Опубликовано: 2360

Нам и не снилось... Мифы и правда о защите детей в Западной Европе

Нам и не снилось... Мифы и правда о защите детей в Западной Европе

Недавно в российских СМИ появились рассказы бывшей жительницы Норвегии Ирины Бергсет. Если поверить ее высказываниям, в “стране троллей” на ужасные испытания обречены не только ее малолетний сын, оставшийся с бывшим мужем, но и огромное количество других крох.Хичкок отдыхает

Вот всего несколько типичных цитат из разных интервью г-жи Бергсет:

– Норвегия поставила перед собой задачу превратиться на 90 процентов в “гомообщество” к 2050 году, но уже сейчас “натуралы в меньшинстве, здесь они вымирающий класс”;

– Норвежские правозащитники убеждали меня: “Забудь о педофилии, в Норвегии это вид сексуальной ориентации, не надо с этим бороться. Это нормально”;

– Министр по делам детей Норвегии основал фонд пропаганды сексуального разнообразия среди младенцев, который финансируется правительством;

– Детям в Норвегии читают роман “Король и король”, в котором принц влюбляется в короля, а принцесса – в королеву;

– В одной только деревушке Бьюгн изнасиловали 100 детей; в деревушке Ромерике, где я жила, сейчас два суда над педофилами: над семейной парой, применявшей насилие к детям, и над директором гимназии, насиловавшим учеников в гардеробе;

– Один из местных губернаторов был судим за то, что водил к норвежскому министру девочку 12 лет...

Как же все на самом деле?

В целом, конечно, Норвегия, как и все скандинавские страны, – это если не рай для подрастающих поколений, то уж точно одно из лучших для счастливого детства мест.

Правда, со своими издержками, а то и промахами, как полагает блогер Ольга из городка Тёнсберг: “И в школе, и в детском саду – главный принцип: чтобы детям было хорошо и приятно. При этом можно и не учиться. Мой сын ходит в 7-й класс, и программа здешней школы едва соответствует 4-му классу российской школы”.

Норвегия находится на втором месте в Европе по затратам на образование, по уровню образования она только на 15-м месте. Образование бесплатное. Сначала детская школа – восемь классов, потом подростковая – три года.

Затем можно поступать в специальную школу. Там можно выбрать профессиональное направление и после нее начать работать (парикмахером, медсестрой, слесарем и т. д.). Можно выбрать общее образование и после него поступать в университет.

И в детской, и в подростковой школе ученики обеспечиваются всем необходимым, вплоть до ручек и линеек. Ребенку нужно купить только портфель. Все дети ходят в одну школу: иностранцы, слепые, глухие или еще с какими-то физическими отклонениями. Главная задача педагогов – адаптировать ребенка. Иностранные дети получают учителя родного языка в обязательном порядке, он помогает осваивать норвежский язык. Все это бесплатно.

А вот после школы все учебники и материалы – платные, и чем выше статус заведения, тем дороже. Так, на юридическом факультете в Ословском университете только учебники стоят примерно 7000 крон за семестр (это около 1000 долларов). Поэтому часто молодые люди оканчивают профессиональную школу и работают какое-то время. И только потом идут в университет. Можно также получить ссуду на образование. Это государственные и почти беспроцентные ссуды.

Стратегический вопрос

Не только в Норвегии, но и в Германии, куда более знакомой автору этих строк, специально обученные люди при государственных должностях стремятся не допустить развития ребенка в уродливых или просто ненормальных условиях.

Германский “югендамт”, ведомство по делам детей, подростков и молодежи, берет свое начало еще с тридцатых годов. Гитлеровский режим в свою пору требовал не спускать глаз с детей инакомыслящих. Нацисты приняли целый ряд драконовских законов: о запрете домашнего образования; о введении уголовной ответственности для родителей за отказ отдавать детей в школу; о службе опеки, имеющей право изъять любого ребенка из политически или этнически неблагонадежной семьи для перемещения его в государственный интернат...

Сейчас, конечно, все, точнее – почти все, стало иначе. Германию тревожит естественная убыль населения и его старение. Поэтому главное и стратегическое направление работы всех ведомств, связанных с защитой материнства и детства, – это довести в целости и сохранности до взрослой жизни каждого ребенка. Если в начале прошлого века у немцев не доживал до года каждый пятый новорожденный, то теперь показатель младенческой смертности чуть ли не самый низкий на планете. В 2012 году на каждую тысячу успешных родов приходилось всего лишь четыре летальных исхода.

