Опубликовано: 1705

Неистовый Остроушко

Неистовый Остроушко

Леонид Остроушко никогда не отличался ангельским характером: ни когда был футболистом, ни во времена своего тренерства. Он и сам это признает. Однако нельзя отрицать тот факт, что след в истории казахстанского футбола Остроушко оставил заметный.

“Актобе” не интересен – российский тренер, привозные игроки

Сейчас Леонид Константинович проживает в Санкт-Петербурге, где в эти дни проходит традиционный международный турнир – Кубок чемпионов стран СНГ и Балтии.

– На игры, конечно, хожу, – говорит Леонид Константинович. – Не могу сказать, что за какую-то команду особенно переживаю. Хватит уже, все-таки 72-й год идет. Симпатии проявляются, когда, к примеру, “Пахтакор” играл с армянским “Бананцем” (3:0). Тем более что за ташкентский клуб выступают ребята, игравшие у меня в “Дустлике”.

– А как же чемпион Казахстана “Актобе”?

– Что мне на него смотреть?! Там тренер российский, состав тоже не местный. Вот если бы “Кайрат” приехал или другой клуб, где много казахстанцев, тогда интерес был бы.

– За нашим футболом следите?

– Если только зять (Николай Объедков, защитник “Кайрата” конца 70-х – начала 80-х годов, впоследствии футбольный арбитр, а ныне вице-президент Федерации футбола Санкт-Петербурга. – Прим. авт.) позвонит по делам в Федерацию футбола Казахстана, то какая-то информация появляется. А так в российской прессе про казахстанский футбол пишут раз в три месяца. Та же ситуация с освещением чемпионатов Беларуси, Узбекистана, где я также в свое время поработал. Из любопытства почитал бы, конечно, что творится в казахстанском футболе. Все-таки вся жизнь там прошла.

Как ленинградский “Зенит” обманул “Кайрат” с договорняком

– Сейчас в прессе активно муссируется тема договорных матчей. Вам часто приходилось сталкиваться со “странными” играми?

– Было дело. Когда работал в “Кайрате” в 2003 году, поступил сигнал сверху – проиграть один домашний матч. Я был против, но со мной провели соответствующую работу. Сказали, чтобы я еще и игроков настроил на поражение. Тот матч мы проиграли, пропустив два мяча под занавес встречи. После финального свистка в меня с трибун полетели бутылки, слышались оскорбления. Но я-то здесь при чем?

– И в советское время договорняки не были редкостью?

– Такие матчи получили распространение в 70-х годах, когда в высшей лиге играло много украинских команд. Киевское “Динамо” “расписывало” с ними матчи по системе “дома – победа, на выезде – ничья”. Все об этом знали.

– В высшей лиге чемпионата СССР “Кайрат” участвовал в играх с заведомо известным результатом?

– Когда я работал тренером, таких вариантов было немного. В 1974 году случилась история с ленинградским “Зенитом”. Мы должны были с ними дважды сыграть вничью. В первом круге в Алма-Ате матч закончился со счетом 2:2, а в Ленинграде они нас обманули и выиграли – 3:2. Мы тогда после игры со старшим тренером Артемом Григорьевичем Фальяном зашли к ним в раздевалку. Они сидят, понурив головы, не смотрят на нас. Оказалось, перед игрой с нами “Зенит” провел договорной матч с ташкентским “Пахтакором”, после чего поднялся сильный шум.

1958 год – “командировка” в киевское “Динамо”

– В 1958 году вы поехали в киевское “Динамо”, но быстро вернулись обратно в “Кайрат”. Почему не остались на Украине?

– В Киеве я провел восемь месяцев, но в основном играл за дубль. Поэтому и принял решение вернуться в “Кайрат”, о чем нисколько не жалею.

– Впоследствии обратно в Киев не звали?

– Было приглашение из московского “Локомотива”. После того как в 1964 году мы вылетели в первую лигу. Тогда большинство основных игроков “Кайрата” звали в другие команды: Станислава Каминского – в “Динамо” (Минск), Сергея Квочкина – в “Динамо” (Киев) и так далее. Но мы были патриотами и остались в Алма-Ате.

– Если не отвлекаться на рассуждения о патриотизме, в какой команде хотели бы провести свои игровые годы?

– Только в “Кайрате”.

– А где бы хотелось поработать как тренеру?

– Опять же в Алма-Ате. В “Кайрате” я был и футболистом, и тренером, и начальником команды. Больше тридцати лет отдал команде. Узбекистанский “Дустлик” был криком души: пригласили – поехал. Та же история с минским “Динамо”. Сейчас не приглашают, вот и сижу без дела.

1967 год – незапланированный финиш

– Переход с футбольного поля на тренерскую скамью произошел неожиданно?

