Скандальный постер Курмангазы и Пушкина расколол казахстанское общество

История с принтом, где целуются Курмангазы и Пушкин, грозит вылиться в настоящую морально-этическую сагу. Оскорбленные преподаватели и студенты консерватории имени великого кюйши подали в суд на авторов скетча, требуя 34 миллиона тенге за моральный ущерб. Агентство Havas уже заявило, что у них нет таких денег и взыскание просто погубит компанию, пишет газета "Время".

Ай да Пушкин…

Напомним предысторию. Эскиз, разработанный Havas, был представлен на рекламном фестивале Red Jolbor Fest, где занял третье место в категории “Наружная реклама”. Как до сих пор значится в описании заявки, заказчиком выступило ЛГБТ-сообщество Казахстана, и “на пересечении улиц Курмангазы и Пушкина находится самый популярный гей-клуб города “Студия 69”. Это и стало основой для социального проекта в защиту прав сексуальных меньшинств”.

Права лиц нетрадиционной ориентации, быть может, и были каким-то образом защищены, зато права некоторых натуралов тут же оказались попраны. В соцсетях началась шумиха, люди массово раскидывали изображение с двумя гениями и возмущались в стиле “Посмотрите, какой ужас, глаза бы мои не видели!”. Смотрели и ужасались — кололись, но продолжали есть кактус. Позиция самого Havas менялась по синусоиде: от гордости за собственный креатив до огрызательств с последующим переходом в извинения, когда уже стало понятно, что нетрадиционные методы работы с аудиторией себя исчерпали. Не последнюю роль в этом сыграли “дети лейтенанта Шмидта”, а точнее, потомки Курмангазы в лице пиар-специалиста Нуркена Халыкбергена.

Нуркен совсем не оценил великолепие замысла демиургов Havas и подал на агентство в суд. Нашлись и другие активисты, поддержавшие его. Это, а также намерения других представителей творческой интеллигенции, пообещавших сжечь клуб “Студия 69”, если он не прекратит свою деятельность, повернули ситуацию в другую плоскость. Стало понятно, что дело вряд ли спустят на тормозах. Особенно после того, как суд принял к производству еще один коллективный иск от консерватории на 34 миллиона тенге — по одному миллиону на каждого истца-музыканта. Непонятно, кстати, почему именно по миллиону, а не по пять, например. Разве Курмангазы не достоин большего?

Вперёд, ЛГБТ!

Надо отметить, что поведение всех сторон конфликта с самого начала не отличалось изысканностью. Первым делом с корабля нырнул сам гей-клуб-заказчик, который, как оказалось, не заказчик да и вообще не гей-клуб. Сотрудники рекламного агентства подтвердили, что “Студия 69” не имеет прямого отношения к проекту, а поставили они его адрес на плакат для большей реалистичности — ведь состязательная категория на фестивале значилась как “Наружная реклама”.

Попутно креативщики пояснили, что плаката как такового физически не существует, а то, что стало лауреатом конкурса, — просто наброски. Более того, фестиваль де был закрытый, сугубо специализированный, поэтому позвольте выразить недоумение по поводу того, как рисунок вышел за пределы нашего теплого уютного мирка. Это при том, что любой человек может зайти на сайт фестиваля и полюбоваться тем самым эскизом “Курмангазы + Пушкин”. На этом фоне разговоры о том, что пиар любит тишину, из категории рассуждений о возможности существования безалкогольного спирта или противопожарных спичек.

После того как тучи сгустились, Havas принес на своей странице в Фейсбуке извинения. Правда, Нуркена Халыкбергена они не устроили — потомок заявил, что лично перед ним никто не извинялся, а публикация в соцсетях и яйца выеденного не стоит. И что нужно привлечь всех к ответственности. Справедливости ради надо сказать, что оправдания Havas и вправду не очень убедительны. В них нет самого главного, что могло бы растопить суровые сердца блюстителей морали, — искреннего раскаяния. И в этом, кажется, главная проблема.

Ориентация — север

Ситуация вокруг “Курмангазы — Пушкина” снова и очень остро выявила одну из основных проблем нашего общества. Это сегрегация. Не национальная, политическая или гуманитарная — то есть та, которую могут обозначить какие-нибудь исследовательские замеры. Это сегрегация внутренняя. Есть хорошие мы (традиционалисты, нагыз-казактар, интеллигенты, граждански активные, экологически чистые, коммунисты), а есть ужасные они (шала-казахи, ЛГБТ, непатриоты, мамбеты, либерасты). Этот процесс двунаправленный — то есть защитники тех же геев тоже считают себя хорошими и продвинутыми, а своих оппонентов — не очень. И наоборот. Объединяет эти группы, несмотря на всю их ментальную непохожесть, единый принцип: кто не с нами, тот против нас. “Своим” списывают грехи за верность, “чужих” мочат, даже если они провозглашают здравые вещи. В защиту Havas пишут, что ситуация дикая и если следовать логике вещей, школу имени Чайковского тоже следует считать пропагандой гомосексуализма, как и приглашение в страну Элтона Джона. Хотя логики-то здесь как раз нет никакой, поскольку школа Чайковского сама по себе — это одно, а гипотетический портрет Петра Ильича, целующего в губы Рихарда Вагнера на ее фронтоне как реклама заведения, — совсем другое. Но автор этого высказывания “свой”, значит, ему можно.

Человек из другого лагеря пишет, что нужно всех авторов плаката жестоко покарать, ибо он — патриот — получил моральные травмы, несовместимые со сном, и вообще не понимает, как теперь в такой обстановке воспитывать детей. Вроде бы всем понятно, что глупость, но, оказывается, не всем — и патриота тоже купают в овациях.

Конфликт можно было разрешить еще в зародыше, поскольку в сути своей он вообще ничего из себя не представляет. Одни заигрались, “влюбив” Курмангазы в Пушкина, другие возмутились. Первые извинились, вторые приняли извинения и посоветовали больше так не делать. И все — вопрос решен! Но сейчас тема раздута до республиканского уровня, желваки играют, нервы напряжены, потому что помимо собственно разделения другая непреложная наша константа — нетерпимость к другим. Оказывается, в “межвидовых” разборках мало просто извиниться за просчет — нужно встать на колени и ползать, вымаливая прощение. Если сам не встанешь — то поставим. Потому что знаем, кого можно ставить…

К правому делу “коленопреклонения” подключена государственная машина, не знающая другого режима, кроме режима пресса. А под прессом из людей всегда лезет содержимое не самого приятного свойства — что мы сейчас имеем счастье наблюдать. Не случайно в суд с огромным в денежном выражении иском обратились именно студенты и преподаватели государственного вуза. Это люди, которые обратятся и в манихейство, коли надо будет. А сейчас как раз “надо”.

История с эскизом грозит вылиться в самую яркую и одновременно нелепую охоту на ведьм за всю историю независимого Казахстана, причем, что характерно, власть и народ сейчас сливаются воедино в очищающем нацию от скверны поцелуе… Вот давеча движение “Болашак” подсуетилось и предложило законопроект о запрете пропаганды гомосексуализма. О тлетворном влиянии нетрадиционных отношений уже говорят с высоких трибун не последние в стране люди.

Так часто бывает, когда у страны появляется враг. У нас, правда, враг так себе — да еще из своих. Но тут уж ничего не поделаешь — какой есть. Главное — не сомневайтесь: растопчем и сомнем!
А задний ход давать будем только в случаях с усеновыми.