Дело о матери-душительнице

“КАРАВАН” уже рассказывал об этом жутком происшествии (“Окончательный диагноз”, № 23 от 23 июня 2017 г.), сегодня мы публикуем новые шокирующие подробности.

Загадка для медиков

Врачи детской больницы, где случилось это происшествие, рассказывают, что мальчик Назар первый раз поступил к ним в начале 2016 года с симптоматикой приходящих приступов аритмии сердца, ведущих к нарушению кровоснабжения головного мозга.

Со слов матери малыша Тамары, по ночам у ребенка вдруг возникали судороги, он начинал задыхаться, хрипеть.

Врачи провели полное обследование малыша, но однозначный диагноз и причину внезапных приступов установить не смогли. Тем не менее ребенку был поставлен предварительный диагноз – эпилепсия. Ему провели комплекс лечебных процедур, и через две недели он был выписан из больницы ввиду явного улучшения состояния здоровья. При этом ребенка поставили на учет и периодическое обследование. Спустя пару месяцев мальчик вновь попадает в реанимацию в гораздо худшем состоянии. Признаки те же. В больнице для установки диагноза малыша собирается консилиум, по конференц-связи велт консультации с ведущими врачами Алматы, Астаны и даже Москвы. Но и на этот раз прийти к однозначному мнению насчет заболевания ребенка не удалось. После реанимации малыша помещают в стационар. Его мама (Тамара), естественно, легла вместе с ним.

Странные закономерности

В стационаре медперсонал зафиксировал некоторые странности течения болезни Назара. Днем, когда в больнице полно народа, малыш бегает, играет, несмотря на 3-летний возраст, прекрасно разговаривает, вовсю общается со взрослыми и другими детьми. Ночью у него внезапно начинаются приступы, он начинает задыхаться, синеть. Тамара поднимает тревогу, ставит на уши всю больницу.

При этом опять-таки самих приступов никому из врачей или медсестер увидеть так и не удается. Они всегда происходят лишь в присутствии матери ребенка. Врачи наблюдают только постприступные последствия.

В больнице у Тамары проявляется очень неуживчивый характер. Поэтому ее с ребенком постоянно размещают одну, без соседей.

Тем не менее врачи полагают, что женщина просто изнервничалась от болезни ребенка. А с виду Тамара просто замечательная мать и женщина: одинокая (с мужем рассталась из-за его постоянного пьянства), сама воспитывает двоих детей – Назара и дочку Розу. В стационаре постоянно нянчится с сыном, буквально на руках его носит.

Медсестры сообщили завотделением, что Тамара заботится о сыне, только когда ее видят врачи.

“У ребенка ночью приступ был, его в реанимацию положили. А мать спокойно надела наушники и стала музыку по мобильнику слушать и напевать”, – заметила дежурившая ночью медсестра.

Завотделением отругала санитарку: “Может, у Тамары и сложный характер, однако медработникам всегда надо соблюдать этику и уважение к пациентам!”.

Всем санитаркам было буквально приказано полюбить Тамару.

В одну из ночей дежуривший врач вдруг услышал громкий разговор и смех в коридоре отделения. Увидел Тамару, которая оживленно общалась с кем-то по телефону. Судя по разговору, ее собеседником был мужчина.

Врач полушутя-полусерьезно заметил ей: “Ты зачем джигиту голову морочишь? Не забывай, у тебя два прицепа имеется”.

Тамара зло ответила: “Скоро избавлюсь я от этих прицепов…”.

Врач опешил.

Меры безопасности

В течение года Назар попадал в больницу еще несколько раз с теми же приступами, с прогрессирующим ухудшением здоровья. Врачи заметили еще одну закономерность.

Если с ребенком в стационаре лежала его бабушка, то ночных приступов у него не было. Если же была Тамара, то без всяких причин приступы происходили каждую ночь.

Медицина, может, и не точная наука, но подобные явления становились слишком подозрительны. В итоге заведующая отделением Марина Абзаровна Валиева поставила условие, чтобы с ребенком была только бабушка. Результат был налицо. С бабушкой ребенок поправлялся гораздо быстрее, приступов у него не случалось. Но после выписки спустя месяц-другой он вновь оказывался на грани. Дома ночью, когда с ним спала мама, у него начинались удушающие судороги.