– Да. Когда завершился чемпионат 1967 года, не предполагал, что он стал для меня последним. Но в команду пришел заслуженный тренер СССР Александр Андреевич Келлер, ранее уже работавший с “Кайратом”. Он и предложил мне, заручившись поддержкой спорткомитета, стать его помощником. Председатель спорткомитета Каркен Ахметов, который ко мне очень хорошо относился, сказал: “Ты хоть и украинец, но в тебе есть казахская кровь. Бери, воспитывай в дубле молодых пацанов”. Вот так я и стал тренером. Хотя мог еще лет пять-шесть поиграть.

“Кайратовский бетон” – сделано в Казахстане

– Вы застали несколько эпох “Кайрата”. Могли бы дать каждой из них небольшую характеристику?

– Здесь многое зависит от тренера. К примеру, в 60-е годы при Николае Глебове команда играла “от обороны”, на контратаках. “Кайрат” мало пропускал, но и мало забивал, хотя в составе были такие нападающие, как Сергей Квочкин, Олег Мальцев. Нашу манеру игры советские газеты нарекли “кайратовским бетоном”. Если бы забивали побольше, глядишь, и результаты были бы другими. Могли бы стать призерами чемпионата СССР в 1962 году, на предварительном этапе удачно играли с лидерами и в финальный турнир выходили бы с 15 “золотыми” очками. Но мы стали жертвами договоренки между ростовским СКА и московским “Локомотивом”. Железнодорожники сдали игру армейцам, которые вышли в финальный этап вместо нас. А “Кайрат” едва не вылетел, так как в турнир аутсайдеров попал всего с пятью очками.

70-е годы были отмечены тренерской чехардой. В 80-е годы “Кайрат” вошел с Игорем Семеновичем Волчком. Однако при нем команда особых результатов не добилась. В конце сезона 1982 года я принял “Кайрат” и возглавлял его вплоть до середины чемпионата-86. В то время алма-атинский клуб показал наилучшие результаты в своей истории, регулярно попадая в первую десятку.

Алжир – хорошо.

Но в Бурунди и Руанде – лучше

– В вашем тренерском реестре значится Алжир. Какие впечатления остались от африканского периода работы?

– Там никто от меня и команды не требовал результата. Даже в случае поражений клубное руководство не ругало. Бывало, едем в автобусе после неудачного матча, у меня настроение плохое, а футболисты песни распевают. Хотел ввести двухразовые тренировки, но меня отговорили: на второе занятие пришли только несколько молодых ребят. Так что в Алжире у меня был, можно сказать, курорт: утром провел полуторачасовое занятие – и целый день свободен. В этой стране я пробыл три года, и еще столько же проработал бы, не развались Союз.

– В Африку вы частенько ездили и с “Кайратом”…

– Запомнился выезд в экваториальные страны Руанду и Бурунди. Не зря их называют странами вечной весны. Других времен года там, по сути, нет, температура воздуха выше 25 градусов не поднимается. В шесть вечера уже темно, а в четыре утра светло, как днем. Хотя там футбол невысокого полета, но понравилась атмосфера, города, в которых мы играли.

Ребят звали в лучшие клубы Союза

– На что делали ставку в своей тренерской работе?

– В первую очередь, на профессионализм игроков. В тактической работе упор делался на комбинационный стиль ведения игры, который нравится зрителям. В 80-е годы в средней линии “Кайрата” играли такие техничные футболисты, как Антон Шох, Сергей Ледовских, Фанас Салимов, Вахид Масудов, в атаке действовали Сергей Стукашов, Евстафий Пехлеваниди. Не случайно Шоха потом пригласили в “Днепр”, Стукашова – в московское “Динамо”, Масудов был там же на просмотре, Ледовских уехал в сочинскую “Жемчужину”, а Сергей Волгин играл в московском “Спартаке”. Меня упрекали в том, что футболисты покидали “Кайрат”, но ведь они уезжали не в Уфу или Воронеж. Если при мне их начали звать к себе ведущие клубы Союза, значит, в этом есть и моя заслуга. Да, многие меня не любили. А кому понравится тренер, который требует жесткую дисциплину. Мне сейчас зенитовские ветераны при встрече говорят, что, когда ехали в Алма-Ату, молились о ничьей.

Рецепт прост – не пить, не курить

– Остроушко-футболист вы-держал бы требования Остроушко-тренера?

– Конечно.

– А Остроушко-тренер сработался бы с Остроушко-футболистом?

– Без сомнений. Я ведь всегда профессионально относился к футболу, не курил, не пил, под Новый год мог позволить себе только фужер шампанского.

– Популярная в 80-е годы книга Александра Нилина о знаменитом футболисте и тренере Константине Ивановиче Бескове называлась “Невозможный Бесков”. Как бы вы назвали подобную книгу о себе?

– Наверное, назвал бы ее “Неистовый Остроушко”.

Сергей РАЙЛЯН

[X]