Опубликовано: 1554

Болат Шарип: Я хотел, чтобы народ больше узнал о полпреде...

Болат Шарип: Я хотел, чтобы народ больше узнал о полпреде...

В начале года в алматинском кинотеатре «Искра» состоялся премьерный показ документального фильма «Полпред СССР» о славном сыне казахского народа Назире Тюрякулове – ярком представителе первой волны советской дипломатии.

О нем, о его многогранной деятельности, которая до недавнего времени оставалась малоизвестной для широкой общественности, рассказывает режиссер фильма Болат Шарип. 

И-К: Долгие годы вы ставили игровое кино. А за последние несколько лет сняли и три документальных фильма. Но если имена академика Каныша Сатпаева и актера Нурмухана Жантурина – героев первых двух ваших лент – хорошо знакомы казахстанцам, то с Назиром Тюрякуловым ситуация иная. Когда и как возникла у вас идея снять о нем картину?

Болат Шарип: Этот проект, в отличие от предыдущих, мне не предлагали, я сам его инициировал. Предыстория его такова. В период съемок художественного фильма «Грех», который снимался по рассказу Магжана Жумабаева, я счел своим долгом побывать на родине писателя – в Северо-Казахстанской области. Возвращаясь, заехал в Петропавловск, зашел к акиму области Таиру Аймухаметовичу Мансурову. У нас, кинематографистов, это называется традиционным визитом вежливости. Вот тогда, в августе 2004-го, он подарил мне свою книгу «Полпред Назир Тюрякулов. Дипломат, политик, гражданин». Кстати, она много раз переиздавалась, выходила и в серии «ЖЗЛ», а затем – на казахском, английском и арабском языках. История захватила меня сразу. Герой – личность, безусловно, колоритная, с яркой, насыщенной драматическими фактами биографией.

К тому же книга, повествуя о трагической судьбе Тюрякулова, одновременно, по выражению авторитетнейшего востоковеда, государственного деятеля, академика Евгения Примакова, «поднимает целый пласт истории дипломатии СССР на Ближнем Востоке». Словом, она таила в себе огромный творческий соблазн для документальной экранизации. Но в тот период я не решился сказать об этом автору, поскольку был занят съемкой художественного фильма. Позже проект о Тюрякулове по разным, не зависящим от меня причинам был отложен аж на четыре года. И только в конце 2009-го, написав краткую аннотацию для фильма, я предложил ее в виде заявки президенту АО «Казахфильм» Ермеку Аманшаеву. Идея была поддержана, позвонили в Москву Таиру Мансурову, ныне являющемуся генеральным секретарем Евразийского экономического совета, получили добро автора на экранизацию и его согласие выступить главным консультантом фильма. Так началась работа над картиной.

И-К: То есть вы решили в качестве главного источника для написания сценария использовать именно его книгу?

Шарип: Абсолютно! В первый же приезд к нему в Москву, когда речь зашла об архивных материалах, он мне сразу заявил: «Не пытайтесь даже что-либо где-то искать, все равно вы ничего не найдете. Всё, что можно было отыскать, мною уже собрано: из Архива внешней политики Российской Федерации, из Российского государственного архива социально-политической истории, а также из Центрального архива ФСБ...»

И-К: Были сложности в работе над фильмом?

Шарип: Главная – это отсутствие кадров документальной хроники, свидетельствующих о дипломатической деятельности Тюрякулова. Даже фотографий полпреда оказалось ничтожно мало, сохранилось всего четыре-пять снимков. А кино или фотохроники о пребывании полпреда в Саудовской Аравии вовсе нет. Есть только один снимок, где он сидит рядом с сыном короля, принцем Фейсалом.

И-К: В качестве полпреда Тюрякулов проработал восемь лет. Борьба с его назначением на эту должность в конце 1927 года шла нешуточная, и вы довольно подробно рассказываете об этом. Рассматривались же и другие претенденты для отправки на дипломатическую службу в Королевство Хиджаз, Неджд и присоединенные области (так ранее именовалась Саудовская Аравия. – И-К). 

Шарип: Да, в среде учетно-распределительного отдела ЦК ВКП(б) действительно были разногласия при назначении. Наркомату иностранных дел СССР, настаивавшему на кандидатуре Тюрякулова, пришлось обратиться с официальным письмом к самому Сталину. Он поддержал просьбу Наркоминдела, что и предопределило окончательный выбор. Ведь Тюрякулов к тому времени уже успел ярко заявить о себе, проработав на разных ключевых должностях: секретарь ЦК ВКП(б) Туркестана, председатель ЦИК Туркестана, директор Центрального издательства народов СССР в Москве (одновременно он был зачислен в резерв ЦК ВКП(б) и Наркомата иностранных дел СССР). Словом, это был высокообразованный человек, потому Наркоминдел и настаивал, считая его единственно достойной кандидатурой, способной представлять Советский Союз в Восточном регионе.

