Опубликовано: 2459

Еда на экспорт? Самим не хватает!

Еда на экспорт? Самим не хватает!

Почему Кремль даже не рассматривает нашу страну в качестве потенциального экспортера продовольствия в условиях войны санкций с Европой? Мало вкладываем в сельское хозяйство или вкладываем неправильно?

По расчетам экспертов, земельные ресурсы Казахстана способны прокормить чуть ли не 100 миллионов человек. Тем не менее мы и сами себя не можем обеспечить продовольствием, не говоря уже о том, чтобы поставлять продукцию в другие страны. Почему так происходит?

“КАРАВАН” побеседовал на эту тему с вице-президентом Союза фермеров Казахстана Акжолом АБДУКАЛИМОВЫМ.

– Прежде всего надо вспомнить, что в России рынок продовольствия закрыт, непрозрачен и работает по собственным законам. Наши предприниматели пытались туда проникнуть, но большей частью неудачно. Под разными предлогами наших производителей выдавливали. Прежде всего по несоответствию фитосанитарным требованиям. Хотя, надо признать, эпизоотическая ситуация в Казахстане – не идеальная, – считает Абдукалимов.

С другой стороны, в Казахстане нет нормального товарного производства практически по всем видам сельхозпродукции. По мясу, молоку, техническим и овощным культурам мы можем только-только удовлетворять собственные потребности. Продукции, которая могла уходить на экспорт, кроме зерна и муки, в стране практически нет.

Эффективность сельского хозяйства, как и любого другого производственного бизнеса, определяется четырьмя факторами: это технологичность, техническая оснащенность, кооперация и доступ к ресурсам. Иначе говоря, для повышения общей урожайности надо использовать современные технологии, иметь элитные сорта семян в растениеводстве и пород животных в животноводстве, а также современную технику. А для этого фермер-крестьянин должен иметь доступ к кредитам или субсидиям. Что из этого имеет наше сельское хозяйство?

Доступ к ресурсам

Объем субсидий для сельского хозяйства в 2014 году, по данным МСХ РК, составил 127 миллиардов тенге. Но кому достаются эти деньги?

– Более 80 процентов всей финансовой помощи для АПК уходит крупным зерновым компаниям. Тем же производителям овощей, мяса и молока деньги почти не выделяются. Таким трудоемким производством занимаются обычно мелкие фермеры. Но на них государство не обращало внимания. Все прекрасно знают о том, что у нас существует протекционизм для крупных предприятий. Дошло до того, что эти предприятия уже так привыкли к субсидиям, что не могут работать без протекции, – рассказал Абдукалимов. Минсельхоз РК обычно ссылается на зарубежный опыт поддержки села. Но в других странах нет ограничения доступа фермеров к кредитным средствам и субсидиям.

Кооперация в тени

Размахом кооперации на селе мы тоже похвастаться не можем. Доля крестьянских и фермерских хозяйств, состоящих в кооперативах, менее 1,5 процента от 180 тысяч фермеров. В развитых странах этот показатель достигает 140 процентов, так как одно хозяйство может состоять в нескольких разных кооперативах.

Почему так происходит? Согласно Гражданскому кодексу РК, кооператив – это некоммерческое объединение, и его члены не могут получать прибыль. Ну и какой резон для фермера вступать в кооператив, вносить в его фонд собственные деньги или ресурсы?

В августе Министерство сельского хозяйства разработало пакет законопроектов. В новый Закон “О сельхозкооперации” предлагается, наконец, включить возможность распределения прибыли между участниками, а также применять специальный налоговый режим для всех аграрных кооперативов без ограничений.

Второй главной задачей нового закона должна стать борьба с теневой экономикой. В личных хозяйствах производится значительная часть овощей, фруктов и мяса. В 2013 году на долю подсобных хозяйств приходилось три четверти производства продукции животноводства, налоги с производства они не платят, соответственно для бюджета эта отрасль фактически теневая.

По информации Министерства финансов, в 2012 году доля теневой экономики в сельском, лесном и рыбном хозяйстве составила 3 процента ВВП, или 910 миллиардов тенге.

Новые технологии и техника

Закон “О сельхозкооперации”, по задумке МСХ, должен облегчить крестьянам доступ к новым технологиям и технике, а также к услугам по переработке продукции. Правда, пока непонятно, на каких условиях. Между тем потребность села во всем этом очень велика.

По словам министра сельского хозяйства Асылжана МАМЫТБЕКОВА, приток инвестиций в основной капитал сельского хозяйства в 2013 году составил 142 миллиарда тенге. Вроде бы немало, но другие отрасли получают в разы больше. В итоге 80 процентов парка сельхозтехники изношено, а денег на новую нет. Потребность Казахстана в удобрениях составляет 2,6 миллиона тонн ежегодно. Фактически вносится только 7–8 процентов от этого объема. Доля племенного поголовья КРС в общем стаде составила 8 процентов, тогда как в странах с развитым животноводством племенных животных в рабочем стаде  – почти половина.

На новые технологии тоже средств не хватает. Например, стоимость капельного орошения по израильской технологии одного гектара стоит от трех до пяти тысяч долларов. Конечно, такие вложения приносят свои плоды. При капельном орошении с одного гектара можно собрать до ста тонн картофеля. Но такую роскошь могут позволить далеко не все хозяйства.

Фермер или селянин?

Закон “О личных подсобных хозяйствах” лежит под сукном с 2003 года. В этом документе должны быть по идее определены параметры этих хозяйств – например, установят, что в личном подворье крестьяне могут держать не более 5 голов КРС, 25 овец, 50 голов птицы, 10 свиней, иметь не более 2 га земли, и в случае превышения такое подворье должно будет переформатироваться в ИП или фермерское хозяйство.

– Если такие параметры будут определены, то число фермерских хозяйств резко подскочит и станет таким же, как в Южной Корее и Японии, на уровне 1,5–1,8 миллиона, – уверен А. Абдукалимов. – Сейчас в Казахстане всего 180 тысяч фермерских хозяйств. Если у каждого из миллиона фермеров в год будет прибавляться по одной корове, рост поголовья КРС в стране будет измеряться не процентами, а десятками процентов. И без дополнительного финансирования и привлечения новых работников.

На базе этих фермерских хозяйств уже могут возникать сельские кооперативы, которые в Казахстане как-то не пошли. И уже они смогут организовать службы по сбору и переработке молока, строить овощехранилища, закупать семена, обучать фермеров новым технологиям.

– Но тут есть подвох. Если Мажилис признает личные подсобные хозяйства, то в соответствии с законом земли в радиусе 7 километров от населенных пунктов должны будут переданы для нужд общественного стада. Но фактически эти земли приватизированы и распаханы, и простые селяне не могут ими пользоваться. В итоге, – заключил эксперт, – мы пришли к такому неутешительному результату, когда соседняя страна, член Таможенного союза, не видит в нас потенциальных экспортеров продуктов питания.

Загрузка...

[X]