Опубликовано: 31000

Как шотландец познал казахский дух

Как шотландец познал казахский дух

Финансист из Шотландии влюбился в Казахстан, женился здесь и создал художественную коллекцию, целиком посвященную истории нашей страны.

Двенадцать

В Алматы в Музее искусств имени А. Кастеева Гэйвин и Раушан Кретчмар открывают выставку под названием “Казахский дух”. Около 10 лет назад шотландский финансист и преподаватель бизнес-дисциплин Гэйвин приехал работать в Алматы. Сегодня он называет Казахстан домом еще и потому, что здесь обрел семью. Супруга Раушан выступила организатором выставки и редактором его книги, посвященной коллекции.

Частная коллекция Гэйвина Кретчмара и его бизнес-партнера Альпера Акдениза на сегодня включает 12 масштабных полотен “Казахский дух” и три работы серии “Колористы” о Каспии.

Цифра “12” появилась не случайно, Раушан поясняет, что она основывается на традиционном казахском календаре “Мушел жас”.

Гэйвин, безусловно, ждет от аудитории того же восхищения, которое испытывает сам всякий раз, рассматривая картины. На них оживают Керей-хан, Жанибек-хан, Касым-хан, торговцы шелком из Сарайшыка, участники национальных игр и обрядов – будь то охота, кокпар, степная свадьба, тусау кесер и другие. Мы познакомились с выставкой за несколько дней до ее открытия, и попросили шотландца показывать свои самые любимые работы в коллекции:

– Безусловно, это первая – она открывает выставку. Обобщает весь дух казахов – это парящий в голубом небе орел, который рассказывает историю степи. И это также отсылает к временам, когда практиковался шаманизм. Орел в женском воплощении летит, он свободен. Для меня это особенная картина, именно после нее я начал лучше понимать казахский дух.

К слову, в лике орла можно узнать супругу Гэйвина – Раушан. Вообще женщинам в коллекции посвящена не одна работа.

– Я проводил исследование как раз на тему роли женщин в Казахстане и, что интересно, обнаружил – эта роль, по сути, не раскрыта. Хотя мне известно, что в обнаруженных курганах половина из числа найденных в военных доспехах были женщины. Это говорит о том, что женская история еще толком не рассказана, – говорит Кретчмар. – И Томирис, которую рисовал Рубенс, это совершенно западный взгляд на эти края. Мне же хотелось немного скорректировать ситуацию, нарисовать женщину-воительницу, свободную духом. И сказать: вот наша история, и таким образом подчеркнуть важность роли женщины. Много сохранилось записей, что женщины охотились, поэтому у нас есть работа, на которой изображена девушка-охотник с барсом.

Да, современные девушки стали увереннее в себе, путешествуют по миру, но мы должны знать, кто мы такие и откуда. На сегодня я начал узнавать казашек за границей. Могу распознать их по внешности и походке. Казашки ходят по-другому, нежели, например, китаянки.

Гэйвин подводит к другой своей любимой картине под названием “Степная дипломатия – Касым-хан”:

– В действительности это первая задокументированная дипломатическая встреча на территории, где сейчас Казахстан. Очень интересный факт. Здесь встретились стареющий Касым-хан и Саид-хан из Могулистана, последний хочет, чтобы казахи присоединились к нему, чтобы сделать войну в регионе. Касым-хан говорит – будешь моим гостем, наслаждайся летом, и в конце дает ему двух лошадей, чтобы он выбрал одну, которую подарит в знак дружбы. Но при этом говорит, что не даст своих людей для участия в войне – надо строить мир.

Петроглифы. Начало

Раушан рассказывает, что увлечение мужа историей страны началось со знакомства с петроглифами Тамгалы (Танбалы). Святилище Танбалы. Солнцеголовые приветствуют тебя!

– Причина, по которой начал собирать эту коллекцию, – это то, что когда я приехал в Казахстан, то искал что-то по истории этого региона, – подтверждает Гэйвин.

– И все же – это коллекция создана из любви к искусству или это финансовые инвестиции?

– В первую очередь что ты должен делать – это любить искусство. Ведь никогда не знаешь наверняка, обернется ли это приобретение инвестициями в будущем. Как человека западного, меня привлекает номадическая культура, и это небольшие инвестиции в культуру Казахстана. Мы хотели сделать вклад через потрясающие картины, которыми каждый сможет насладиться, почувствовать душевное волнение и погрузиться в историю.

– Вы еще что-то коллекционируете?

– У меня дома прекрасная коллекция. Когда я говорю “дом”, то имею в виду как Эдинбург, так и Алматы. Есть шотландское искусство, некоторые британские художники и африканское искусство – тоже очень интересный регион.

