Изоляция или интеграция –по какому пути пойдут страны Центральной Азии

По какому пути пойдут государства Центральной Азии в эпоху геополитической турбулентности? По пути углубления межстрановой интеграции или по пути изоляционизма? Ответы на эти вопросы искали участники “круглого стола” в Институте мировой экономики
и политики.

Уголь превращается в алмаз

Финансовый консультант Расул РЫСМАМБЕТОВ отметил, что в то время, когда бушуют мировые океаны, хочется отсидеться в своем внутреннем море.

– Долгое время Центральная Азия для меня была “куском угля” со слабыми внутренними связями, спорами президентов. Уголь может превратиться в алмаз, если мы сможем наладить внутреннюю структуру, логистику, финансы, решим вопросы воды. В странах ЦА активно растет сотрудничество, единственное – не всё прослеживается в статистике.

Как финансист, скажу: необязательно узбекская компания в Казахстан зайдет как узбекская – она может зайти как голландская или дубайская, и казахи – так же: заходят в Кыргызстан как москвичи. Реальное наше сотрудничество проходит в лучших традициях восточных базаров – ниже радаров налоговых служб, – сказал эксперт, для которого регион ЦА – это C5 плюс Афганистан.

– Без спокойствия в Афганистане мы всегда будем слишком много денег просить на военные услуги, говорить России, Китаю, США: “Приходите, защищайте нас”. Афганский рынок – 40 миллионов человек, и это очень хорошая возможность для нашего региона совместно работать, чтобы стать регионом С6.

Базары как способы решения конфликтов

Хорошие возможности видит Рысмамбетов и в СOVID: несмотря на все трагические последствия, он, на его взгляд, сделал правильную вещь – разрушил логистические цепочки в мире.

– Нужно развивать свои цепочки, ведь мы до сих пор используем советские логистические пути. Внутри региона мы всегда думали рамками транзита: купили – продали третьим лицам. А на самом деле нам нужно думать в рамках “крепости”. Создание внутреннего регионального рынка – это первый шаг.

Следующими шагами в развитии регионального партнерства эксперт назвал учреждение Центральноазиатского банка развития по типу ЕБРР и БРК, а также создание наднациональной валюты.

– Создание регионального банка приобретает актуальность для инфраструктурных проектов. А то ходим по миру, просим иностранных инвесторов. И первым проектом для такого банка будет помощь Кыргызстану и Таджикистану в управлении водными ресурсами. Если мы этого не сделаем, следующая война будет в регионе из-за воды, – подчеркнул эксперт.

А еще Рысмамбетов выступает за региональный изоляционизм.

– Для нас сейчас прекрасная возможность как можно меньше продавать за пределы региона, как можно больше потреблять самим. Например, зерно мы сами всё съедим, даже для Афганистана не останется.

Поэтому я сторонник последовательного временного изоляционизма, чтобы мы внутри себя поняли, кто мы такие, улучшили свои связи, запустили базары и так далее. Никаких военных союзов – только торговые. Крупные глобальные игроки не умеют собой управлять, и мы вынуждены постоянно вовлекаться, быть гастарбайтерами в чужих геополитических интересах. А это неправильно, – сказал Расул Рысмамбетов.

При этом эксперт против интеграции, которая, по его оценке, нервирует президентов: “Всегда возникает вопрос: кто главный, кто старше, кто лучше”.

– Только восточно-базарный прагматизм. Мы тебе – стулья, ты нам – деньги, и наоборот. И я выступаю за запуск сети приграничных рынков по типу “Хоргоса”, но не так ужасно, как это со стороны Казахстана реализовывалось.

Казахстанские бизнесмены с удовольствием вложатся в создание торгового центра на границе Узбекистана и Афганистана. В конфликтной зоне между Таджикистаном и Кыргызстаном тоже просится свой большой базар, потому что межстрановые конфликты всегда говорят о том, что людям не хватает открытости, денег и товаров, которые бы через них проходили, – уверен финансовый эксперт.

Точки роста

Профессор Казахстанско-немецкого университета Рустам БУРНАШЕВ напомнил: более эффективно сотрудничество стран региона выстраивается в момент реагирования на какой-то кризис.

– И сейчас тоже появляется возможность реагирования на вызов, который возникает в новом формате. Второй вопрос – многовекторность. Такая стратегия остается наиболее выгодной с точки зрения потенциала наших стран и геополитического положения. В нынешнем конфликте вокруг Украины нас активно подталкивают к какому-то выбору, чтобы мы заняли определенную позицию. Противостоять этому “подталкиванию” мы можем только в региональной конфигурации, – сказал политолог.

Руководитель ОФ “Мир Евразии” Эдуард ПОЛЕТАЕВ отметил, что до сегодняшнего дня влияние региона Центральная Азия на международной арене было минимальным.

– До сих пор менее 1 процента глобальной торговли приходится на Центральную Азию. В последнее время на фоне геополитической турбулентности перспективы региона значительно улучшаются, но есть ли основания полагать, что ситуация кардинально поменяется? – задался вопросом политолог.

Основания есть. Как сообщил руководитель отдела Центральной Азии Института стратегических и межрегиональных исследований при Президенте Узбекистана Мурад УЗАКОВ, внутрирегиональный товарооборот с 2016 по 2021 годы вырос в 3 раза – с 6 до 16,5 миллиарда долларов США. Открываются зоны торговли, индустриальные зоны с Узбекистаном, Казахстаном, Таджикистаном, Туркменистаном.
А по данным Центра развития торговой политики “QazTrade”, товарооборот Казахстана в январе – июне был на 40 процентов выше, чем за I полугодие 2021-го.

– Это за счет экспорта традиционных товаров: нефти – на 84 процента, урана – более чем в 2 раза. Среди основных партнеров страны – всё те же Россия и Китай: товарооборот – по 11 миллиардов долларов за полугодие, Италия – на 3-м месте. Узбекистан по страновой раскладке находится на 7-м месте с чуть более 2 миллиардов долларов за I полугодие, – привел статистику Эдуард Полетаев.

Но если Казахстан входит в десятку основных торговых партнеров для стран ЦА, то для нас из стран региона только Узбекистан входит в число 15 основных партнеров. По данным Бюро нацстатистики за январь –май 2022 года, удельный вес Туркменистана в товарообороте Казахстана равен 0,3 процента, Кыргызстана – 0,7, Таджикистана – 1, Узбекистана –3,5 процента.

– То есть наличие общих границ не всегда указывает на обязательность серьезных экономических контактов. Но у Казахстана, например, растут импорт и экспорт, соответственно, цифры внутрирегиональной торговли будут увеличиваться. “QazTrade” зафиксировал значительный рост поставок в ЦА нашей продукции: муки, пшеницы, автомобилей, нефти и нефтепродуктов.

Так что перспективы региональной торговли – серьезные, учитывая, что население Центральной Азии на начало 2022 года насчитывало 76 миллионов человек. Думаю, недалеко психологический рубеж в 100 миллионов, привлекательный для инвесторов, – подчеркнул политолог.
А выполняя задачу по росту товарооборота, нужно смотреть не только на увеличение торговли, но и на развитие инфраструктуры и инвестиционных проектов, способных снизить риски.

– У стран Центральной Азии узконаправленный экспорт, а на диверсификацию нужны ресурсы и стратегия развития, – заметил в этой связи Полетаев.

НУР-СУЛТАН