Горный удар

Звено Артура Гука работало у самой груди забоя. Они шли первыми. И первыми приняли на себя удар. Их тела горноспасатели нашли в первые часы после аварии. Проходчики Артур Гук, Рустам Попов, Николай Писменчук погибли мгновенно. По технике безопасности, если концентрация метана в забое достигает двух процентов, людей сразу выводят в безопасное место на свежую струю воздуха. 4–9 процентов считается уже смертельно опасной и взрывоопасной концентрацией. 100 процентов метана – это уже безвоздушное пространство, мгновенная смерть.

Машинист горновыемочных машин Василий Штенцель выжил чудом. В тяжелейшем состоянии он был доставлен в больницу. Сегодня его жизнь уже вне опасности.

Правительственная комиссия расследует причины аварии. Но не сказать, что ее выводов ждут в Шахтинске с нетерпением. Вернее, люди не ждут ничего нового. В первый же день расследования председатель комиссии вице-министр по ЧС РК Валерий ПЕТРОВ однозначно отметил природный фактор трагедии. А днем позже это же мнение прозвучало из уст министра по ЧС: во всем виновата природа. “Тентекская” разрабатывает самый жирный и качественный угольный пласт, который коварен высоким содержанием метана. Ровно год назад мы слышали те же слова от членов комиссии, расследовавшей причины гибели пятерых горняков на этой же шахте. 2 июня 2008 года на “Тентекской” произошел горный удар, который специалисты тогда назвали самым мощным за всю историю угольного бассейна. На той же глубине, на том же угольном пласте… Внезапный выброс метана и горной массы. Пятеро шахтеров погибли.

По факту гибели людей в прошлом году было проведено беспрецедентное широкомасштабное расследование с привлечением крупнейших ученых и специалистов горного дела из Казахстана и России. Но уголовное дело, возбужденное прокуратурой, так и застряло на месте. Приостановлено и не возобновлено по сей день. Руководство компании “АрселорМиттал Темиртау” поспешило заверить, что сделает все возможное, чтобы подобные трагедии не повторялись. На модернизацию оборудования угольных шахт была инвестирована рекордная сумма – 150 млн. долларов, из них 45 – только на шахту “Тентекская”. Но миллионы не помогли.

Сегодня история повторилась. Шахтинск вновь хоронит своих шахтеров.

Сколько горных ударов сможет еще выдержать шахтерский городок? На похоронах товарищей горняки угрюмо отворачивались от вопросов журналистов со словами: все там будем, сегодня – они, завтра – мы. И никто не вспоминал о вложенных деньгах – они не окупят человеческую жизнь.

Генеральный директор АО “АрселорМиттал Темиртау” Франк Паннир сказал: “Компания “АрселорМиттал” делает все возможное для исключения подобных случаев, но, как вам известно, к сожалению, подобные случаи происходят не только у нас, но также и в других компаниях – в Казахстане, России, Украине, Китае и США, и это потребует в будущем дальнейшего усовершенствования технологии ведения горных работ в тесном сотрудничестве с наукой. Нам необходимо усовершенствовать технологию проведения мониторинга на основании имеющегося мирового опыта для лучшего понимания происходящих геологических процессов…”.

Так или примерно так говорили все генеральные директора после очередных аварий на шахтах. И каждый раз задаешься вопросом: сколько еще должно погибнуть людей, чтобы “необходимость усовершенствования технологии ведения горных работ” наконец-то была осуществлена.

Черная статистика карагандинских угольных шахт чернее угля. 2003 год – 307 несчастных случаев, семь смертей, 57 инвалидов. 2004 год – 288 несчастных случаев – 32 смерти, 52 тяжело травмированных. 2005 год – 257 случаев, 8 смертей, 52 тяжких травмы. 2006 год – 287 ЧП, 51 погибший, 38 тяжких травм. 2007 год – двое погибших, 29 искалеченных, 2008 год – 30 погибших. 2009 год – трое погибших… Список открыт.

Итого за последние семь лет на шахтах АО “АрселорМиттал Темиртау” погибли 130 горняков. 130 мужчин, мужей, отцов, сыновей.

… Шахта “Тентекская” входит в рабочий режим. Возобновлены работы по проходке. Все оставшиеся в живых работают на своих рабочих местах. Гибель товарищей ничего не изменила в жизни рабочего городка. Шахтинцы живут, как на подводной лодке. Выхода нет. Все пути ведут только под землю, в шахту. Смертельно опасная работа – единственная в городе, которая может прокормить тех, кто здесь живет.

Татьяна Тен, Караганда