В январе 2017 года Назар в критическом состоянии был вновь госпитализирован в реанимацию детской больницы. Врачи диагностировали ишемический инсульт – кислородное голодание мозга с поражением мозговых клеток. Ребенок уже не говорил, был очень вял и апатичен.

Бабушка лечь с ним в больницу не смогла – у нее самой случился грипп. Опекать ребенка опять стала мама.

Завотделением Марина Валиева заявила Тамаре, что в палате с ней будет еще одна женщина с ребенком.

Алия Курбанова в детской больнице тоже была не редкой постоялицей – ее ребенок часто болел. Конечно, женщина уже давно познакомилась и подружилась с медперсоналом, врачами, заведующей.

“Я тебя очень прошу, полежи в палате с Тамарой. И глаз с нее не спускай!” – попросила завотделением.

Алия была шокирована таким заданием. Но согласилась.

Ночь кошмара

25 января к вечеру в больнице деткам были сделаны необходимые процедуры, все поужинали и готовились к отбою. Часам к 11 ночи у себя в палате, обнимая малыша, находившегося в кислородной маске, уснула Тамара. Алия вышла в коридор. Достаточно громко ступая, пошла к туалету. А потом тихо и быстро вернулась к своей палате. Распахнула дверь. Увиденное напомнило ей фильм ужасов. Тамара, упершись локтем в грудь своего ребенка, другой рукой сдавливала ему шею. С малыша сползла кислородная маска, он даже уже не хрипел. Окончательный диагноз

Алия набросилась на Тамару, отшвырнула ее от Назара.

Та поползла по полу, обхватила ноги Алии и стала шептать: “Прошу тебя, никому не говори! Умоляю!”.

“Дежурная!” – крикнула Алия…

Без смягчающих обстоятельств

В суде Тамара утверждала, что просто вконец измучилась, видя страдания ребенка. В какой-то момент у нее помутился рассудок. Она очень хотела избавить сына от боли.

Судебно-медицинские экспертизы показали, что Тамара не страдает никакими психическими или умственными расстройствами, к алкоголю и наркотикам пристрастия не имеет. В момент совершения преступления полностью отдавала отчет своим действиям.

Изучив все обстоятельства, суд признал ее виновной в умышленном убийстве заведомо несовершеннолетнего лица, находящегося в беспомощном состоянии, которое она не смогла довести до конца по независящим от нее обстоятельствам.

Тот факт, что на иждивении Тамары находится несовершеннолетний ребенок, суд по понятным причинам в качестве смягчающего обстоятельства не принял.

Тамара получила 11 лет и 3 месяца общего режима. Подала апелляцию с просьбой о смягчении наказания. В областном суде решили, что психику Тамары необходимо проверить повторно.

Что не попало в полицейский протокол

Второй ребенок Тамары, 3-летняя дочка Роза, в течение 2016 года также неоднократно госпитализировалась с периодически повторяющимися приступами эпилепсии, ишемическим инсультом. Несмотря на все усилия врачей, точный диагноз заболевания ребенка установлен не был.

В феврале 2017 года девочка скончалась от отека мозга, вызванного последствиями кислородного голодания от судорог.

Тамара узнала об этом, уже находясь под стражей, в следственном изоляторе.

Ее сын Назар стал инвалидом и в настоящее время продолжает получать лечение. Врачи надеются, что мальчик поправится, хотя состояние его очень плохое – он практически полностью обездвижен, не может самостоятельно глотать, находится на искусственном зондовом кормлении. Однако странные приступы у него больше не случаются.

Назар находится на попечении бабушки, которая до сих пор не может поверить в происшедшее.

P. S. Вторая судебно-психиатрическая экспертиза признала вменяемой 24-летнюю Тамару У. Эксперты пришли к мнению, что женщина полностью отдавала себе отчет в происходящем, и в момент, когда она пыталась душить своего ребенка, не пребывала в состоянии аффекта.

5 июля сего года коллегия по уголовным делам суда Южно-Казахстанской области рассмотрела апелляционное ходатайство осужденной женщины о смягчении наказания. Суд второй инстанции не нашел оснований для изменения приговора. Тамара признана виновной в умышленном убийстве своего ребенка, которое она не смогла довести до конца по независящим от нее обстоятельствам.

ШЫМКЕНТ