Опубликовано: 3700

Новые литературные "-измы": не жаль сломать голову

Новые литературные "-измы": не жаль сломать голову

Читая В. Пелевина, Т. Толстую, Ю. Мамлеева, В. Сорокина и других современных русскоязычных авторов, мы утопаем в разнообразии стилей и писательских мировидений.

Современные критики и литературоведы нередко обращаются к терминам "новый реализм", "постреализм", "неореализм". Тождественны ли эти понятия или обозначают различные явления искусства? А, может, и вовсе обозначают фикцию? Как термины указанные понятия, конечно, сложны и неоднозначны - даже с точки зрения их лексической оболочки. Понятие "неореализм" далеко не ново, оно устоялось еще на рубеже XIX-XX веков и скорее применимо, например, к творчеству Леонида Андреева ("Иуда Искариот", "Баргамот и Гараська") . "Новый реализм"... Любой термин, состоящий из двух и более слов, грозит распасться на составляющие. А порой одно из входящих в словосочетание понятий перетягивает на себя одеяло смысла: что здесь важнее - "новый" или "реализм"? Что сталось с реализмом старым, прежним? Впрочем, новый реализм - конечно, не простая сумма слов. "Постреализм"… Какие эпохи последуют за постреализмом? Как придется именовать следующий период - "постпостреализмом"? Этот странный термин, кстати, уже встречается в отдельных статьях. Не вынужден ли будет талантливый потомок извиняться перед читателем и слушателем, нанизывая бесконечные "пост-" на новые термины? Ведь виртуозный исследователь постмодернизма Илья Ильин уже "просил прощения" у читателя, предлагая ему ни много ни мало такой неологизм как "постструктуралистско-деконструктивистско-постмодернистский комплекс" (!) Означает ли постреализм отрицание реализма или его органичное продолжение? К примеру, постструктурализм возникает как эффект закона отрицания отрицания, отрицая структурализм с его стремлением придать гуманитарным наукам статус точных - привнести в них четко выверенный понятийный аппарат, статистические методы, логику, формулы, схемы, таблицы, стремление найти во всем порядок, отыскать первопричину. А постмодернизм скорее является продолжением модернизма, знаменуя собой переход количества в качество. Какую природу имеет постреализм? Череда сомнений здесь вполне оправдана. Возникают и другие вопросы. Включает ли в себя постреализм такие заявленные научной мыслью явления, как постгуманизм (Виктор Ерофеев - "Жизнь с идиотом", "Русская красавица") и концептуализм (Дмитрий Пригов - "Боковой Гитлер", "Три Юлии", "Стихограммы"), в каком соотношении между собой находятся постреализм и постмодернизм? Попытаемся ответить на некоторые свои вопросы. Понятия "новый реализм", "постреализм", пожалуй, можно воспринимать как синонимы, но, поскольку язык, тем более в области терминологии, не терпит дублетов, нужно предпочесть один из них. Термин "неореализм" лучше оставить в прошлом литературы. Известные исследователи (Н. Лейдерман, М. Липовецкий и др.) ставят перед собой задачу постичь суть всех этих понятий, и сам факт настойчивого обращения ученых к ним заставляет задумываться над их содержанием. На мой взгляд, неоднозначность терминов, стойкость слова "реализм" в их составе явно указывают на неотделенность постреализма/нового реализма от собственно реализма. Постреализм/новый реализм - это словно бы фаза мутации реализма, который еще не освободился от своих некоторых важных черт. Возможно, постреализм/новый реализм представляет собой смешение реализма и постмодернизма. Или возникает на закате явно угасающего постмодернизма. Однако, вероятнее всего, постреализм/новый реализм и уходящий в прошлое постмодернизм живут синхронно, питаясь возможностями друг друга. В любом случае постреализм/новый реализм и постмодернизм в современном литературном процессе не могут не вступать в отношения иерархии, смежности или взаимопроникновения. Постгуманизм и концептуализм - одни из проявлений постреализма/нового реализма и постмодернизма. Постреализм/новый реализм сохраняет ключевые элементы классического реализма - обусловленность характеров обстоятельствами, ощущение исторической преемственности. Однако, в чем-то опираясь на постмодернизм, он находит другие формы своего воплощения в сравнении с классическим реализмом в период расцвета (еще живущим в поздних произведениях Ю. Бондарева, В. Распутина, в какой-то мере не угасающим в текстах В. Маканина, О. Павлова). Вот основные из форм модернизации, обновления реализма (с примерами произведений). Карнавализация, изображение ситуации балагана, ярмарки, скоморошного праздника, что явственно видно в "Пирах Валтасара" Ф. Искандера, "Бесконечном тупике" Д. Галковского. Интертекст, заимствования разных уровней из других произведений - вникните в многослойность таких произведений, как "Чапаев и Пустота" В. Пелевина, "Жизнь с идиотом" В. Ерофеева, стихи и поэмы Т. Кибирова. Антиутопия ("Кысь" Т. Толстой, "Москва 2042" В. Войновича), которая уживается с утопией ("Мир и хохот" Ю. Мамлеева). Авторы играют с языком, экспериментируя на разных его уровнях (видеомы А. Вознесенского, "Новая московская философия" В. Пьецуха). Создается даже особый "шизоязык", искажающий языковые нормы ("Норма", "Сердца четырех" В. Сорокина, "Страшный суд" Виктора Ерофеева). Воздействие на читателя достигается путем шоковой терапии, изображения шокирующих ситуаций ("Настя" В. Сорокина, "Смиренное кладбище" С. Каледина, "Мужская зона" Л. Петрушевской, "Черти, суки, коммунальные козлы" Н. Садур, "Радость смерти" А. Курчаткина, "Пономарь" Б. Ширянова). Писатели создают ремейки известных произведений ("Отцы и дети" И. Сергеева, "Идиот" Ф. Михайлова, "Чайка", "Гамлет. Версия" Б. Акунина, "Накануне накануне" Е. Попова, "Медный кувшин старика Хоттабыча" С. Обломова). Активизируются возможности публицистики, дневника, эпистолярий ("Путешествие из Ленинграда в Санкт-Петербург" М. Кураева, "Способ существования" М. Харитонова). Одним из важных приемов становится фиктивное дилетантство (отдельные произведения Д. Пригова). В казахстанской литературе обновление реализма явно прослеживается в произведениях Дюсенбека Накипова, Ольги Марк, Лили Калаус, Николая Веревочкина, Ербола Жумагулова, Евгения Барабанщикова, Вадима Гордеева, Айгерим Тажи. Подобная тенденция - одна из важнейших в поэзии и прозе участников алматинского фонда "Мусагет". Подводя некоторую черту, прихожу к выводу, что, будучи обусловлен всеобщей "перестройкой", начавшейся в бывшем СССР на социально-политической площадке и закончившейся "перестройкой" личности человека, постреализм/новый реализм фиксирует смену культурных ценностей, антигуманность нового мира и нового человека. Разрушение былого, советского, по парадоксальному сюжету самого пути деконструкции (автор отстаивает одно, а, в конце концов, доказывает другое), обнажает и нездоровые стороны нового. Иллюстрация с сайта http://good-times.webshots.com

[X]