Профессор из Индии объяснял, почему у молодых идут изменения в морфологии, в строении сперматозоидов. Он говорит, что негативную роль играет привычка держать ноутбуки, планшеты и сотовые телефоны на коленях, из-за чего излучение направлено на живот. Естественно, это вызывает изменения. Обратите внимание, ведь дети тоже часто держат так планшеты, а проследить за этим практически невозможно.

– Многие не торопятся рожать в молодом возрасте по разным причинам. Это мировая тенденция. К вам часто за помощью обращаются женщины под 40 и за 40?

– Самая взрослая женщина, которая к нам обратилась с желанием родить, это 47-летняя актюбинка. Естественно, у нее уже был низкий овариальный резерв яичников. Стимулировать не было смысла, поэтому решили взять в естественном цикле. Наши репродуктологи, наблюдая ее на УЗИ, поймали единственную половую клетку, которая созрела, благополучно оплодотворили и получили эмбриончик, она сама его выносила и родила. Такой результат, конечно, из области чудес. Недавно благополучно родила малыша весом 3 500 граммов 36-летнняя актюбинка. Обратилась она к нам полтора года назад. От первого брака у нее есть взрослый ребенок. Родить во втором браке ей не удавалось. Когда стали обследовать, выяснилось, что у мужа врожденные генетические изменения хромосомного характера, синдром Клайнфельтера. Молекулярно-генетический анализ спермы показал, что процент здоровых сперматозоидов очень низкий, и, естественно, родить здорового ребенка практически нет шансов. Пришлось прибегнуть к ЭКО с использованием донорской спермы. У нас есть база донорской спермы, доноры – наши местные актюбинцы. И вот она родила ребенка, очень благодарна. Прислала нам фото младенца. Мальчик крупный, весом 4 900. И мама, и папа остались очень довольны. Однако зачастую случается так: женщины годами лечатся, по 10 лет напрасно ходят по частным кабинетам и, уже отчаявшись, приходят в экоцентр с последней надеждой. Но уже имеет место возрастной фактор. "В пятый раз я уже была на грани и сказала себе, что это последний" - история казахстанки, которой отказали в квоте на ЭКО

– Есть категория женщин, которые не хотят мириться с такой участью и готовы заплатить любые деньги суррогатной матери за вынашивание ребенка. Законно ли это?

– Да, суррогатное материнство у нас разрешено. В Казахстане одно из самых лояльных законодательств в этом плане. Именно поэтому сейчас активно развивается медицинский туризм в Казахстане. Из-за границы едет много супружеских пар, которые хотят именно здесь сделать эту процедуру. У меня есть знакомая, которая живет в Италии. В прошлом году в сентябре она собиралась ехать с мужем к нам на ЭКО. Планам помешала пандемия. Проблема в том, что у них в Италии очень влиятельная церковь, которая против донорства клеток, и законом это запрещено. Поэтому за донорской спермой многие приезжают в Казахстан. У нас существует база доноров.

Во многих странах запрещено суррогатное материнство. Это тоже одна из причин, почему едут в Казахстан.

В основном обращаются в частные центры Алматы. Специально для проведения процедуры приезжают пары, привозят свой материал, находят суррогатных мам. Конечно, к этому можно относиться по-разному. Осуждать легче всего. А что делать, если детей вообще нет? После того как столкнулась с семьями, где такая беда, начала по-другому к этому относиться. Во время поездки в Израиль интересовалась, как они к этому относятся. Ответили, что это богоугодное дело, раз в семье нет ребенка.

В центре рассказывают, что есть случаи, когда обращаются одинокие женщины, у которых нет пары, либо мужчина, который рядом, бесплоден. Такие женщины не прочь воспользоваться донорской спермой. Как правило, этот факт стараются скрыть от родни, чтобы избежать лишних пересудов. А вот случаев обращения гомосексуальных пар здесь не припомнят. “В Казахстане такого нет”, – убеждены в медучреждении.

С этого года медучреждение, на базе которого существует отделение, получило право работать самостоятельно в рамках ОСМС (до этого пары по квоте направлялись в столичные клиники). С учетом заявления Президента об увеличении квот на ЭКО в 7 раз здесь ожидают настоящий прорыв в своей сфере.

