Казахстанскую экономику спасли сбережения на "черный день" - аналитик

Отечественный эксперт и аналитик Wall Street Invest Partners Данияр Джумекенов в интервью Caravan.kz дал оценочный прогноз казахстанской экономике на конец 2020-го — начало 2021 года. Также наш собеседник обратил внимание на экономические сферы, что пострадали от пандемии в наибольшей степени, а также высказался об эффективности работы правительства по применению антикризисным мер.

— Данияр, подводя небольшую черту перед окончанием года, хотелось бы вспомнить о сферах казахстанской экономики, пострадавших от пандемии в наибольшей степени.

— От карантинных мер пострадали все, но сильнее всего кризис ударил по сектору услуг: это туризм, гостиницы, транспорт, общепит, кинотеатры и торговля, за исключением продуктов питания и аптек. Несмотря на ослабление ограничений, многие представители малого и среднего бизнеса так и не нашли силы открыться: по данным опроса "Атамекена", 20 процентов фирм — на грани закрытия, а еще 30 процентов собираются дополнительно сокращать издержки, в том числе и связанные с содержанием штата работников.

— Насколько предпринятые правительством антикризисные меры по предотвращению глубокого падения казахстанской экономики оказались эффективны? И что мы увидим, если проведем параллель с соседними государствами?

— Цифры по налоговым доходам бюджета выглядят крайне красноречиво: во втором квартале падение поступлений составило 24 процента г/г, а в третьем — минус 10 процентов. Всего за первые 9 месяцев они сократились на 10 процентов. Вроде налицо улучшение ситуации, но вот удастся ли закрепить успех, пока неизвестно. Это будет напрямую зависеть от эпидемиологической обстановки и действий правительства. Пожалуй, главным преимуществом Казахстана по сравнению со многими соседями является наличие сбережений на “черный” день — средств Нацфонда. Пандемия привела к росту расходной части бюджета почти на четверть за первые девять месяцев 2020 года, вследствие чего роль трансфертов Нацфонда существенно увеличилась: ими были финансированы порядка 40 процентов всех затрат. Важную роль играют и госзаймы: уровень госдолга вырос до 27 процентов, что является приемлемым уровнем по современным меркам.

Текущий кризис показал, насколько правительства реально готовы к сложным экономическим ситуациям. В целом действия отечественных чиновников не отличаются от антикризисных мер их коллег из других стран: фискальные льготы для пострадавших и льготные кредиты позволили справиться с первоначальным шоком. Теперь же необходимо задуматься над тем, как ускорить процесс восстановления.

В первую очередь следует упростить доступ к кредитам для предпринимателей. По данным Нацбанка, в третьем квартале представители малого бизнеса стали занимать в 10 раз чаще, в то время как средний объем займов сократился. Как мы видим, потребность в финансировании растет, однако высокая стоимость кредитов не позволяет в полной степени воспользоваться банковскими продуктами. Далеко ходить не надо — правительство само предпочитает привлекать финансирование за границей, в частности в России, где благодаря более низкой процентной ставке получить в долг можно в два раза дешевле.

— Какой прогноз по экономической атмосфере в стране можно сделать на конец текущего года и начало следующего? Как быстро казахстанская экономика сможет более или менее встать на ноги и какие на то имеются инструменты?

— Неизвестно, как долго будут продолжаться проблемы на нефтяном рынке, где котировки все еще находятся на 30 процентов ниже уровня начала года, а значит, необходимо развивать несырьевые отрасли. Предоставлять налоговые льготы предпринимателям на длинной дистанции без ущерба для казны почти невозможно, особенно в условиях снижения бюджетных поступлений. Можно воспользоваться опытом развитых стран, где поддержка, главным образом, осуществляется через низкие ставки. Сейчас базовая ставка находится на уровне в 9 процентов, но ее вполне можно снизить. Например, в России, имеющей схожую модель экономики, сократили ключевую ставку с 7,75 процента в начале 2019 года, до 4,25 процента на данный момент. В правительстве опасаются, что мягкая ДКП (денежно-кредитная политика) приведет к значительному падению стоимости тенге, но эти опасения слишком сильно преувеличены. Большая часть тенговой ликвидности приходится на средства госкомпаний и текущие бюджетные расходы, и вряд ли ситуация изменится после снижения ставки.

По итогам 2020 года падение ВВП должно составить, как минимум, 3 процента, в то время как восстановление экономики в 2021 году будет во многом зависеть от динамики сырьевых рынков и поддержки предпринимателей. Если позитивные ожидания касаемо роста спроса на нефть оправдаются, то стоит ожидать роста ВВП на 5-5,5 процента. Стоит учесть и тот факт, что в отсутствие вакцины единственным способом борьбы с пандемией останется карантин, который будет оказывать давление на экономику в течение 2021 года, а возможно, и 2022 года.