Не желаете чайку?

Потом это событие было названо Бостонским чаепитием. Согласно официальной истории США, оно стало началом Американской революции и создания Соединенных Штатов.

Вся эта история имеет чисто экономические корни. Незадолго до этого Британия участвовала в Семилетней войне в одном альянсе с Пруссией и ее королем Фридрихом. Пруссаки раз за разом терпели поражения. Но чудом восстанавливали свои силы. Их питательным соком были английские деньги. Лондон попросту покупал Пруссии союзников и поставлял оружие, предметы снабжения. Самостоятельно Британия воевала лишь за пределами Европы, захватывая колонии Франции и Испании.

Длительная война легла тяжким бременем на казну всех ее участников. Госдолг Великобритании с 1756 по 1763 год вырос почти в 3 раза – с 53 тысяч до 140 тысяч фунтов стерлингов. Англичане решили поправить дела просто: повысив налоги на свои товары. Благо в результате войны она стала наконец владычицей морей.

Повышение налогов коснулось и самого популярного тогда напитка – китайского чая. До этого Ост-Индская компания продавала свой чай на аукционах в Британии. А оттуда он расходился во все уголки империи. Резкое увеличение налога до 25 процентов от оптовой цены вызвало такой же резкий рост розничных цен. На помощь колонистам пришли контрабандисты.

Чай в Европу привозили еще и голландцы. Их флот был не таким мощным, но достаточно большим. Благо дело, формальных границ не было, а британцы своими законами загоняли конкурентов именно в нишу контрабанды. В итоге голландцы так нарастили экспорт чая в американские колонии, что английский товар спросом не пользовался. В 1760-е годы Ост-Индская компания несла здесь ущерб в 400 тысяч фунтов ежегодно.

Британский парламент решил компенсировать ущерб Ост-Индской компании из госфондов. Деньги на это взяли из тех же колоний. В 1767 году был принят Тауншендский закон. Он предусматривал введение новых налогов, в том числе и дополнительные пошлины на продажу чая в колониях.

Попытки взимать новые налоги были встречены протестами и бойкотами. Колонисты стали отказываться от британского чая. Нью-Йорк и Филадельфия полностью перешли на контрабанду. Через три года британский парламент пошел на отмену всех налогов по новому закону. Но было поздно. В стране уже начались волнения. А активисты, опираясь на положения британских законов, настаивали, что новые налоги в колониях могут назначать только местные администрации.

Сепаратисты называли себя “сынами свободы”. А их лидер Самуэль Адамс проповедовал, что Ост-Индская компания – это монополист, который намерен разорить всех своих конкурентов, чтобы затем диктовать цены. Тогда рынок будет принадлежать не покупателям, как это было всегда, а продавцам. И компании будут диктовать цены. А значит, никакой экономической свободы не будет. Ради чего тогда мы все сюда приехали?

В 1773 году был принят новый “чайный закон”. Он вернул пошлины Ост-Индской компании за импорт чая в Великобританию и впервые разрешил компании экспортировать чай в колонии за свой счет. Это позволило понизить цену, убрав посредника. В результате законный чай стал даже дешевле контрабандного. А это уже било по карману торговцев в колониях.

Первая партия чая, купленная по новым правилам, прибыла в Бостон в ноябре. Немного позже сюда же пришли еще два судна. В их трюмах находилось 45 тонн чая на 10 тысяч фунтов стерлингов. Сумма по тем временам не просто огромная, а астрономическая.

Пропаганда Адамса и “сынов” дала результат: суда некому было разгружать. Они простаивали в порту, а команды выслушивали крики протестующих, собиравшихся на многолюдные митинги. Через неделю капитаны судов решили вернуться в Англию. Но губернатор Бостона приказал блокировать гавань. Это дало местным торговцам время организовать нападение на суда и уничтожить груз. Затем были революция, война за независимость. И, собственно, возникновение США.

Сегодня об экономической подоплеке тех событий уже мало кто помнит. А зря. Во все времена, кризис то или жирные годы, правительству никогда не хватает денег на все его цели. По разным причинам. Поэтому первая мысль, которая приходит на ум государственным мужам: “А не поднять ли нам налоги?”. Или: “Что-то мало налогов мы собираем. Придумаем еще”. В прошлом году наши родные налоговики это с успехом показали. Все это вылилось в достаточно жесткое противостояние между бизнесом и правительством. И самое примечательное, что в Астане так и не поняли, в чем проблема.

adil.urmanov@yandex.ru

Алматы