Что будет, если любовь соединить с ответственностью? Садомазохизм.

Чтобы отношения с женщиной получили право называться эротикой, в них должна быть интрига «кто кого?». Фраза «мы регулярно занимаемся сексом» ответа на этот вопрос не дает.
Этот лингвистический казус – симптом общего кризиса цивилизации. В прежние эпохи из контекста всегда было ясно, кто кого поимел.

Наслаждение неравенством, насилием и подчинением было такой же естественной частью жизни, как органически выращенные овощи: никто не предполагал, что для потомков это станет роскошью. Ситуация с овощами сегодня такова: под товарным знаком «помидоры» продается малосъедобная высокотехнологичная биомасса, а те немногие помидоры, которые заслуживают своего имени, получили титул «органические».

То же самое с сексом – то, что раньше было просто сексом, стало называться сексуальным насилием или садомазохизмом. Только в этих редких продуктах сохранился витамин, необходимый каждой женщине – передача собственной воли в руки партнера и полное растворение в безответственном удовольствии. Все попытки удовлетворить женщину по-другому – фантазия мальчиков, слишком поздно переставших коллекционировать марки.

Девушки любят говорить о том, что им нравятся мужчины, на которых можно положиться. Когда я вижу где-нибудь на канале MTV девятнадцатилетнюю финтифлюшку, произносящую подобные сентенции, я мысленно говорю ей: «Детка, тебе надо попробовать садомазохизм». Насилие над партнером – самое совершенное проявление ответственности в сексе. Вы связываете женщину, хлещете ее кнутом, а потом делаете ей приятное так, как считаете нужным. Впрочем, опросы дам показывают, что приятное часто наступает уже на стадии связывания.

Женщины говорят: «Я ему отдалась». Обычно они не уточняют, как именно он воспользовался ситуацией, – засунул ей в рот пенис, затеял игру в собачек или взял с собой на рок-фестиваль в Гластонберри – потому что с точки зрения глубинной женской сексуальности это вопрос второстепенный. Так или иначе, милочка, он тебя взял, и теперь на вопрос «чья ты?» можешь смело называть его фамилию. Именно это женщины понимают под словом «любовь».

Сексуальность власти рядовые граждане могуть испытать в садомазохистских играх.

Заметьте, это равноценный обмен: другая сторона – тот, кто с хлыстом и в кожаной портупее, – тоже кое-что получает. Многие любят говорить, что власть – самый сильный наркотик, но не многим удавалось на нем поторчать. Плебеи воображают, будто кайф власти как-то связан с безнаказанностью, офшорными счетами и счастливой старостью на Сардинии.

Точно так же похотливым подросткам может показаться, что высшая радость секса – заманить девочку в пустую квартиру, подпоить, связать и накидать ей палок до отвала, не обращая внимания на то, что ей это не нравится.

Между тем упоение властью больше похоже на секс с любимой женщиной. Все великие тираны искренне хотели сделать свой народ – а то и человечество – счастливым. Ради этого они отказывали себе в земных радостях.

Они брали ответственность на себя и откровенно кончали от этого; а народу оставалось лишь кайфовать, повиснув на веревках. Весь садомазохистский арсенал – кожа, сапоги, портупеи, галифе и разнообразные пыточные орудия – изобретен не на пустом месте, а лишь позаимствован у персонажей, в разные эпохи бравших на себя ответственность за судьбы народов. И народам, как женщинам, это нравилось: чем непригляднее был подонок, омрачивший своим рождением человеческую историю, тем выше был его рейтинг популярности.

Увы, мало кому из читателей суждено возложить на себя сладкое бремя абсолютной власти. Поэтому вернемся к сексу. Если вы не можете дать счастья всем людям, дайте его хотя бы одной сопливой девчонке. Испытайте наслаждение властью и ответственностью, попробуйте садомазохизм. Может быть, у вас все получится и она будет вспоминать вас вечно.

Правда, гарантий нет. Некоторые неудачники, переоценившие свою брутальность, внезапно обнаруживают себя стоящими в идиотских кожаных аксессуарах перед смеющейся стервой и понимают, что их рейтинг популярности упал.

Не смущайтесь, такое случалось и с государственными деятелями, не сумевшими сделать своему народу приятно. Женский смех еще никого не убивал. Если отнестись к фиаско с юмором, возможно, она вас простит.

Женщины любят героев, но им нравятся и смешные мужчины. Женщины их охотно трахают.

Источник: GQ