– Мы, конечно, безмерно рады. В 2010 году нам дали всего 5 квот, то есть воспользоваться правом на бесплатное проведение смогли всего 5 пар. Потом увеличили до 30, затем в течение 5 лет давали по 40 квот ежегодно. В этом году мы получили 53 квоты. Таким образом, за 10 лет было выделено 330 квот, благодаря которым родилось 100 детей. Конечно, желающих гораздо больше, но существуют жесткие критерии отбора. Если будет увеличение в 7 раз, то, умножив 53 на эту цифру, можно предположить, какой прорыв сделаем. К тому же раньше людям, которым выдавалась квота, приходилось ездить и жить длительное время в других областях. Теперь никуда ездить не придется. Наш центр проводит все виды репродуктивных вспомогательных технологий. Это большое преимущество, – говорит заместитель главного врача по амбулаторно-поликлинической службе областного перинатального центра, врач-репродуктолог, кандидат медицинских наук Светлана ЕСЕНАМАНОВА.

По ее словам, основной причиной, по которой отказывают в бесплатной квоте, на сегодня является снижение овариального резерва (когда у женщины яичники имеют малый запас фолликулов). Эта проблема не только возрастная, с такой ситуацией сейчас сталкиваются и молодые казахстанки.

– Сейчас пошла когорта женщин, у которых овариальный резерв снижается очень рано. Это те девочки, которые страдали в подростковом возрасте редкими менструациями либо эндокринными заболеваниями. У них уже в 32 года бывает низкий овариальный резерв. Они приходят в этом возрасте, а им еще стоять в очереди 2–3 года, и в 35–37 лет уже даже платно ЭКО-центры не берутся помочь, предлагают использовать донора. С чем связан низкий овариальный резерв в молодом возрасте, не знаю. Возможно, наследственный фактор. Кроме того, причиной могут стать агрессивные, бесконечно повторяющиеся лапароскопические операции, даже если, согласно выпискам, операций на яичнике не было. Каждая операция в малом тазу снижает функциональные возможности яичников, – объясняет Светлана Есенаманова.

По мнению специалистов центра, слишком длительное консервативное лечение, на которое уходит много времени и средств пациентов, зачастую не имеет смысла.

– У нас ЭКО активно развивается только в последние годы. Однако по-прежнему пары продолжают ходить по акушерам-гинекологам из одной клиники в другую. Повторные операции в течение 7–10 лет нередко приводят к снижению овариального резерва. А потом приходят к нам в 35–37 лет, встают в очередь, хотят квоту, а пока она дойдет (на это уходит 2–3 года), их уже приходится снимать с очереди. Поэтому, если бесплодие 2 года и всё это время женщина обследуется у гинеколога, но улучшений нет, лучше уже обращаться к репродуктологу. Мы консультируем, диагностируем, если есть показания применять репродуктивные технологии, доступные в условиях ЭКО-центра, – применяем, лечим, но, главное, уже ставим в очередь по квоте. Это тоже зачастую играет немаловажную роль, – объясняет представитель центра.

Сколько стоит ЭКО?

Как объяснили медики, все застрахованные пациенты имеют право получить квоту от государства. При этом существуют и платные услуги. В этом случае в среднем может понадобиться примерно миллион тенге. Но это грубые расчеты. Так как ЭКО – многоэтапная процедура, то стоимость зависит от того, насколько пара сможет дойти до конечного результата, возникла ли необходимость криоконсервации.

– Причем сама процедура ЭКО или ЭКО ИКСИ стоит примерно 400 тысяч тенге, а оставшиеся 500–600 тысяч – это стоимость препаратов, приобретаемых семьей в аптеке, – объясняют репродуктологи.

У женщины с низким овариальным резервом меньше шансов получить квоту: чем меньше овариальный резерв, тем меньше эмбрионов получают, их выживаемость низка. Поэтому при низком резерве отказывают в квоте, чтобы деньги из бюджета не были потрачены зря.

Разрешено ли верующим ЭКО?

Мы взяли точку зрения двух самых распространенных на территории Казахстана традиционных религий: ислама и православия.

– При данной процедуре зачатие происходит нескольких детей, а выбирают только одного, остальных убивают. Разве может церковь на это согласиться? Если есть какой-нибудь другой способ, чтобы не убивать зачатых детей, то еще можно посмотреть. Представьте, у вас трое детей, а вы двоих убиваете. И оставляете только одного, самого красивого, – объяснил точку зрения православия на данный вопрос настоятель Михайловского храма города Актобе иеромонах Нектарий (Гузев).

Представители мусульманской веры тоже советуют осторожно отнестись к этому вопросу. Есть вещи, которые поддерживает традиционный ислам, а есть то, что делать категорически запрещено. Например, использовать донорскую сперму.

– По шариату ЭКО разрешается только между мужем и женой. То есть разрешается использовать семя законного мужа, только посредством его оплодотворять, – пояснил наиб-имам центральной мечети “Нур Гасыр” Махамбет БИСЕНОВ.

Актобе

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи