Опубликовано: 1800

Наши руки не для скуки: Казахстан теряет позиции на рынке ремесел

Наши руки не для скуки: Казахстан теряет позиции на рынке ремесел

Сегодня мастерские ремесленников завалены работами, но реализовать их нет возможности ни дома, ни за рубежом.

Заработка казахстанские мастера лишились еще в начале карантина – отменены корпоративные заказы, приостановлены крупные фестивали и проекты. До сих пор спроса на ручную продукцию нет, в эпоху кризиса людям нужны лишь продукты питания и медикаменты.

Остались без заказов

На сегодняшний день в Союзе ремесленников Казахстана официально состоят 120 человек, однако в реальности около 800 мастеров так или иначе имеют отношение к организации. Это люди, которые представляют и продвигают культуру и традиции нашей страны как внутри нее, так и на международной арене. Носители уникальных знаний и техник, они создают штучную продукцию – handmade, то, что сегодня и ценно, и дорого. Они всегда были востребованы, однако коронавирус многие привычные нам вещи сделал недоступными – ремесленникам ничего не оставалось, как уйти в бессрочное творчество.

– Мы продолжаем работать, как говорится, “в стол”. Основные наши источники заработка – это, как правило, ярмарки, фестивали, выставки, корпоративные заказы на подарки, на какие-то уникальные вещи, – говорит Айжан БЕККУЛОВА – председатель Союза ремесленников Казахстана, художник по войлоку. – Сегодня очевидно, что психология людей меняется, крупные мероприятия начнутся нескоро, заказы мы уже потеряли. А это серьезные деньги.

У нашего союза до июня было 3 крупных корпоративных заказа, только по одному из них речь шла о 3 тысячах изделий сувенирной продукции! Мы должны были обеспечить работой большое количество людей. Ситуация сейчас реально очень серьезная.

Конечно, мастера продолжают трудиться, но работы их не востребованы, что им остается? Как быть?

У нас сорвались практически все фестивали: не поехали ни в Великобританию, ни в Бельгию, где должны были принять участие в праздновании Наурыза, показывать мастер-классы, в апреле были запланированы минимум 2 фестиваля в Шымкенте и Туркестане, в мае – международный фестиваль в Бухаре и т. д. Многие мероприятия “зависли” из-за пандемии.

Кто-то старается находить выход из положения, как, например, известная международная ярмарка в Санта-Фе в США, перемещаясь в формат онлайн. Мастера для участия в ней проходят серьезный отбор, готовятся за год вперед. Там есть своя специфика. Несколько казахстанцев получили туда приглашения. Выясняется, что ребята не едут. Но американцы решили взять у них по несколько изделий, оплатили пересылку и будут проводить онлайн-аукцион. Тем самым немного помогая участникам, это хоть какое-то моральное удовлетворение.

Мы уже не ждем серьезных больших проектов. У нас должны были быть несколько крупных проектов по поддержке ремесла – в сотрудничестве с университетами Великобритании, другой, в Атырау, связан со Смитсоновским институтом. Но всё встало. Непонятно, когда мы оживем.

Цифровизация спасет положение

Пандемия, по словам ремесленников, обнажила многие проблемы в их индустрии. Более того, есть реальные опасения, что к ее окончанию могут поредеть ряды уважаемых мастеров, а вместе с ними – уйти и бесценный опыт по части традиционных ремесел казахского народа...

– Конечно, у наших мастеров много пожеланий. Один из основных вопросов, который стоит на повестке дня, – инвентаризация, потому что мастера уходят, – отмечает председатель Союза ремесленников Казахстана. – Сейчас, во время этой пандемии, мы можем лишиться многих носителей уникальных знаний. Я буквально сегодня связывалась с одной кызылординкой. Ей почти 80 лет, она могла бы рассказать классные вещи про песни, обряды, приемы, которые совершались во время киіз басу – изготовления войлока. Но женщина очень сильно болеет, сейчас в тяжелом состоянии. Я с еще одним экспертом связывалась – и она в больнице лежит.

Нашим мэтрам, кто владеет этими знаниями, всем далеко за 60–70 лет. За последние полторы недели я только и слышу, что один заболел, второй. Уже онлайн собираю информацию от них, но это ужасно: я реально опасаюсь, что не успею.

То есть нет гарантии, что после карантина мы сможем их записать. Нам вроде как обещают поддержать проект по инвентаризации, но в очень уменьшенном размере, и это будет не раньше сентября.

Также мастера обратились в городской акимат с просьбой помочь создать онлайн-платформу для реализации их продукции. Интернет-магазин – требование нового времени, а в нынешних условиях он может стать спасательным кругом для тех, кто трудится офлайн. Даже такая отрасль, целиком ориентированная на ручной труд, тоже нуждается в цифровизации.

– Если мы сейчас не создадим такую платформу и не поможем нашим мастерам продавать свою продукцию, не знаю, что будет дальше. Ведь ситуация, которая сложилась, по всем неутешительным версиям продлится очень долго. Нам на восстановление нужно будет не менее полугода. Помощь в 42 500 тенге не все смогли получить, по разным причинам. Тогда всем казалось, что это не очень серьезно, а теперь засели дома, и непонятно, что происходит. За время карантина я раз пять писала рекомендации, что надо сделать по спасению нашей отрасли – в акимат, минкульт, ЮНЕСКО, “Атамекен”. Но пока реальной помощи не вижу. Я считаю, что цель государства – поддержать те крохи производства, которые у нас остались. За это время можно было бы многое сделать, если бы нам выделили какие-то средства.

Как там, у соседей?

Айжан Беккулова приводит в пример наших ближайших соседей, где традиционные ремесла – реальный сектор экономики, в который инвестирует в первую очередь само государство.

– Даже во время пандемии в Узбекистане открыли 2–3 новых центра для ремесленников. Они не оставили мастеров без работы. Более того, их президент подписал целый ряд указаний по поддержке. Государство собирается выделить средства, чтобы “Хунарманд” – союз ремесленников Узбекистана создал онлайн-платформу и мог реализовывать свою продукцию под брендом страны. Они открыли центр гончарного производств в Риштане, дают субсидии по приобретению оборудования, выделяют стипендии для тех, кто учится у мастеров. Планируют увеличить производство шелка. Недавно их вице-министр был в Маргилане на открытии новых цехов по шелководству. Вот представьте, чтобы у нас кто-то из серьезных людей приехал к ремесленникам? Мы к акиму не можем пробиться. А чтобы на серьезном уровне с нами разговаривали – это нечто утопическое.

Что-то начало сейчас меняться, но помимо обещаний нужны конкретные действия. Узбеки делают упор на поддержку ремесленников, понимая, что это мощнейший сектор экономики. И там затраты не такие большие по сравнению с другими отраслями. Другие соседи, кыргызы, создали программу по предпринимательству на базе сохранения нематериального культурного наследия. Они будут обучать мастеров, как на этом наследии зарабатывать.

Пока у нас будет такое отношение, мы будем только терять, и уже сейчас полмира считает, что производство войлока – это только кыргызы, ковров – Бухара и Туркменистан, вышивка – это Таджикистан и Узбекистан, а что у казахов остается?

В том же Туркестане нам целый год рассказывали, какой там будет потрясающий центр ремесел. Он должен был быть презентован сначала в марте, потом в апреле, потом в июне, и сейчас до меня дошли слухи, что центра вообще не будет... То есть пока мы сидим, нас лишают помещений, какой-то перспективы, и некому задать вопросы. Что за непродуманная политика, что за отношение к мастерам? Это имиджу страны не прибавляет…

АЛМАТЫ

Оставить комментарий

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи