На паровозе до Германии

В любую погоду, днем и ночью, в часы затишья и в разгар ожесточенных боев они были рядом с действующими войсками. На опасных фронтовых дорогах, под обстрелом и бомбежками противника машинисты умело водили поезда, маневрируя и уводя вагоны от обстрела, спасали воинов и боевую технику, вовремя доставляли бесценный груз на передовую.

В Кызылорде железнодорожное депо работает с 1905 года (тогда город назывался Перовск), с открытия железной дороги Оренбург – Ташкент, и много работников этого депо в годы Великой Отечественной войны оказались во фронтовых поездах – на службе Родине и народу. В местных архивах сохранились документы о некоторых из них.

Холодная дождливая осень сорок третьего. Утопая в липкой грязи, разбитыми проселочными дорогами нескончаемым потоком шли на запад войска генерала Малиновского. А по наспех восстановленной рельсовой колее пробивались к Днепру, вслед за наступающим фронтом, паровозы 7-й колонны, ведущие поезда с боеприпасами, вооружением, продовольствием.

Колона эта изначально состояла в основном из ярославских железнодорожников. А на смену ее погибшим и раненым бойцам пришло пополнение из Средней Азии и Казахстана, в том числе и много кызылординцев. Один из них – машинист Петр Алексеевич СПИРИН, в Кызылорде железнодорожники про него говорят “легендарный Спирин”.

Каждый фронтовой рейс имел свои особенности и трудности.

Когда паровозы прибыли на левобережную часть Украины, а войска готовились к форсированию Днепра, возникла острая проблема, как быть с углем? Ведь в первые рейсы здесь паровозы топили силезским углем, оставленным поспешно отступавшими немцами. Но этого топлива было мало. Начал поступать из только что восстановленных шахт Донбасса антрацит.

Он плохо воспламенялся, зато потом жарко горел, но плавился и заливал колосники, перекрывая к топкам доступ воздуха. А фронт требовал бесперебойных перевозок.

Руководители колонны собрали опытных машинистов, их помощников и кочегаров и обратились к ним за советом. Спросили и опытного железнодорожника – машиниста Спирина:

– Что будем делать, товарищ Спирин, чтобы пар в котлах был и на антраците? Как альпинисты боролись с фашистами

– Приноровиться к нему надо.

Что такое спиринское “приноровиться”, скоро узнала вся колонна. Петр Алексеевич сам взялся за обучение молодых железнодорожников приемам отопления паровозов антрацитом. Ему пришлось сделать плечо в плечо с паровозниками колонны не один рейс, чтобы на рабочем месте научить своим секретам. И научил – с донецким углем больше не мучились. Да, это что!

Ведь истории известен факт, как однажды кзыл-ординские машинисты, возившие продовольствие в сторону фронта (рыбу из Приаралья, вяленое мясо, просо), когда до пункта назначения оставалось немного, а топливо кончилось, кинули в топку паровоза мешок жирного вяленого леща. Дотянули и на леще!

А у Спирина и его фронтовых соратников новым препятствием в нормальной работе паровозов стала вода. В ней было столько солей, что в котлах быстро образовывалась накипь в 2 пальца толщиной. Некоторые котлы потекли. Паровозы останавливались. Приехала комиссия из Москвы разбираться, что за дело? В штаб колонны пригласили всех опытных работников, в том числе и Петра Спирина. Оказалось, что именно ему хорошо был известен опыт работы на не менее жесткой кзылординской воде. Так что он внес ряд предложений по своим методам предварительной обработки воды. А также ухода за котлами. На основе предложений Спирина была составлена инструкция и выдана старшим машинистам. Паровозы снова исправно работали.

В архиве сохранилась запись рассказа Спирина о случае, который запомнился на войне ему больше всего:

– Случилось это на маленькой станции Песчаная недалеко от Купянска. На санитарный поезд налетели немецкие самолеты, начался просто варварский обстрел. Загорелись несколько вагонов, поврежден был паровоз. Бегу к горящим вагонам, соображая, что делать. Возле первого вагона тело поездного вагонного мастера Рыбина, недалеко лежит убитым помощник машиниста Алеша Вавилов. Надо самому что-то предпринимать. Бегом к паровозу, пар откуда-то валит, думаю, сдвинется с места или нет. Одним прыжком влетел в паровозную будку. Попытался сдвинуть с места паровоз, и он пошел с места. Горящий поезд, который тащил почти неисправный паровоз, так и дополз до перегона, а там подоспели солдаты, стали тушить пожар, спасли мы тогда большинство раненых, которых везли в госпитали”.

За этот подвиг Петр Спирин получил медаль “За отвагу”. Победу он встретил на перроне Силезского вокзала Берлина.

“Приехали!” – сказал тогда своим фронтовым друзьям Спирин.

И от вагона к вагону передалось это шутливое, зазвучав сотнями голосов: “Приехали! Приехали! Приехали!”.

После войны Петр Алексеевич вернулся к привычной работе в депо. Перед Великой Отечественной, в 1939-м, он стал передовиком производства на своем участке железной дороги, газеты его назвали “машинист-стахановец”. А после войны он уже рекордов не ставил, уступив славу молодежи. Больше занимался обучением нового поколения железнодорожников: в стране не хватало грамотных кадров.

Умер Петр Спирин, чуть-чуть не дожив до сорокалетия Победы. Но долгий след народного уважения, признания и любви намного длиннее любой жизни.

КЫЗЫЛОРДА