Секрет не только в квалифицированной акушерской помощи и грамотно поставленной дородовой профилактике. Редкая неделя обходится в Германии, чтобы на том либо ином телеканале не транслировали документальные сериалы, как с наименьшим риском выносить и произвести на свет ребеночка. Да и медики прекрасно знают, что любая их оплошность обойдется очень дорого не одной только роженице. По суду виновников попросту разорят и могут даже перекрыть доступ к профессии.

Но одна из важнейших составляющих успеха берет начало, как ни кощунственно это звучит, из тридцатых годов еще той, гитлеровской Германии. Это строгость законов и обязательность их исполнения всеми. Только теперь под  дамокловым мечом находятся отцы и матери, манкирующие своими родительскими обязанностями.

Лучше “перебдеть”

Собкор “Каравана” уже печатал однажды итоги весьма поучительного судебного разбирательства. Моя соседка дошла до суда в споре с домоуправом по поводу того, где ей оставлять велосипедный прицеп для близняшек: у подъезда или в подвальном хранилище. Мать-одиночка выиграла процесс на основании того, что “...во время переноски данного транспортного средства в оговоренное хаусорднунгом место малолетние дети могут оставаться без надзора, а значит – в опасности”.

Стремясь окончательно покончить с беспризорностью, немецкие законодатели значительно расширили полномочия “семейных” судов и специальных бюрократических учреждений.

– Государство должно вмешиваться в тревожные процессы внутри проблемных семей куда раньше и решительнее прежнего, – подчеркивала на пресс-конференции Бригитта Цюприс, федеральный министр юстиции.

В переводе на общепонятный язык это означает: теперь чиновники югендамта могут обращаться в семейный суд с ходатайством о лишении родительских прав не после целой серии предупреждений. Достаточно единичного грубого нарушения. Выразившегося, к примеру, в жестоких побоях ребенка. А также при “...официально зафиксированном факте преступно халатного отношения к уходу за младенцем, что повлекло реальный вред его психическому и физическому здоровью”.

Согласно новому закону, еще до включения судебного механизма органы защиты счастливого немецкого детства вправе ограждать ребенка от дальнейших контактов с горе-родителями. Для этого может рассматриваться, в частности, возможность передачи малыша в куда более заботливые руки.

Как известно, приютов и детдомов в Германии не существует за полной их ненадобностью. Зато институт усыновления и удочерения считается здесь одним из самых наипрестижных. Для сирот при живых родителях в ФРГ почти всегда находятся опекуны из числа родни или просто отзывчивых и весьма состоятельных людей. Давний знакомый вашего корреспондента, комиссар уголовной полиции с 17-летним стажем, оценил данную законодательную инициативу как “очень полезную”:

– Многие мои клиенты начинали с того, что с малых лет были предоставлены сами себе. Может быть, теперь, когда над беспечными папами и мамами нависнет реальная угроза, они обратят внимание на своих сирот при живых родителях.

Бонусы для беременных

Еще один стимул для прироста населения и обеспечения более радужного будущего нации связан с тем, что в Германии совершенно без разницы, кто именно из родителей будет оставаться с малышом дома, получая за это казенное пособие. Оно за последнее время заметно возросло – до 67 процентов от имевшейся до того зарплаты, но не более 1800 евро чистыми каждый месяц. Послеродовой отпуск продлен до 14 месяцев. Но это в том случае, если нянчить малыша будет не только женщина, но и мужчина.

Кроме внушительной части своего прежнего заработка папа и мама могут рассчитывать на “киндергельд”. Пособие на ребенка в размере 154 евро в месяц выплачивается немецким государством 18 лет. В случае же университетской учебы – на девять лет дольше. То есть до 27 лет!

Заметным стимулом для отцов является их новое право на “родительский отпуск” продолжительностью три года. С гарантией получения прежней должности после возвращения. Еще молодые родители получили возможность дважды в неделю сокращать свой рабочий день чуть ли не наполовину. Правда, на этот счет делается оговорка: “Если подобное не причиняет вреда всему производству”.

Все чаще в Германии обязанности по уходу за новорожденным родители делят поровну. Для чего работодателям теперь предписывается устанавливать папашам и мамашам гибкие трудовые графики. Но и это еще не все. В рамках стимулирования рождаемости крупные банки предлагают внушительные бонусы для своих вкладчиц уже при первых симптомах беременности. Кроме того, есть форма материального поощрения каждого представителя сильного пола, добившегося реального результата на демографическом фронте. Проще говоря, сделавшего свою жену или подругу беременной.

Собственный корреспондент “Каравана”, Берлин

Загрузка...

[X]