– У вас что-то было в коллекции из Казахстана раньше?

– Нет, я вообще удивился, какая это большая страна. Конечно, читал о Чингисхане, о Золотой Орде, но никогда не осознавал, как это все взаимосвязано. Иногда спрашиваю знакомых: вы можете назвать две страны, граничащие с Казахстаном, – Россию называют, и все. Понимают, что это была часть СССР, но не могут назвать, кто соседи, что рядом Тибет, никто не знает. А это ведь огромный регион.

– То есть вы хотите заодно просветить западную аудиторию?

– Да, надеюсь, что и некоторых казахов. Был бы счастлив, если бы казахи были более уверены и гордились своей историей. Сила этой коллекции – как раз в истории.

– Как вы нашли нужного художника?

– Пять лет назад ходил в поисках из галереи в галерею. В конце концов нашел одного парня, который известен своей техникой живописи маслом. Это Тимур ДАИРБАЕВ из Алматы. Встретил его мать – тоже художницу, она и представила меня своему сыну. Мы договорились. Надеюсь, что нашел правильного художника, он и есть ключ ко всей коллекции. Думаю, что имя Тимура Даирбаева станет очень популярным в Казахстане. Сейчас мы хотим вывести его на международный уровень. Считаю, он один из национальных чемпионов по умению “рассказывать” исторические сюжеты. Картины рисовались в течение четырех лет, и мы держали это в строгом секрете. После Алматы поедем с этой коллекцией в Астану, а потом планируем показать ее в Лондоне и Эдинбурге.

Тимур Даирбаев – один из создателей анимационного фильма “Ер-Тостик”, также выступил художником-постановщиком в мультпроекте “Выставка чудес”.

Раушан добавляет, что идеи самих картин принадлежат Кретчмару, он продумывал все исторические детали – немыслимая, громадная работа для иностранца.

– Мы, бывало, спорили с художником по композиции. Ему нужно было взять сюжет и поместить его в двух измерениях. Например, мы берем Касым-хана, используя описание, узнаем, что он был пожилым на момент того исторического действия. Обсуждаем: может, мы его сделаем сидящим, а позади него будут родственники-чингизиды? Всех нужно было разместить на правильных местах. Каждое воскресенье я уходил на 3–4 часа к художнику, чтобы что-то обсудить, посмотреть работы. Жена порой обижалась на меня, – рассказывает Гэйвин.

Немного личного

Мы продолжаем прогулку по выставке, и Кретчмар обращает внимание на бронзовый этикетаж на рамах. И с чувством полного довольства заявляет, что это настоящий антиквариат.

– Мы пошли в антикварный магазин в Испании за чем-то другим и увидели случайно там эту плитку, – рассказывает Раушан. – Нам нужно было 12 штук – повезло, что за прилавком был владелец магазина, он не поленился, сходил на склад и нашел их нам. Мы уже здесь начали делать надписи для рам, но они были маленькие и тоненькие.

– Если смотреть на оригинальную картину и, например, сделать фото с нее и распечатать, то в отличие от копии оригинал все время меняется, свет падает и преломляется по-разному. Фотография на это не способна. Если вы покупаете оригинал, то приобретаете и эти повседневные изменения, – комментирует Гэйвин.

Вместе с тем Раушан рассказала и об их личной “лав стори”. Пара познакомилась на работе: она из Алматы, он из Эдинбурга – оба финансисты. Раушан сейчас в декретном отпуске, сыну Чингизу годик.

– Так как он растет здесь, он все больше похож на казаха, – говорит она.

– А вы говорите по-казахски? – уточняю у шотландского коллекционера.

– Я могу давать инструкции на казахском – сделай то, это, помоги мне, сказать сыну “болмайды”.

– Вы все еще чувствуете себя иностранцем в Казахстане?

– Мне кажется, каждый человек чувствует себя дома там, где его семья. Моя – здесь, у нас, как у всех, – бешбармак, манты, обсуждения за ужином… Конечно, это мой дом, хотя у нас интернациональная семья.

– Какие традиции у вас дома чтутся – казахские или шотландские?

– Казахские. Я стал лучше понимать Казахстан, многие комплексные вещи о стране. Серьезно, я стал ближе к казахской культуре. В действительности мой сын – это и есть моя самая главная коллекция.

Выставка казахской коллекции Кретчмара и Акдениза будет открыта с 8 до 30 июля в Музее искусств имени А. Кастеева в Алматы.

Алматы

КОММЕНТАРИИ

[X]