И-К: Тем более что Тюрякулов знал несколько иностранных языков! Несомненно, этот факт был еще одним плюсом при решении вопроса о его назначении полпредом в страну арабского мира. Меня поразило, что он блестяще владел не только казахским, русским и арабским языками, но говорил на узбекском, французском, немецком... Скажите, Болат Шарипович, нехватку документального киноматериала вы решили компенсировать присутствием в кадре в качестве рассказчика самого автора книги?

Шарип: Вроде бы и так, да не совсем. Как консультант фильма, он в любом случае должен был выступить в кадре. Вопрос в другом: на его плечи выпала тяжелая миссия. С определением «рассказчик» я не совсем согласен. Он – больше, чем рассказчик: он – доверительное лицо фильма. Зритель должен ему поверить как очевидцу повествуемой в картине истории. На мой взгляд, Таиру Аймухаметовичу это замечательно удалось сделать. Он выручил меня, режиссера.

И-К: А еще в фильме важно передать атмосферу того времени...

Шарип: В Российском госархиве кино-фотодокументов в Красногорске я искал хронику 20-30-х годов, связанную с деятельностью Наркомата иностранных дел СССР. Конечно же, надеялся – а вдруг в кадре мелькнет и фигура Тюрякулова. К сожалению, не оказалось. Зато удалось найти хронику, отражающую, как вы правильно заметили, атмосферу того времени. Это бесценные кадры с Чичериным, Воровским, Красиным и т.д. После окончания работы над фильмом кто-то из моих коллег спросил меня, почему во вступительной части подробно освещается внутренняя и внешняя политическая обстановка в регионе Ближнего Востока. А как же иначе?

В конце XIX – начале ХХ веков после распада Османской империи Ближний и Средний Восток представляли собой театр международного соперничества, освободительной борьбы, религиозного и политического противостояния. Шли межплеменные войны за объединение большей части Аравии под своей властью. Здесь же – происки и интриги английских дипломатов. Англия всячески стремилась удержать свое влияние и контроль в Восточном регионе, соперничая с другими европейскими державами, прежде всего с Францией, Германией, а затем и Россией.

Достаточно вспомнить многолетнюю работу в Саудовской Аравии профессионального военного разведчика Лоуренса Аравийского. Конечно, это было до приезда сюда Тюрякулова. Зато пути советского полпреда пересеклись с другим английским разведчиком – Джоном Филби, с отцом небезызвестного Кима Филби. Так что непростое это было время. Здесь тоже кипели политические страсти. И мне хотелось подчеркнуть, в какой сложный период приступил к дипломатической работе полпред Советского Союза казах Тюрякулов.

И-К: Начав ее практически с нуля! Но ведь ему довольно быстро удалось освоиться на новом месте.

Шарип: В картине мы рассказали о самых главных достижениях дипломата: о нормализации торговых отношений между обеими странами, о подготовке и осуществлении визита принца Фейсала в СССР, о монтаже первой в Саудии АТС, подаренной Советами в ходе визита принца Фейсала, о сложнейшей подготовительной работе полпреда (с преодолением множества, опутанных интригами, препятствий) для заключения политического договора между СССР и Саудовской Аравией. Возможно ли за 40 минут охватить огромный объем проделанной Тюрякуловым работы? Нет, конечно. Многое осталось за кадром. Не хватило, к сожалению, места для рассказа о том, как Тюрякулов стал дуайеном (дуайен – старшина всего состава дипломатических представителей при каком-либо иностранном правительстве. – И-К).

Этому способствовали его эрудиция, блестящее знание языка и восточного менталитета, умение находить компромиссные решения между интересами сразу нескольких сторон, а также установление доверительных связей с местным политическим истеблишментом и купечеством. Однажды, в день национального праздника Турецкой Республики, полпред выступил на арабском языке от имени всего дипломатического корпуса. После этого с Тюрякуловым стали считаться и иностранные коллеги. На одном из коронационных торжеств он вновь выступил с приветственной речью на арабском языке в качестве «старшины» от имени всего дипкорпуса. С той поры сами представители дипкорпуса в момент возникновения каких-либо спорных вопросов в дипломатическом сообществе стали обращаться к советскому полпреду, тем самым невольно признали его дуайеном. Но главное – к нему возросло доверие со стороны саудовского монарха. С королем, его семьей у Тюрякулова сложились очень близкие отношения. 

И-К: Какой факт в деятельности полпреда вас больше всего поразил?

Шарип: Религиозный, факт архиважный. Саудовская Аравия – родина ислама, религии, основанной пророком Мухаммедом в VII веке. Религиозный фактор оказывал влияние на все стороны жизни страны, внешнюю политику и внутреннюю обстановку. И всякий раз при встрече Тюрякулова с королем Аль Саудом разговор заходил о вакуфных платежах и паломничестве. Вакуфы – это определенные средства, налоги, которые выплачиваются всеми мусульманскими духовными учреждениями, мечетями, медресе.

Как известно, ежегодно со всех концов света в Мекку к святыням ислама съезжаются паломники, совершая хадж. Сюда же, проделывая многодневный, а то и месячный путь, через Афганистан, Иран умудрялись попасть паломники и из СССР, а именно из Башкирии, Татарстана, из республик Северного Кавказа и Средней Азии. Паломничество – основной источник доходов этой страны. Словом, во всех переговорах (будь то договор о торговом соглашении или заключение политического договора) представители власти, да и сам монарх официально заявляли о необходимости прозрачного решения вышеуказанных вопросов. Тюрякулов представлял страну с коммунистической идеологией. Вызывает уважение, с каким тактом, порой дипломатическими ухищрениями он решал эти сложные вопросы в пользу своей страны – страны атеизма. И в то же время смело ставил вопрос перед своим правительством об оказании необходимой помощи при транспортировке паломников из Союза в Мекку и обратно.

И-К: В картине отражено и много других любопытных фактов, свидетельствующих об активной и многогранной деятельности полпреда. Взять хотя бы решение вопроса о поставках бензина из СССР в Саудовскую Аравию... И всё же – что явилось причиной его внезапного отзыва в Москву?

Шарип: Между руководством Нарком¬индела и Тюрякуловым обострилась некая напряженность, о чем свидетельствуют характер переписки и тональность переговоров. В конце 1935 года он был отозван в Москву со стандартной формулировкой «В связи с переводом на другую работу». Не будем забывать, что в 30-е годы вызов в Москву для многих советских дипломатов заканчивался арестом, тюрьмой и расстрелом. Сталинские чистки Наркомата иностранных дел проводились, по словам самого же Сталина, «по причинам политической целесообразности, проистекающими из внешней и внутренней обстановки». Тюрякулов вернулся. Казалось, ничто не предвещало опасности: он работал в Институте языка и письменности, его даже оставили в резерве Наркоминдела. И вдруг арест! Возможно, в результате наветов из его же окружения, банальных доносов, коими кишела в то время страна. Далее – следствие, обвинение, приговор.

И-К: С какой формулировкой?

Шарип: Участие в антисоветской пантюркистской диверсионно-террористической организации, ставившей целью свержение советской власти. Якобы подсудимый Тюрякулов установил связь с турецким разведчиком Мустафой Джавадом и вел шпионскую работу в пользу Турции. Самое поразительное – приговор был вынесен 3 ноября 1937 года, и в тот же день Назир Тюрякулович был расстрелян! Редчайший случай: расстрел в день приговора! Словно это происходило в военное время.

И-К: В фильме вы рассказываете и о страшной участи, постигшей родственников полпреда.

Шарип: Его супруга Нина Александровна Тюрякулова, медик по образованию, в годы пребывания мужа в Саудовской Аравии была рядом с ним, работала врачом, лечила сотрудников посольства, попутно оказывала медицинскую помощь и местному населению. Она была приговорена как «член семьи изменника» к пяти годам исправительно-трудовых лагерей. Отбывала «наказание», по иронии судьбы, на исторической родине мужа, в Казахстане, в АЛЖИРе – Акмолинском лагере жен изменников родины. О дальнейшей ее судьбе ничего не известно. Их дочь Анель проживала в Москве, работала там же. Умерла в 2002 году в возрасте 77 лет. Была похоронена на родине отца – в Туркестане. Остальных родственников Тюрякулова – брата, мать его жены и других – разбросало по свету. О них нет никаких конкретных сведений.

И-К: А скоро ли последовала реабилитация?

Шарип: 28 января 1958 года. Рассмотрев материалы дела и дополнительного расследования, Военная коллегия Верховного суда Союза ССР определила: «Приговор Военной коллегии Верховного суда от 3 ноября 1937 года в отношении Тюрякулова Назира Тюрякуловича по вновь открывшимся обстоятельствам отменить и дело о нем прекратить за отсутствием состава преступления». Но даже после этого долгое время его имя нигде не упоминалось. Книги Мансурова о полпреде фактически вернули из небытия незаслуженно забытое имя замечательного сына казахского народа. 
  И-К: Да и ваш фильм внес свою лепту в это благородное дело.

Шарип: Я лишь шел по проторенным Мансуровым следам, использовав экранные средства. Хотел, чтобы народ больше узнал об этой удивительной личности, о которой, к своему стыду, я сам раньше не слышал. В своей книге «В потоке истории» президент РК Нурсултан Назарбаев пишет: «Перед нашими глазами стоит великий исторический пример служения национальным интересам со стороны целой плеяды выдающихся исторических деятелей, государственников в истинном смысле этого слова – тех, кто уже в начале двадцатого столетия сформулировал цели развития казахской государственности».

Вне всякого сомнения, Назир Тюрякулов, являясь представителем первой волны советской дипломатии, в каком-то смысле заложил основы и нашей государственности. Ведь с уходом Тюрякулова из Саудовской Аравии Советский Союз официальной нотой прервал все отношения с этой страной. Связи с королевством были заморожены более чем на полвека и восстановлены лишь в конце восьмидесятых годов. Поэтому в финале фильма я сделал логичную вставку из современных документальных кадров: официального визита в 2004 году президента РК Нурсултана Назарбаева в Королевство Саудовская Аравия. Тогда в ходе переговоров главы двух стран установили тесные политические связи, были подписаны важные соглашения по сотрудничеству в торгово-экономических, инвестиционных и культурных сферах.

Источник: Известия Казахстан.

Загрузка...

X Закрыть